Страница 26 из 84
Она не смеется.
Она настолько серьезная сейчас, что у меня возникает дикое желание притянуть её к себе и поцеловать.
И это так далеко от моей зоны комфорта, что даже не смешно. Я не целуюсь.
Я трахаю девушек, чаще всего сзади, и позволяю им минимум прикосновений. Иногда даже привязываю их к изголовью, чтобы убедиться, что они не смогут вцепиться в меня. Ощущение от их ногтей на моей спине или руках... Меня передергивает от одной мысли.
— Хочешь правду? — спрашиваю я.
Она решительно кивает.
Я отвожу взгляд. Не могу поверить, что собираюсь рассказать ей. Риз знает, конечно, но все остальные, кто видит меня с богатыми, худыми, пластиковыми девушками? Они просто думают, что это мой типаж. И это привлекает еще больше таких же особей, как мух на мед, а я не могу остановить их.
— Мои родители хотят, чтобы я нашел идеальную трофейную жену, — признаюсь я. — Они из происходят из старых денег, и такой статус требует определенных вещей.
— Например, жениться…?
— На ком-то из нашего круга, — морщусь. — Их слова, не мои.
— Вау, Торн, удивительно, что тебе вообще разрешают играть в футбол.
Я смотрю в ее карие глаза. Ее взгляд теплый, открытый. Она не осуждает меня. Возможно, моих родителей – но не меня. По крайней мере, пока.
— Они не хотят, чтобы я становился профессионалом. По их мнению, футбол в колледже хорошо смотрится в резюме, но даже это – полная чушь. Если бы я не был квотербеком, они бы не позволили тратить на него столько времени. Я окончу университет, и пойду работать к отцу. Отдам все силы компании, которая принадлежит нашей семье уже шесть поколений, буду карабкаться по карьерной лестнице и возьму бразды правления, когда он решит уйти на пенсию. Но совет директоров примет меня, только если я всё сделаю правильно. А по их мнению, «правильно» – это жениться на девушке из подходящей семьи. Это значит, что она родит мне пару избалованных белокурых детишек, а растить их будет няня. И все это ради денег.
— И какое это имеет отношение к текущему моменту?..
— Они хотят, чтобы я уже начал заниматься вопросом жены и детей. — Я пожимаю плечами, снова отводя взгляд. — Каждую неделю я хожу на свидания с кем-то, кто соответствует их критериям.
Она фыркает.
— Бедняжка, вынужден ходить на свидания с богатыми наследницами. И у всех них, наверное, проблемы с папочкой, да?
— Я не хочу их. Я просто хочу сосредоточиться на футболе. И, ну… сегодня я встретил отца одной из них, и он намекнул, что хочет стать моим тестем. Так что я сказал ему, что произошла ошибка, и я уже состою в серьезных отношениях.
С тобой.
Тишина.
Я не могу заставить себя посмотреть на нее. Меня редко отвергают, и я не хочу смотреть ей в глаза, когда она решит послать меня к черту. Я чувствую себя странно уязвимым, признавшись ей во всем. По сути, мы совершенно чужие люди, знаем лишь имена друг друга. И теперь, наверное, еще кое-что из наших травм.
— Дай мне подумать, — произносит она наконец и проходит мимо меня. Не убегает, но идет заметно быстрее, чем раньше. Даже с учетом ее легкой хромоты. Затем исчезает за дверью. Та с грохотом захлопывается, и я пинаю синюю майку.
Хотя отказ и не был открытым, все равно он больно ранит.