Страница 72 из 113
37. Арина
Когда мы с Ратмиром возвращаемся в дом к Тиграну, к моему вящему облегчению, его там не оказывается. Отсутствие гнетущей ауры нового владельца моей жизни даёт небольшую передышку, время подумать, переосмыслить многое. Я даже успеваю накидать небольшой монолог, который планирую выдать по его возвращению. Как нам дальше жить. Монолог о том, что он обязан прислушаться к моему мнению, учитывать его. А не только ставить условия, манипулируя моим чувством вины. Хватит, ради сына я не имею права быть слабой.
День с Ратмиром пролетает незаметно. Вот только в сердце поселился маленький червячок сомнения, что гложет изнутри, не давая спокойно наслаждаться долгожданной передышкой. Обычно Тигран всегда писал или звонил мне, сообщал, где он, что планирует. Сперва меня удивило подобное отношение, после же приятное тепло разливалось по телу с каждым его смс. Будто мы- супруги, живущие много лет вместе. Наверно, вот таким тягучим домашним покоем наполнено общение тех, кто долгое время провел вместе. Искрящая взрывными эмоциями страсть перегорает, оставаясь пеплом, из которого фениксом возрождается нечто новое. Удивительное родство душ приходит на смену близости тел. А, может быть, иллюзия того, что я хоть кому-то не безразлична, хоть кому-то нужна в этой жизни, заставила принять его правила игры? Не знаю, но я так в нее погрузилась, что отсутствие очередной дозы общения заставляет нервничать.
***
Я просыпаюсь от громкого шума где-то внизу. Первое время кажется, что всё лишь приснилось. Растревоженное дневными переживаниями подсознание сейчас выдает их в виде звуков или видений на грани сна и реальности. Но звуки повторяются, пугающе громко, необычно для стандартной ночной тишины дома. И, хоть охрана здесь на должном уровне, я начинаю нервничать. Нащупав ночник, включаю его. Прищурившись от яркого света, спешу отрегулировать его на более приглушённый, нервно бросая взгляд на кроватку сына. Он спит, повернувшись спиной ко мне. Замираю, вслушиваясь в происходящее. Тишина. Сердце стучит так бешено, что кажется - вот-вот выскочит из груди. Может, все-таки, обрывки сна? Странно, раньше кошмары не снились, да и сейчас сон вспомнить не могу. Сперва я долго не могла уснуть, а после, измученная регулярными проверками телефона, отключилась, едва сомкнув веки.
Только я собираюсь снова лечь, как пальцы сами тянутся к смартфону, лежащему рядом на подушке. Снимаю блокировку - только время, дата и значок сети. Мне никто не звонил, никто не писал. Сердце больно колет осознание- наверно, Тигран сейчас с кем-то...Одна часть меня тут же бросается его оправдывать - у вас никаких отношений, вы - просто отец и мать Ратмира. Другая же часть заходится в тихом отчаянии, будто обманутая в своих лучших надеждах. Кажется, что Тигран этим поступком совершил предательство. Было бы не так больно, если бы он сразу, с первых дней, уходил на ночь. Или же не был таким внимательным, не проводил с нами, со мной столько времени....Не относился так...
" А как он к тебе относился?"- насмешливо издевается первая половина- " Заставил жить рядом? Так это потому, что сын ещё маленький. Любая няня не заменит мать. Но это- временно. Почти разложил на кухонном столе - так на входе был, а ты под руку попалась".
Всхлипнув, прикусываю губу, снова оглянувшись на сына. Спит точно ангелочек. Несколько мгновений пытаюсь ровно дышать, чтобы прийти в себя. Но слезы душат, и я понимаю, что либо сейчас разбужу ребенка, разрыдавшись, либо нужно встать и привести себя в порядок . Ледяная вода подойдёт как нельзя кстати. Она была моим спасательным кругом в первое время, когда я осталась беременной и совершено одной в огромном мире. В минуты, когда становилось совсем нестерпимо, рыдания сдавливали грудь, я шла к раковине, включая холодную воду, и умывалась ею до тех пор, пока пальцы на руках не переставали ощущать её холод, а на лице не появлялась тонкая сетка капилляров. Возможно, хотя, наверняка, это - не самый лучший метод остановить истерику, но мне помогал.
