Червь

Он отпустил мою руку, и я убрала её.

— Ты уверена, что не хочешь пойти в школу? — спросил он.

Я кивнула.

— Значит, это твоё решение, — сказал он. — Не моё. Где ты будешь работать?

— На набережной, — сказала я. — Близко, хорошо платят и неплохо кормят. А ещё там безопасно.

— Своим бывшим коллегам я не рекомендую работать настолько близко к местному суперзлодею, — ответил папа.

Я доедала блинчик, не зная, что ответить.

— Ты будешь там во время обеда?

Я кивнула.

— Давай встретимся там. Дел невпроворот, и хотя всё идёт хорошо, я хотел бы найти немного времени и для тебя. Пообедаем где-нибудь, или, может быть, я принесу еду с собой? Что думаешь?

Это было некстати по множеству причин. Даже просто моё пребывание здесь уже создавало проблемы. Я была не там, где нужно. Очень неудобно совмещать обычную жизнь и деятельность кейпа. Каждый разговор с отцом заставлял меня нервничать, я пыталась понять, догадывается ли он о чём-либо. Я переживала, что стоит мне только выйти за дверь, как я наткнусь на поджидающих меня героев, которые после стычки с моими клонами-мутантами, а может и каким-то другим образом, сумели определить мою личность. Я опасалась, что отцу могут позвонить и выдать меня, как в тот раз, когда я прогуливала школу. Только в этот раз тут будут замешаны ещё и супергерои.

Последний такой разговор нанёс непоправимый ущерб нашим отношениям. Настолько большой, что я дошла до того, что проверяла свой дом и окрестности в поисках угроз и ловушек. С папиной точки зрения, ну… мы всё достаточно подробно обсудили. Только вот отношения не стали лучше.

Оторваться от необходимых дел, чтобы пообедать, получить новую информацию и не дать папе заподозрить, что я вновь скрываю правду? Чтобы не допустить ещё один неловкий разговор?

Я была к этому готова.

— Было бы чудесно.

Он улыбнулся.

Я взяла со столика с телефоном блокнот, в который мы обычно записывали разные номера, и записала туда свой.

— Позвони мне, когда будешь подходить.

— Это твой номер?

— Да.

На мгновение он погрустнел, затем чуть оживился:

— Полагаю, он нужен тебе, чтобы остальные могли с тобой связаться.

— Да, — сказала я. — Мне нужно идти. Хочу немного пробежаться, и, может, поболтать кое с кем, прежде чем начнётся работа.

— Береги себя. Позвоню в одиннадцать–одиннадцать тридцать.

Кивнув, я забрала бумажник с документами и наличкой, новый перцовый баллончик, отцепила чехол с ножом от рюкзака, висевшего на задней двери. Это был запасной нож. Не слишком хорошего качества, ведь происхождение моего первого ножа было бы сложнее объяснить. Этот же вполне подходил для самообороны, с такими многие сейчас ходили по городу.

Я взглянула на папу, но он, казалось, старательно не замечал того, как я готовлюсь к выходу в город.

Он беспокоился за меня, или мои сомнения были не напрасны? Возможно, он что-то подозревал и просто не хотел знать наверняка?

Я не могла спросить, не могла даже заикнуться и попытаться хоть как-то разъяснить этот вопрос, ведь это навело бы его на определенные мысли. А может быть, он сообщит мне то, что я не хотела услышать.

Я шагнула наружу, окунувшись в горячий уличный воздух. Благодаря информации от насекомых я знала о жаре на улице, была к ней готова, и всё же, это было совсем другое дело — самой погрузится в летний жаркий зной, такой влажный, что одежда и кожа мгновенно намокли.

Как только я вышла за пределы видимости дома, я достала телефон и проверила сообщения, пришедшие прошлой ночью и сегодня утром. Их было двадцать.

Шарлотта: “знаю, сейчас довольно поздно, ничего важного, я просто подумала, не захочешь ли ты прогуляться и поесть мороженого? терри мечтает об этом. можем на обратном пути захватить мармелад и шоколад для моего братика”.

Шарлотта: “заходил эрик. ничего серьезного. тебе придется сказать ему привет при встрече”.

Форрест: “видел сегодня Эрика. нужно будет поздороваться”.

Форрест: “забудь, Шарл уже написала”.

Шарлотта: “отведу младшего брата сегодня в школу. если не увижу тебя - хорошего дня, увидимся вечером”.

Всё было зашифровано. Ну, почти всё. Имена были кодовыми словами для отдельных ситуаций и людей. «Эрик» — значит проблемы. «Младший брат» — дети на попечении Шарлотты. «Терри» — это все люди на моей территории.

Как бы странно это ни выглядело, для меня было целых два кода: «ты» и «Ты».

Скорее всего, люди мечтали о каких-то изысках в вопросах питания, да и угощения для детей не будут лишними. Пока меня не было, возникла какая-то проблема, но она разрешилась. Мне нужно переодеться в костюм и проверить, действительно ли всё улеглось. Шарлотта пойдет сегодня в школу и возьмет всех детей с собой.

Были и другие сообщения. Куча жалоб на то, что улицы оставались неубранными, из-за чего ругался и жаловался «Терри», были какие-то неясные опасения насчёт сегодняшнего обеда, и Лиза сообщила о какой-то непонятной «вечеринке».

Остаток пути до набережной я бежала.

Людей на улице было немного, мимо проехало несколько машин, издалека доносился звук начинающейся стройки, родители вели детей в школу, никто никуда не спешил.

Я прошла мимо своего логова и обнаружила, что в главной комнате сидит незнакомая девушка. Там же Шарлотта помогала маленькому мальчику надеть рубашку. Форрест был на кухне и заполнял продуктами пластиковые контейнеры, которые я вчера принесла для детей.

Я добралась до пляжа и зашла в ливневую канализацию, которая окольным путем вела в моё логово.

Изначально, насколько я поняла, этот вход должен был быть временным. Работы на набережной продолжались, и рано или поздно ливневый сток был бы обнаружен или просто заблокирован. До того, как это произойдёт, Выверт собирался направить свои ресурсы на создание нового тайного входа.

Надо поговорить об этом со Сплетницей, но она была настолько занята, что мой список дел на этом фоне выглядел просто ничтожно.

Насекомые полетели со второго этажа вниз по лестнице, окружая меня плотным облаком, закрывающим от посторонних глаз. Я почувствовала, как при моём появлении дети испуганно попятились, прячась за Шарлоттой.

Я послала нескольких бабочек в сторону ближайшего ребёнка. Они подлетели к девочке и закружились вокруг её руки. Она протянула палец, и одна бабочка села на него.

Когда остальные дети тоже протянули руки, я послала бабочек и к ним. Они отвлеклись достаточно, чтобы я без проблем и лишних слёз прошла мимо и поднялась наверх.

Я закрыла за собой дверь и быстро переоделась. Поверх брони на плечах я накинула плащ, поместив сверху насекомых. Носить чёрное летом ужасно, а ещё сверху тепло и вес насекомых, но, возможно, если прикажу насекомым кружить надо мной, я сумею создать какую-нибудь тень.

Хотя это сделает меня удобной мишенью для решивших внезапно нагрянуть героев. СКП, наконец, осознала все возможные угрозы, которые повлекла за собой дверь — импровизированный портал Сплетницы в другую вселенную — и теперь в составе Стражей и Протектората стало больше иногородних кейпов. Они решили выделить ресурсы на защиту портала. Это о чём-то говорило, учитывая сегодняшнее состояние СКП.

Где-то на территории Чертёнка скрывались пара злодеев из Падших, из этого следовало, что и Приют наверняка прислал двух-трех кейпов со своей стороны. Пока не уйдут или не умрут последние Падшие, в городе будут оставаться и представители Приюта.

Свою часть работы я выполнила всего несколько дней назад, когда помогла выследить двух Падших, но даже подключив Сплетницу, подсказавшую нужное направление, я не смогла от них избавиться. Её сила подсказала, что одним из двоих был Валефор. Несмотря на устрашающие имена и то, что они называли себя культом Губителей, Падшие не представляли серьёзной угрозы. Это были воры и вандалы, по слухам совершающие инцест, полагая, что таким образом в их кровосмесительных семьях будет рождаться больше детей со способностями. Лишь несколько человек, контролирующих “семью”, действительно были способны на убийство. Но им было далеко до Бойни номер Девять.