Страница 16 из 18
глава 9
Глава - 9. 80-е годы.
К стоящим в грусти под впечатлением только что завершившегося выступления - Андрею Кайману, Деметрио Карданэ, Игорю Дорошу, Макару Горбатову, Александру Николаевичу Кривенко, Ивану Петровичу и Валерке Дерюгиным подошли Василий Филиппович Поповский, Виктор Семенович Андриевский и еще один пожилой мужчина некрупного телосложения. Увидев этого незнакомого человека Валерка, загадочно кинув взгляд на своих собеседников, заулыбался и сразу протянул руку для рукопожатия.
- Уважаемые наши друзья-артемовцы, позвольте вам представить еще одного вашего земляка, сына славной земли бахмутской - Ивана Митрофановича Приходько, моего предшественника на многотрудном посту генерального директора Кременчугского автозавода, ныне почетного гражданина города и пенсионера - торжественно обратился к ребятам Виктор Семенович Андриевский. И обернувшись к Приходько, кивнул на Андрея - Иван Митрофанович, вот, прошу любить и жаловать - тот самый Андрей Кайманов. молодой инженер-конструктор, водитель из Артемовска и участник нашего "Кубка КрАЗа", что Вы просили познакомить с Вами....
Иван Приходько внимательно и оценивающе посмотрел на нашего, внезапно оробевшего, парня и пожимая ему руку, сказал
- Так вот ты какой уникум-Кайман! Да о тебе уже весь город говорит и на ушах стоит! Вон девчонки в уголке, стайками краснея, так жаждут познакомиться с тобой... - лукаво кивнул он на группку красавиц, что внимательно слушали рассказ Ольги Чайки, бросая заинтересованные взгляды на Каймана - главного героя книги. И вот услышав мелодию и объявление солдата-музыканта о белом танце, Оля Чайка решительно направилась к парням и смело пригласила Андрея на танец. Василий Поповский одобрительно кивнул своей дочке и поддерживающе улыбнулся парню. По заполненному людьми залу плыла незабываемая музыка и многочисленные пары молодых и постарше людей с удовольствием танцевали под старую, еще венных лет, песню "Случайный вальс" (муз. Марк Фрадкин, сл. Евгений Долматовский):
Ночь коротка,
Спят облака,
И лежит у меня на ладони
Незнакомая ваша рука.
После тревог
Спит городок.
Я услышал мелодию вальса
И сюда заглянул на часок.
Хоть я с вами почти незнаком
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного.
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоём,
Так скажите мне слово,
Сам не знаю о чём.
Будем кружить,
Петь и дружить.
Я совсем танцевать разучился
И прошу вас меня извинить.
Утро зовёт
Снова в поход.
Покидая ваш маленький город,
Я пройду мимо ваших ворот....
Закончилась мелодия и танец, Андрей проводил Ольгу к ее подругам и попытался откланяться, собираясь вернуться к своим друзьям увлеченно занятым беседой. Но не тут-то было - Ольга не желала отпускать парня. И увлекла его на балкон над огромным фойе, где и проводилась дискотека. Глядя сверху на танцующих девушка с огромным интересом расспрашивала Андрея о его жизни и рассказывала о своей. Отвечая на вопрос Каймана, почему у нее фамилия Чайка если у ее отца Поповский, с грустью и даже несколькими слезинками рассказала о своем недолгом замужестве...