Спустя некоторое время громкие звуки и приглушённая ругань выдергивают из такого с трудом отвоеванного у роящихся переживаний покоя. Тигран вернулся. Кажется, он зол и пьян. По его весьма громким передвижениям по дому понимаю, что он направляется к себе в комнату. Чертыхается, видимо, не вписываясь в дверь. Затем дверь слегка поскрипывает, открываясь. Но шаги не раздаются, он будто стоит на пороге своей спальни, размышляя о чем-то. И мне это очень не нравится.
***
-А-ри-на! - медленно, будто силясь выдавить из себя каждую букву, произносит такой долгожданный мужской голос за моей спиной. Вздрогнув, испуганно замираю - мне уже мерещится? Но тут же замечаю в зеркале Тиграна. Он стоит в дверном проёме, вид у него такой, будто он ...Принюхавшись, когда он, подойдя ближе, становится за моей спиной, не прерывая зрительного контакта в зеркале, понимаю - он действительно пьян. И этот Тигран пугает меня, так как сразу обрушиваются воспоминания о том, каким он может быть в подобном Именно от этого я искала такое нелепое и ненадёжное укрытие, в смежной с большой комнатой, где сейчас спит наш сын, ванной.
-Ты...- голос срывается, я отвожу взгляд, нервно вцепившись пальцами в раковину.- Ты где был? - задаю абсурдный вопрос просто чтобы разбить эту пугающе звенящую тишину меж нами. Я не хотела спрашивать и, одновременно, до дрожи в коленках боюсь услышать ответ.
Он усмехается. Я не вижу этого, но слышу в голосе насмешку:
-Надо же. Как будто жена... - его пальцы касаются моей спины, проходясь по ней легко, точно прикосновения крыльев бабочки. Что за игру он ведёт.
Осмелившись, поднимаю взгляд. И только сейчас замечаю, какой ненавистью горят его глаза. Ненавистью и решимостью.
-Ну, так, Арина, спроси ещё? Поинтересуйся, где же я был? Может, трахался с кем-то? Тебя ведь это интересует, а?- вкрадчиво шепчет он мне на ухо, наклонившись надо мной, а я невольно любуюсь тем, как мы идеально подходим друг другу. Контраст между его высоким и мощным телом и моим тонким и женственным, его смуглой кожей и моей светлой, с синими прожилками вен, его темными волосами и моими русыми прядями в беспорядке рассыпанными по плечам, захватывает, завораживает. Вдруг, опустив взгляд ниже, замечаю, как предательски набухли соски под тонкой пижамной тканью. От Тиграна это тоже не скрыть. Его большие ладони скользят по мне, накрывая холмики груди. Сжимают, заставляя мое дыхание стать тяжёлым. Его пальцы играют с тугими горошинками груди, а я, не в силах сопротивляться, любуюсь этим зрелищем сквозь отражение в зеркале.
-А-ри-на.- хрипло, со злостью выдыхает Тигран. И вдруг с силой ухватывает меня за волосы так, что затылок трещит от боли. Обдавая перегаром, рычит.- Сука! Как же я тебя....
Притянув к себе, он резко разворачивает меня, впиваясь в мои губы жестоким поцелуем. Он будто клеймит меня, наказывает за что-то, ненавидит и хочет до безумия одновременно. Его руки скользят по моему телу, освобождая от одежды так нетерпеливо, что звук рвущейся ткани то и дело раздается между стонами и его недовольным таким промедлением рычанием.
Я дрожу от нахлынувшего, тянущего низ живота сладко- мучительной болью, желания. В эту секунду будто теряю себя, растворяясь во власти мужчины, силясь уловить, предугадать, подстроиться под оттенки его страсти . В капитулирующем жесте обвиваю его шею руками, вдыхая терпкий мужской аромат. И тут затылок обдает болью, а отлетаю так резко от могучего мужского тела, что даже не понимаю в первые мгновения, что же произошло.
Лицо Тиграна перекошено злостью, замечая мой неловкий взмах руками, в отчаянной попытке удержать равновесие, он резко отходит в сторону. Будто боится, что я сейчас брошусь ему на шею. И он не сумеет оттолкнуть дважды. Я вообще перестаю понимать его посылы- то обжигающая ненависть, то злость и обида, то дикая страсть, заполняющая каждый миллиметр между нами.