Алия. Сила Огня

Глава 52

"О том, как мы шли в ледяной ночи и мечами могилы рубили во льдах,

О том, как к рукам прикипали мечи, а звезды замерзали в глазах,

Как изорванный шелк наших гордых знамен осенял спокойствие мертвых лиц,

Как проклятья устах замерзали льдом, а в сердцах умирали слова молитв.

Из ладоней распоротых, как из чаш, мы на тризнах пили кровь, как вино -

С нами плакал и пел повелитель наш, он всегда и во всем с нами был за одно."

"Песнь оруженосца", Мерлин.

Багряные горы почернели от заполонивших их тварей, тьма уже не казалась пустой, она мерцала огнями десятков тысяч кроваво-красных глаз и стала жуткой до тошноты.

- Как такое возможно? Их как песка морского, - лицо Каи сделалось белым как снег.

- Вахи предупреждала, - Визфолл покосился на дочь.

Кая с раздражением вздохнула, непоколебимая вера отца в предвещания Вахи всегда вызывала в ней легкое презрение. Да, конечно, старуха всегда предупреждала северян о любой опасности, но слушать какую-то лесную ведьму? Кая не выносила старую, та всегда смотрела на нее с жалостью и сочувствием. На нее, наследницу и женщину-воина! Такое унижение было непростительным. Однако теперь Кая понимала, что жестоко просчиталась поднимая на смех предсказания провидицы. Они все здесь сегодня полягут. Нет, воительница не сожалела, что больше никогда не увидит дочь, все ее существо бунтовало лишь против того, что их с Хауком история закончится здесь, в этом мрачном Ущелье. Наблюдавший за дочерью король молча сжал ее плечо, приходит время, когда слова больше не имеют смысла. Кая стиснула зубы и выдохнула коротко, судорожно. Она неотрывно смотрела на мужа словно хотела почерпнуть от него силы и мужество, взгляд скользнул по непокорным кудрям, залюбовался холодом и бесстрастием лазурных глаз, тронул четко очерченные красивые губы. Она жадно впитывала в себя его образ, хотела запомнить каждую черточку, каждое движение. Вот Хаук потянулся к ножнам, неспешно вынул длинный с широким лезвием меч, упер острие в мерзлую землю и, скрестив ладони на рукояти, выжидающе замер. Кая восхитилась этому ледяному спокойствию, выдержке вахнута могли позавидовать даже равнодушные горы. Ничего не дрогнуло в его мужественном лице даже тогда, когда сорвался со скал черный трехглавый поток и ринулся в низину нетерпеливо чавкая и скуля.

Руки Алии коснулись теплые сильные пальцы. Девушка повернулась и натолкнулась на зеленый взгляд. Инг ... Он стоял совсем близко.

- Береги себя, а я буду рядом, чтобы защитить, - беззвучно прошептали его губы.

- Не геройствуй без толку, - Алия строго взглянула на того, кого считала названым братом.

Крепкий и высокий как сам Ястреб Рогаланд затрубил в рог, пронзительный звук полетел быстрокрылой птицей на много миль вперед оповещая Трофаст, что враг пришел и бой начался. Ответом был отдаленный звон и продолжением ему протяжный вой: серебряные стаи выводили свою вечную песнь. Жук завыл отзываясь на волчью песнь, волкогарт припал к земле у ног Алии, разноцветные глаза разъедали ночь диким огнем и черная шерсть на загривке стала дыбом.

- Эх, братцы, горячо же сегодня будет, - Олаф перехватил меч и крепче сжал его в широкой ладони, - но я собираюсь подороже продать свою жизнь.

- А как же жена и ватага детишек, Верзила? - Лейр достал из-за плеча лук с двойной тетивой.

- Как-нибудь в следующей жизни,- оскалился Олаф глядя из-под лба на все прибывающих гартов. - Слышь, словоплет, споешь обо мне в теплый летний денек за кружкой сладкого хмеля, м?

- Отчего же не спеть? Ты славный воин, здоровяк, - широко улыбнулся лучник, он наложил на тетиву сразу несколько стрел и тонкие древка с пронзительным свистом взмыли вверх безошибочно находя черные туши.

- Помни о чем я тебе говорил.