... Антона Чайку она знала еще со школьных лет. Он пришел к ним учиться в девятом классе. из-за того, что в их пригородном селе школа была только "восьмилетка", и каждый день приезжал колхозным автобусом раньше всех и больше двух часов в любую погоду под дверью школы терпеливо ждал когда ее откроют, используя это время для занятий на спортплощадке. Он и от природы был атлетично-сложенный и сельская жизнь тоже была тому в придачу, а каждый день утренних занятий на школьной спортплощадке и подавно добавили к его фигуре накачанности. И на первых порах пытавшиеся "построить" сельского парня городские школьные "ухари" неизменно получали в ответ "на орехи", даже пару раз было разбирательство у директора и вызов в школу матери, (как потом оказалось - она, бригадир животноводческой бригады и рекордсменка области по надоям молока, одна тянула трех детей - Антона и еще меньших сестру и брата, отец их тракторист, попав в аварию лишился обеих ног, но по силе возможности, когда боль немного отпускала, старался работать дома сапожником) но узнав получше Антона и его непростую жизнь, вскоре перестали задирать его. И так как парень был отличником в учебе и верным в дружбе, старавшийся прийти на выручку любому, кому требовалась помощь то его дружбой и положительным отношением дорожили все - от мала до велика. Даже учителя не считали зазорным попросить Чайку о помощи. Со всеми он дружил, чего скрывать - не раз девушки вздыхали о нем, но на сердце у него, как потом оказалось, была лишь Оля Поповская. И уходя в армию, он прибежал к ней на короткий миг, попросив помогать своим младшим сестре и брату в учебе и замявшись спросить о переписке. И полетели письма в армию и в Кременчуг. Оля училась на вечернем отделении в Кеменчугском общетехническом факультете-филиале Харьковского государственного политехнического института. Антона в армии отобрали в мечту всех советских ребят - ВДВ (воздушно-десантные войска). И только когда прислал фото в голубом берете и тельняшке в бронежилете с автоматом в руках, Оля узнала, что Антон в составе спецназа ВДВ воюет "за речкой" в Афганистане. И несмотря на то, что девушка не была обделена вниманием парней и на работе в Вагоностроительном заводе и в институте (как там у Гайдая - студентка, коомсомолка, спортсменка и просто - красавица) Оля дождалась возвращения своего любимого.
И Антон вернулся - вся грудь в орденах и медалях и огромный букет белых роз зимой! Свадьба была, на удивление всему городу, довольно скромная. Молодые были на седьмом небе от счастья. Вот только, к огромному сожалению, семейное счастье было недолгим. Придя из армии Антон вместе еще с парой друзей-афганцев организовал транспортный кооператив, один из первых в городе. Ребята с помощью тестя Антона выкупили прямо с автозавода пару грузовиков "супер-МАЗ" и стали возить грузы - ходя на "загранку". И у них, как ни странно, стало получаться - появились деньги, на которые они расширbлись, купив еще по грузовику "Вольво" и "Мерседес". Арест Антона Чайки прогремел в городе как гром средь ясного неба! Все непонимающе пожимали плечами. Только когда уже Антон погиб, все и выяснилось. Оказывается, в их дружный трудовой коллектив пробралась подлая сволочь (извините, мои читатели, но слов из песни не выкинуть - примечание автора), в образе пожилой уже душечки-женщины бухгалтера, судя по поддельным документам, работавшей в самых крупных предприятиях Украины и имевшей похвальные отзывы руководства. Это она смогла провернуть дело так, что Антона арестовали по обвинению в подлоге документов и валютных махинациях в особо-крупных размерах. А в то время (середина 80-х), валютная статья в особо-крупных размерах грозила очень суровым наказанием, вплоть до высшей меры наказания - расстрела. Но, учитывая положительные отзывы с мест службы и учебы, и поручительство ряда руководителей преприятий города, следствие решило отпустить Анона Чайку из под-стражи, под подписку о невыезде, до суда. Антон, как Александр Румянцев (главный герой старого советского фильма "Дело Румянцева" (1955года), кипя возмущенным обостренным чувством справедливости, решил сам выяснить все подробности творящегося беспредела на своем предприятии. Он приехав на предприятие поздно вечером, вскрыл бухгалтерию и проверив финансовые документы, заявился домой к главной бухгалтерше за разъяснением. Когда она впустила его в свой дом, то невзрачная снаружи "мазаночка", внутри оказалась "пещерой Али-Бабы и сорока разбойников" из восточной сказки. Варвара Изольдовна Муренская, которую Антон привык видеть на работе в неновом, но приличном строгом сером костюме с белой блузкой, тут встретила его разодетая как падишах, в царской парче обвешанная вся с головы до ног драгоценностями. В доме все было заставлено импортной видео и аудиоаппаратурой, (преимущественно японских фирм). Когда Антон в растерянном состоянии попытался завести разговор о махинациях, которых он не совершал, и призвал: