Червь

Силы Посланников были новыми. Им было не больше шести часов. Баланс согласился одолжить их нам, несмотря на то, что их костюмы ещё не были созданы, а силы не были до конца исследованы. В обмен мы обещали, что Сплетница произведёт анализ их способностей. Проделала она это с трудом, так как ещё не до конца отошла от головных болей, которые испытывала с начала недели. Использование силы вернуло мигрень с процентами.

Однако, после некоторого обсуждения мы согласились, что в этой ситуации намного полезнее помощь Посланников, чем уставшая и измождённая Сплетница. Её подсказки могли оказаться ценными, но у нас и так было представление об отдельных членах Зубов, кроме того, Сплетница охотно поделилась с нами добытой для Баланса информацией по новым Посланникам.

Кодекс была гибридом Стрелка и Умника. Сплетница предполагала, что она вызывала необратимые повреждения мозга и потерю памяти, взамен ненадолго улучшая собственное мышление. Клоны, которых генерировал Кутёж, с самого начала были не очень-то одарёнными по части мозгов. Так что даже небольшие повреждения вызывали разрушительный результат.

Фонарь запускал перед собой крошечные сферы света, каждая из которых пролетала некоторое расстояние и замирала в воздухе, несколько вырастая по мере движения. Сферы искривляли окружающее пространство, ускоряли движение предметов и способствовали освобождению определённых форм энергии. Сфера, замершая возле здания, перенаправила бегущего клона в стену. Другая, зависшая над землёй, впечатала наступившего на неё Кутежа в асфальт.

Но больше всего замедляла врагов Лигейя. Она создавала воду из ниоткуда, целые гейзеры воды, которые сбивали толпу и опрокидывали на землю.

Потом она засасывала воду. Не могу сказать наверняка, но мне показалось, что возвращая воду, она захватила одного–двух клонов.

Каждое переключение между созданием воды и её втягиванием занимало секунду. В эти моменты клоны проскакивали через бреши в обороне.

— Рейчел! — выкрикнула я приказ. Надо успеть до того, как сила Фонаря совсем перекроет путь, и до того, как проскочит ещё больше клонов.

Она свистнула, и звук прорезал ночь. Бентли и ещё трёх собак отпустили, и они устремились вперёд, перепрыгнули через ряды нашей обороны и врезались в море клонов. Копии Кутежа теперь стояли настолько тесно, что даже не могли упасть, и буквально громоздились друг на друга. Собаки спотыкались и поскальзывались, когда сферы Фонаря дёргали их за одну или две ноги, но потом возобновляли свой прорыв через толпу.

Им пришлось остановиться, когда они достигли второй ожидающей их оборонительной линии Зубов. Силовые поля Раздражителя были неисчислимы, их количество измерялось сотнями, каждое было достаточно острым, чтобы порезать незащищённую кожу. Сами по себе они не были сильными, но их количество делало сопротивление весьма значительным. Я надеялась, что собакам Рейчел достанет сил, чтобы сквозь них прорваться.

Всё же, преимущество оставалось за нами. По мере того, как мощь собак сминала клонов и вдавливала их друг в друга, волна копий замедлялась. Как Шавка, так и Кусака теперь могли присоединиться к активной обороне. Я смогла отступить и получить небольшую передышку от рукопашной с клонами Кутежа.

— Кип, вверх! — проорала Рейчел.

Одна собака отскочила в сторону, оттолкнулась ногой от стены и прыгнула к Зубам на дальней стороне.

Четвероногое существо лишь немногим меньше увеличенных собак взвилось в воздух и встретилось с ней, и обе рухнули вниз прямо в середину озера из маленьких силовых полей. Анимос.

Команды кейпов обычно естественным образом находили связки и стратегии. Зубы сражались так. Две оборонительные линии защищали резервные силы, пока по-настоящему опасные бойцы действовали.

Мясник подняла оружие и положила палец на спуск. Блок стволов начал вращаться.

— Мясник атакует! — выкрикнула я.

