Червь

Проблема была в том, что я не знала, была ли я достаточно близка к остальным, было ли мне чем делиться. На секунду я задумалась, можно ли рассказывать о розыгрыше с дилдо, которым меня встретили Стражи.

— Будь обаятельной. Поддерживать разговор важнее, чем высказывать своё мнение.

— Стражи! — крикнула женщина. — Все вместе. Поторопитесь. Вы в эфире через две минуты.

Совсем как учитель детского сада со своими подопечными.

— Две минуты, — сказала я. — Мне пора.

— Удачи. Сегодня стратег должен взять отгул, ясно? Или же, наоборот, заставь его решать эту задачу. Они послали тебя на это шоу в надежде, что ты либо испортишь себе репутацию, либо попытаешься умничать и закопаешь себя. Тебе терять в любом случае больше, чем им, а поскольку это не прямой эфир, они смогут вырезать из финальной версии всё, что им не понравится.

— Понимаю, — помрачнела я. — Они не просто дают мне кусок верёвки, на котором я смогу повеситься, они отправляют меня на фабрику по производству верёвок.

— Именно.

— Спасибо, Гленн.

Я вернулась к команде, и мне показалось, что сердце бьётся с такой силой, что всё остальное тело раскачивается в такт. Тектон стоял ближе всех к сцене, Грация и Вантон за ним. Костяк команды. Ветераны. По крайней мере, в некотором смысле. У Вантона не было и половины моего боевого опыта, даже с учётом продолжающейся кампании против местных злодеев, нашей помощи в Детройте, а также попыток прищучить одну сволочь в Милуоки, которую нам никак не удавалось выследить. Тектон и Грация были опытнее, но лишь немного.

Помощник режиссёра проверяла надетые на нас микрофоны. Она остановилась около меня, удостоверилась, что микрофон подключён, и всё работает. На мне был, по существу, тот же костюм, что и зимой, минус дополнительный нижний слой. Я неожиданно остро почувствовала каждую складку костюма, всю грязь, собранную за время патруля на ботинках и щиколотках.

Костюмы всех остальных были безукоризненны. Волосы Вантона казались небрежно разбросанными, но выглядели хорошо. Его костюм состоял из тёмно-синей, ниспадающей ткани и лёгкой брони на груди, талии, ботинках и руках. Я подозревала, что ткань защищала его лучше тонких пластин металла, но они были нужны, чтобы скрыть его искусственную руку.

Костюм Грации, наоборот, был светлым. Белая одежда, по стилю напоминающую одеяния для боевых искусств, но закрывающая бóльшую часть тела. Усиленные щитки с шипами для лучшего сцепления на всех местах которыми она могла наносить концентрированные удары. Под маской, заменявшей собой повязку и обруч для волос, были видны блестящие, волнистые локоны, которым я немного завидовала. Каждый волос лежал на своём месте. Губная помада лишь едва коснулась её губ.

Жаль, что я не вспомнила про макияж. Не то чтобы я носила много, и не то чтобы у меня было на это время. На мне было только то, что сделали в студии, и они не сильно старались, поскольку посчитали, что я не буду снимать маску. Даже не так: именно из-за их усилий я не могла снимать маску, поскольку мне нанесли жирные густые тени, которые должны были помочь разглядеть глаза за синими линзами.

Окова подошла к вопросу примерно так же, как и Грация. Макияж, изысканно украшенная коса, и небольшие дополнения к костюму, включающие декоративную гравировку на краях всех пластин и на носовой части козырька маски. Между пластинами брони на плечах и локтях были видны полоски кожи. Она волновалась больше всех, но в хорошем смысле: не могла сидеть на месте и искренне улыбалась.

Ещё были Сплав и Голем. Голем нервничал, и я могла его понять. Как и у меня, у него были секреты, которые он не хотел разглашать. Его семья, прошлое окружение, даже то, что сейчас он жил у приёмных родителей. Кроме того, его костюм был в процессе переделки. Это был его рабочий инструмент, а увеличение эффективности часто означало потерю эффектности. Сплав, напротив, выглядел образцово. Костюм был нарочито непритязательным. Белый облегающий плащ был снабжён жёсткими рёбрами, которые расправляли ткань и прижимали к телу, чтобы упростить и ускорить абсорбцию.

