Червь

Нельзя, чтобы всё так закончилось. Я не хотела в тюрьму. Мне нужно найти выход. План, какой бы он ни был слабый или ненадёжный, был достаточно простым в реализации с учётом того, как Отступник меня держал. Насекомые пробежали по его руке, затем перебрались на туловище, двумя группами с натянутым между ними шнуром. Было два варианта, к кому его привязать. К себе было практически бессмысленно. Оставалась Дракон.

Я привязала второй конец к её ноге. Свободная часть тянулась за нами на протяжении пары метров. Шнур, толстый как два моих пальца, сложенных вместе, прочный как сталь.

— Прежде, чем вы упечёте меня за решётку, — сказала я, — могу я поговорить?

Дракон повернулась ко мне, но ничего не ответила.

— Поговорить с Отступником, — продолжила я. — Я не собираюсь ничего выкидывать. Он не обязан ничего отвечать. Это что-то вроде последнего желания.

Маска Отступника открылась с едва слышимым звуком.

— Последнее желание, — фраза прозвучала как утверждение, а не вопрос. — Мы можем поговорить в Пендрагоне. В этом нет необходимости.

— Я весь день провела за решёткой. Я хотела выбраться на свежий воздух. Ты говорил, что действительно сожалеешь о том, что поступил со мной нечестно. Докажи, что это правда, — мой голос звучал более раздражённо и горько, чем мне хотелось.

Он взглянул на Дракон, последовавшая тишина говорила о том, что они общаются.

— Это грубо, перешёптываться, — сказала я. И снова более мелочно, чем мне хотелось.

— Она не может громко говорить, — ответил Отступник. — Сложно объяснить. Она находится под действием нескольких ограничений, многие связаны с СКП, и мы пришли к соглашению, что тогда в школе нам не нужна была такая победа. Единственный способ остановить Дракона был в том, чтобы я вмешался и заставил её остановиться. Но в результате она получила ущерб. Восстановление идёт медленно.

Вмешался и заставил остановиться? Потому что СКП надавит на неё, использует свои рычаги влияния? Могу ли я как-то это использовать? Чем они могут угрожать ей, и чего не боится герой-на-испытательном сроке?

— Спасибо, — сказала я Дракону, — за это.

Она коротко кивнула в ответ.

— С её помощью я пытаюсь стать лучше, как человек, — сказал Отступник. — Я готов слушать, но недолго.

— Ладно, — сказала я и посмотрела на Дракона. Я почти ненавидела себя за это, но я уже начала, и я не могла попасть в тюрьму. Нельзя оставлять всё как есть. — Можно поговорить наедине?

Отступник и Дракон переглянулись. Он кивнул, и она взлетела, направляясь к зависшему в воздухе модулю.

Трос натянулся, Отступника швырнуло назад, и он отпустил моё плечо. Каким бы тяжёлым он ни был, турбины Дракон были мощны, а герой не ожидал этого. Но всего через секунду он понял, что происходит, и сместил центр тяжести ниже.

Я уже приближалась к нему. Нет никакого смысла сбегать, если они будут у меня на хвосте.

Герой остановился у края крыши, но я уже была рядом, воспользовалась его неустойчивостью и толкнула его в верхнюю часть тела.

«Не в первый раз мне приходится драться с человеком-драконом на крыше, — подумала я, почувствовав, как тело Отступника, несмотря на всю его силу и броню, поддалось выполненному в нужный момент сильному толчку. — Первый бой стал началом моей карьеры в костюме, а второй, видимо, обозначит конец».

Если бы он захотел, он мог схватить меня и утащить за собой. Возможно, Оружейник так бы и сделал.

Но Отступник вывернулся, наклонился назад и одним движением нанёс удар своим сложенным копьём. Оно вонзилось в бетон крыши, наконечник разложился и обеспечил надёжное зацепление.

Я пнула копьё, надеясь выбить его, но только повредила ногу.

Через мгновение Дракон схватила меня и оттащила в сторону. Затем протянула руку Отступнику, и он, держась за Дракона и копьё, втащил себя на крышу.

Он шагнул вперёд и схватил меня за просторную тюремную футболку:

— Остановись.

