Червь

— Это возвращает нас к вопросу соблюдения наших интересов. Мы не можем позволить разгуливать подопытным с отклонениями, это навлечет на нас кучу проблем.

— Я думаю, тебе надо перейти к полевой работе, Счетовод.

Он откинулся в кресле.

— Мне?

— Ты справишься. В прошлом ты успешно действовал.

— Полагаю, да, — размышляя, он потер нуждавшийся в бритье подбородок. — Давным-давно.

— Я знаю, тебе хочется держаться от этого в стороне, но…

Он покачал головой.

— Нет. Это важнее, чем мои желания. Если уж я во всем этом участвую, то и руки смогу запачкать. Мы будем разыскивать Девятку, как я понимаю?

— Нет. Герои уже ищут их, не уверена, что мы можем здесь помочь. Есть другие важные задачи. Кроме того, если ты будешь работать в поле, мы потеряем много в плане скрытого контроля.

— Полагаю, это ещё одна часть риска, на который мы идем.

— Да. Повышаем неустойчивость рецептов, привлекаем тебя к оперативной работе, придерживаем Контессу на случай более серьезных происшествий и допускаем, чтобы общество больше узнало о роли Котла…

— Я надеюсь, этого будет не слишком много, — сказал он.

Доктор покачала головой:

— Не слишком. Когда ты будешь готов её сменить?

— Через день или два. Мне нужно подготовиться, — он встал. — Данные в ноутбуке. Финансирование, действия ключевых групп.

— Спасибо.

Он покинул комнату. Когда он вышел в коридор, сила предупредила его о присутствии Хранительницы. Совокупность бесчисленного количества мельчайших деталей.

Кроме того, сила сообщила ему о линии в коридоре, обозначающей границы почти невидимого портала Привратника. Он ступил из кабинета Доктора в коридор, ведущий к его кабинету.

Привратник сменил ландшафт за его окном. Это была Земля с чёрной магмой и сверкающими закатами в середине дня.

Он подошел к картине Дали, сдвинул её в сторону и зашёл в скрытую за ней дверь.

За исключением мелких инцидентов вроде сегодняшнего, он очень давно не задействовал свою силу всерьёз.

Когда он развернул костюм, аккуратно сложенный на полке в дальней части кладовки, тот показался таким маленьким.

Запах костюма пробудил воспоминания.

1987

Двое тяжело дышали.

Они переглянулись. Их лица были забрызганы кровью.

Джейкоб аккуратно обошёл растущую лужу крови. Он присел рядом с телом, на его лицо наползла ухмылка.

На другом лице не было и следа улыбки. Напротив, оно было мрачным, резко отличаясь, так же, как отличался и цвет их волос.

«Мы с ним отличаемся не только в цвете волос».

— Всё-таки он был смертен, — задумчиво сказал Джейкоб.

— Да.

— Это было не так уж и сложно, — голос Джейкоба звучал почти разочарованно.

— Наверное, нет.

— Ублюдок! — Джейкоб пнул лежащее тело. — Пиздюк!

«Я беспокоюсь, что Король внезапно встанет, даже несмотря на выпавшие кишки и кровь, разлитую по полу».

Джейкоб потянулся, свежая кровь стекала по его руке, когда он поднял её над головой. Он до сих пор держал орудие убийства. Вернее, одно из орудий убийства. Это была совместная работа.

— Этим всё не кончится. За нами придут.

— Мы можем соврать, — сказал Джейкоб. — Сказать, что он использовал контроль разума.

— Нам не поверят.

— Тогда будь что будет. После сегодняшнего, они задумаются, на что мы способны. Мы можем сделать себе имя.

— У нас уже есть имена.

— Я про репутацию! Есть что-то большее, не говори мне, что ты этого не чувствуешь. Ты ведь называешь себя Предвестником! Это имя того, кто смотрит в будущее.

— Не называю — это он меня так называл, — сказал Предвестник.

— Но сама идея… Что есть нечто большее, что-то в конце пути, — сказал Джейкоб.