— Грация, — сказал Тектон. — Без мата.

Вантон прыснул.

— Голем? — произнёс Тектон, понизив голос. — Ты должен перестать, когда ты в костюме, называть взрослых «сэр». Ты делаешь это когда ты в гражданском, вычислить тебя — раз плюнуть. До сих пор это было не важно, но это шоу — твоё испытание.

— Я, скорее всего, почти не буду говорить, — отозвался Голем. — Я так нервничаю, что кажется сейчас блевану.

— Без блевотины, — сказал Вантон.

— Без блевотины — отличная идея, — поддержала я.

— Шелкопряд… — взглянул на меня Тектон. Его глаза были едва видны за шлемом. — Я даже не знаю… Я многое для тебя сделал, и ты многое сделала в ответ, но…

Помощник режиссёра немного наклонилась, чтобы обратиться к нам, хотя и я, и Тектон были выше неё.

— Ладушки, ребятки! Вы в эфире через пять, четыре…

— Я всё ещё в долгу. Буду умницей, — шепнула я Тектону.

— Один!

Снова заиграли фанфары. Как будто этого было недостаточно, помощник режиссёра буквально вытолкнула Тектона на сцену.

Удивительно, насколько всё оказалась маленьким: и сцена с полом, покрытым серой плиткой и с фальшивым городским ландшафтом позади, и немногочисленная аудитория. Тектон провёл нас к полукруглому столу, на другом конце которого сидели трое ведущих. Самое большое кресло, ближайшее к ведущим, явно предназначалось Тектону. Наверняка его предоставило СКП, потому что обычные стулья не выдержали бы веса Тектона и его брони.

Мы сели. Тектон, Грация, Вантон, я, Сплав, Окова и Голем — в таком порядке. Пока мы занимали свои места, музыка затихла. Напротив нас сидели: взрослый мужчина, афроамериканец, женщина с выбеленными перекисью волосами и молодая пухленькая брюнетка на грани ожирения, с улыбкой победителя и объёмной грудью, по возрасту годившаяся блондинке в дочери.

— И снова приветствуем вас на «Утро с Оу, Джей и Коффи», — воскликнула женщина. — Школы сегодня нет, а у нас в гостях Стражи Чикаго. Доброе утро, ребята.

Мы поздоровались. Вантон многозначительно на меня посмотрел и улыбнулся, я тоже заставила себя улыбнуться.

— Мы так рады вас видеть, — помахала нам девушка. — Ваша команда уже как-то к нам заходила, но вы та-ак изменились с тех пор… Тогда капитаном был Каланча?

— Каланча недавно вступил в Протекторат, — откликнулся Тектон. — Он передавал привет.

— Ты тоже там был, верно? — спросил мужчина, Коффи.

— В предыдущей версии моего костюма, — ответил Тектон, — о которой лучше даже не вспоминать.

Ведущие засмеялись, и аудитория последовала их примеру. Это было несколько абсурдно. Не хотелось обидеть Тектона, но его замечание не было настолько уж забавным.

— Обновлённые костюмы выглядят куда лучше, — заметил Коффи.

— За это нам следует поблагодарить Шелкопряда. Вся одежда сделана из паучьего шёлка, — пояснил Тектон.

— Паучий шёлк, обалдеть! — заявила блондинка.

— Мы с Оковой как-то упустили эту возможность, — добавил Тектон.

— Я даже не знаю, восторгаться мне или ужасаться, — сказала девушка.

— Нам на шоу привезли гигантского японского краба, кажется, месяц назад. Джо пришлось уйти со сцены, — пояснил Коффи. — Думаю, она немного нервничает в присутствии Шелкопряда.

— Мне было так стыдно, — сказала девушка. Я постаралась запомнить, что её зовут Джо. — И вы никогда не позволите мне этого забыть.

Снова смех.

Твою ж мать, подумала я. Насколько же всё фальшиво. Фальшивые ответы, фальшивые разговоры. Их личности, болтовня, они как будто собрали всё, что раздражало меня, сконцентрировали и посадили со мной рядом перед лицом бесчисленных зрителей, так что я даже не могла отвечать так, как мне хотелось.