Наблюдавшая за жутким зрелищем Алия не заметила как перед ней оказался Хаук, мужчина задержал ее ладони в своих.

- Я все помню, Хаук.

Их глаза встретились, склеились, успев за миг сказать друг другу бесконечно много.

- Действуй по моей команде.

Ястреб присоединился к остальным, он снова стал тем жестким суровым северянином, которого она впервые встретила на берегу Сиклиции. Инные кружили рядом с бренной, сжимая в сильных руках свое оружие. Они обратились, их человеческая часть уступила место звериной. Теперь воины мало чем походили на людей, но Алию давно перестали пугать длинные клыки и полыхающие фосфором глаза, наоборот, огромный рост, исходящая от изменившихся тел мощь захватывали дух и вызывали восхищение. Инные были удивительными созданиями и они признали ее своей, бренна стала частью этого народа, Север был ее домом.

Черные реки полились на плато. Каждый истинкт Инных теперь работал на пределе, это были хищники готовящиеся к прыжку. Низкий гортанный рык дюжины глоток завибрировал в воздухе и рванулся вперед ударяя по чуткому слуху гартов, заставляя их ощутить трепет и страх - Инные были серьезными врагами с которыми приходилось считаться. Пятнадцать пар глаз смотрели на тварей, что как безбрежное море заполняли собой все скалы и чрево ущелья и стремились к горстке людей. Живые ощущали холодный смрад смерти, она ухмылялась, предвкушая богатый урожай. Они знали что этот бой станет для них последним. Силы были слишком неравны и сердце Алии неистово колотилось о ребра. Кровь в ней закипала, клокотала лавой и неистово неслась по венам. Внутри рос, поднимался и яростно стремился наружу голодный вулкан.Тело мелко дрожало, Алия опустила глаза - ладони полыхали. Она сжала пальцы в кулак - нельзя, надо дождатьсяприказа Хаука.

Гарты теперь неслись по плато.

- Ждать! - приказал Ястреб.

Черная масса быстро приближалась, равнина уже заполнилась жуткими выродками. Они близко, еще чуть-чуть, совсем немного... Лоб девушки покрылся мелкой испариной, теперь она вся с головы до ног полыхала ярким факелом. Дар разрывал ее изнутри.

- Вот теперь! - послышался твердый решительный приказ Ястреба. - Давай, Алия! Давай!

Она вскинула лицо к темному небу, сделала глубокий вдох наполняя легкие воздухом и с криком облегчения резко выбросила руки в стороны. Ущельем пронесся мощный гул, плотный воздух содрогнулся. Первая волна гартов остановилась как вкопанная,почуяв неладное, но следующая за ней накрыла тварей собой сминая и топча насмерть. Из ладоней бренны с шипением и треском словно магма из кратера били потоки пламени. Страшный по ярости шквал с остервенением устремился вперед. Жгучие реки жадно глотали на своем пути все: и живое, и мертвое без разбора, не оставляя после себя даже пепла пока не ударились о скалы. Ударная волна разбросала Инных как пушинки. Горы вздрогнули, заскрежетали, пространство разрезал резкий скрежет и шум - это дребезжали и тряслись горы. Ущелье заполнил душераздирающий визг, гарты пустились наутек, но было слишком поздно. "Уххххх" - с тяжелым хрипом, как со стономом просела восточная, а за ней и западная скалы, словно великаны скошенные невидимым мечом. Каменные глыбы стремительно рушились, поднимая в воздух столбы пыли и мелкого крошева, погребая под собой черные полчища и превращая их в бесформенное месиво. Остатки гор окрасились алым, смрад крови, горелого мяса и костей забивал дыхание, но воцарившаяся тишина показалась всем сладостной. Алия чувствовала небольшую усталость, она опустила руки, облегченно выдохнула и смахнула со лба влажные пряди волос. Чудовища больше не грозили Северу. «Вахи говорила, что будет невыносимо трудно, но все прошло довольно легко" - недоумевала бренна.

Воины очнулись, бурно и радостно зашумели.

- Ну крошка, ты отлично поджарила псам их облезлые хвосты! - прорычал Тюркир и звонко расхохотался, блеснув серыми глазами. В измененном образе его смех слышался Алии низким отрывистым воем.