— Не понимаю, какой в этом смысл.

— Но ты же чувствуешь это, да? Стремление?

— Да, — сказал Предвестник.

— Плевать на глупые имена и костюмы из лайкры. Скажи, разве твоё сердце не бьется сильнее, разве когда-либо ты чувствовал себя более живым, чем сейчас?

Предвестник покачал головой.

— Мы можем так жить! Вместе. Каждое мгновение…

— Джейкоб.

— Джек, — сказал Джейкоб. Он ещё раз пнул тело Короля. — К чёрту. Это он всё время называл меня Джейкобом, чуть ли не мурлыкал. Я был его маленьким учеником-убийцей. Как будто я мог сравниться с его Серым Мальчиком. Я хочу быть чем-то большим. Выйти из его тени.

— Ладно… Джек.

— Если это фарс, шутка, то пусть так и будет. Мы возьмем простые имена, глупые имена, и мы заставим людей дрожать в страхе от одного их звука. Джек… Остряк.

— Я… нет. Не хочу.

Джек надвинулся на него, держа нож в руке.

— Хочешь подраться? — спросил Джек. Улыбка сползла с его лица.

В его глазах появился голодный блеск.

— Нет. Я же только что сказал. Я не хочу продолжать этим заниматься.

— Но ты ведь сам признал. Ты чувствуешь стремление, будто ты стоишь на пороге чего-то большего.

— Я правда это чувствую, но, думаю, смогу этого достигнуть другим путем, — сказал Предвестник.

Он увидел разочарование на лице Джека. Заметил, как побелели костяшки на кулаке, сжимающем нож. Его сила окутала мальчика, показывая возможные направления атаки. Слишком много. Предвестник не был уверен, что сможет выжить.

Возможно, ему придётся броситься на нож и убить друга до того, как тот нанесёт ему более серьезные раны.

Либо…

— Ладно, я в игре, — сказал он.

— В игре?

— Сделаю себе имя.

Джек улыбнулся.

Настоящее время

Счетовод положил костюм, взял в руки нож. Тот самый нож, которым он ударил в спину Короля, давая время Джеку вспороть тому живот.

Он не станет надевать костюм. Не будет совершать ничего особо яркого. Он даже оставит текущее имя, как дань уважения старому другу. Просто чтобы бросить вызов условностям.

Джек был его вторым номером, его противоположностью. Счетовод работал ради спасения жизней, убивал — из сострадания. Джек же считал убийство обыденным делом, и даже если он кого-то щадил, это делалось в угоду его извращенным интересам.

Счетовод всё равно считал этого человека другом, хотя всё, что он знал, говорило, что дружба — это ещё один эфемерный конструкт. Одно из заблуждений, в которое люди сами себя ввели, чтобы мир имел смысл.

Или, возможно, Джек был семьей. В конце концов, они вместе начинали свой путь по одной и той же дороге.

Знал ли Джек, что была и другая параллель? Что числа и исследования Котла иллюстрировали нечто совершенно иное?

Счетоводу были дарованы способности восприятия. Сила видеть основы мира. Окольным путём он использовал её для убийств и разрушения. Джек был одарен силой годной только для убийства, но у Счетовода были подозрения, что тут было нечто большее.

Исследования Котла распространялись и на Технарей. Было сделано много выводов о том, как те работали. Некоторые сильно углублялись в механические тонкости, полагаясь на них, чтобы заставить работать своё изделие. Другие имели удивительно мало представления о технических аспектах своих творений, они больше рассчитывали на инстинкт и творчество, доверяли своим агентам определять принцип работы создаваемого устройства. Вполне вероятно, что и другие кейпы могли делать то же самое.

Полагаясь только лишь на удачу и инстинкты, Джек никак не мог протянуть так долго. Ведь ему приходилось общаться с монстрами каждый день. Мысль появилась в качестве простого предположения, однако оказалась весьма убедительной: было ли возможно, что Джек опирался на помощь того же агента, который обеспечивал его силами? Сознательно или бессознательно?