Я с ненавистью смотрела на него.

— Прекрати выкидывать свои фокусы, — повторил он, словно надеясь, что повторение лучше донесёт его мысль.

— Идите в жопу, — сказала я, и мне не понравилось, как это прозвучало. Уверенность, которую мне всегда удавалось на себя напустить, испарилась. — Идите вы в жопу вместе с людьми, на которых работаете.

— Я не знаю, почему бы мне… — начал он, но внезапно замолчал. Его прервала Дракон?

— Ублюдки, — сказала я, чувствуя, как трещит по швам моё самообладание. Ещё недавно угрожавшие появиться слёзы вот-вот готовы были проступить.

— Ты, похоже, не имеешь ни малейшего понятия о том, что ты сделала, не так ли? — спросил он.

— Кое-какое имею, — сказала я. — Но нет, ваши придурки вырубили меня. Я не знаю ничего, что произошло с тех пор. Я напала на Тагга и Александрию…

— Они мертвы, — сказал Отступник.

Мертвы. Никогда бы не подумала, что Александрия сможет погибнуть так. Она же улетела. Должны были быть способы…

— Семейный человек…

— Подонок, — выпалила я, — вероятно, испорченный Симург.

— Его проверяли, — возразил Отступник. — Но речь идёт не о нём. Ты убила одного из сильнейших и самых узнаваемых героев в мире именно тогда, когда она больше всего нам нужна. Её образ, её храбрость, её помощь. Ты хоть знаешь, что теперь будет?

— Знаю, — сказала я. — Это разрушит мораль обороняющихся сил и разобьёт сердца миллиардов людей по всему миру. Я знала это, когда принимала решение, но всё равно это сделала.

— Ты обрекла всех нас.

— Она обрекла всех нас. Она это сделала, она и Тагг.

— Возможно. Вероятно. Они тебя вынудили. Я понимаю это, я пытаюсь быть снисходительным. Даже великодушным, хотя это мне не свойственно, — его тон изменился. — Ты же хочешь по-плохому и выкидываешь фокусы. Ты пыталась убить меня.

— Ты бы выжил, — парировала я. — Падение с шестиэтажного здания в таком костюме? Я бы сбежала, пока Дракон присматривала за тобой. Достала бы другое оружие или что-нибудь ещё.

Он ответил не сразу, но ничего не намекало на его общение с Драконом. Его голос звенел от сдерживаемого гнева, когда он, наконец, сказал:

— Ты могла бы всё облегчить.

— Я не хочу ничего облегчать, — сказала я. — До тех пор, пока ты работаешь на них, я буду драться с тобой. Ты хочешь знать, что сделала Александрия? Она и Тагг убедили меня, что СКП не стоит усилий. И если СКП нужна нам, чтобы победить, значит мы не заслуживаем победы.

— Ты сделала этот выбор за всех людей на планете, — сказал Отступник.

— Выбор сделали за меня. Я думаю, мы всё равно сможем преодолеть конец света, и вполне реально пока прожить без СКП.

— Так не получится.

Голос был женский, и он донёсся со стороны Дракона.

— У меня такие же сомнения.

— У нас мало вариантов, — произнёс голос. Это была не Дракон, но кто-то, говоривший через динамик на её плече. Я узнала её — Мисс Ополчение.

— Где она?

Отступник указал на судно Дракона.

— Вы здесь не для того, чтобы арестовать меня? — спросила я.

— Нет, — сказал Отступник. — Точнее мы не собирались, пока ты не решила столкнуть меня с крыши. Сейчас я в раздумьях.

— Расскажи ей план, — приказала Мисс Ополчение через динамик. — Времени у нас больше нет. Ни на раздумья, ни на что другое.

Времени?

Я взглянула через плечо на солнце, висящее над горизонтом. До заката всё ещё двадцать или тридцать минут. Меня вырубили на час или около того.

Но… крайний срок уже не важен, разве нет? Неформалы должны были уже напасть, это было практически неизбежно после атаки Александрии, а если Мрак или Рейчел…

Я замотала головой:

— Нет. Нет, нет, нет. Нет!