Она телепортировалась и возникла перед самой гущей барьеров Раздражителя, вокруг неё в бесшумном взрыве взметнулось пламя.

Взрывная телепортация Мясника Шесть. Слабее, чем когда ею владел сам Шестой, она переносила на меньшее расстояние, а сила взрыва не была даже близко сравнима с первоначальной.

Она протолкнулась сквозь остатки полей, направила шестистволку на ближайшего пса и нажала спуск раньше чем кто-либо, включая Регента, сумел ей помешать.

Десять пуль за полсекунды. Потом оружие заклинило.

Раненый, но живой, пёс повернулся, чтобы цапнуть её.

Она исчезла за мгновение до того, как зубы сомкнулись на ней.

Чувство опасности Мясника Три. Не очень-то помогло ему самому. Обезумев от голосов, он бросился в самоубийственную атаку на Зубов. Окно возможностей меньше, срабатывает только при физической опасности.

Она появилась в облаке языков пламени, перехватила пулемёт, замахнулась им словно дубиной, и сбила Бентли с ног.

Сверхсила — подарок от Первого, Третьего, Шестого, Девятого и Тринадцатого. Кумулятивный эффект. Небольшая прибавка от каждого, заметный суммарный результат.

Другая собака прижала Анимоса, обе неестественно огромные твари окружило жёлтое свечение. Анимос завизжал, так высоко и пронзительно, что я невольно поморщилась, но воздействие быстро прекратилось. Его крик мог временно лишить кого-либо суперсил, но Цитрин погасила эффект. Либо, возможно, собак нечего было лишать. Технически, сила мутации принадлежала Рейчел.

Мясник приблизилась к дерущейся паре, так что Цитрин остановила воздействие и отступила.

Сплетница сделала предупреждение как Мраку, так и Цитрин. Сила Мясника была слишком опасна, чтобы с ней связываться. Мрак рисковал поглотить сознание одного из предыдущих Мясников, а Цитрин могла задеть не ту «настройку» и случайно убить её.

Но Цитрин всё же оставалась главой группы и не тратила ни секунды. Она подала сигнал, выкрикнула что-то, чего я не разобрала, и её подчинённые открыли огонь. Фонарь и Кодекс направили атаку в сторону Мясника, но командующая Зубов телепортировалась, так что никто не успел нанести ей реального урона. Лигейя вызвала гейзер воды, который подбросил клонов на три-четыре метра в воздух. Отелло же просто стоял, засунув руки в карманы, двухцветная маска не выдавала никаких чувств.

Хотя это не означало, что он не вносит свой вклад. Геморрагия подвергалась нападению невидимого и нематериального противника. Я чувствовала его, когда он двигался через насекомых, хотя те не могли на него сесть и просто проходили насквозь. Он был там лишь частично, оказывал влияние на наш мир только в определённых частях себя и своего оружия.

На лице, груди и руках Геморрагии появлялись тонкие порезы, и эти же самые порезы яростно взрывались, когда она пыталась использовать свою способность — вытягивать собственную кровь из тела для создания твёрдых режущих лезвий. Остальная кровь сворачивалось и собиралось в широкие пластинки, которые защищали её и уменьшали урон от непрерывного шквала порезов.

Невдалеке появилась Чертёнок и вырубила Кутежа ударом тазера, положив конец потоку клонов. Не то чтобы клоны наносили какой-то особенный урон. Они были словно лемминги, сыплющиеся со скалы в море, многие из них увеличивали груды упавших тел или сразу натыкались на силовые поля Раздражителя, лишь пополняя целый холм трупов, который разделял нас и Зубов.

Два наших Скрытника принимали самое деятельное участие в разборке с задними рядами врага. Нам оставалась сама Мясник.

Бентли восстановился и бросился на неё. Она ответила волной боли, заставив его потерять бдительность, и получив возможность ударить его сбоку.

Мясник Один. Причинение боли на расстоянии.

Бентли быстро пришёл в себя, справившись с болью, которую она вызывала. Она приготовилась ударить его снова.