Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 678 из 1284

Трещина раздражённо повесила трубку. Она подумала над тем, чтобы забрать деньги и отказаться от задания, однако она — как и Сплетница — понимала, что репутация наёмника слишком ценна.

“Надо было отказаться”.

Она направилась к номеру. Ей нужно проверить состояние счёта, перевести деньги на счета, о которых Сплетница не знает.

Цифра над дверями лифта показывала, что тот не двигается. Быстрее подняться по лестнице, чем ждать его.

Сердце ёкнуло, когда она услышала крик. Трещина взлетела по лестнице, распахнула дверь на второй этаж, промчалась по коридору к номеру.

Когда она открыла дверь, то увидела на полу кровь.

Как приготовиться к такому? Как описать это?

Её команда была уничтожена.

Грегор лежал на кухне на спине. Его грудь вздымалась, и он покрыл большую часть тела пенящейся слизью. Лицо было искажено от боли, участки кожи не скрытые слизью были обожжены до ярко красного цвета и уже покрывались пузырями.

Одна рука Тритона, одна нога и хвост были в нескольких местах сломаны. Он лежал посреди остатков кофейного столика и плоского телевизионного экрана.

Матрёшка развернулась в кучу лент, однако ножи из пояса, который Трещина оставила, когда спускалась вниз, пригвоздили её к стене в шести разных местах.

Крики издавала Лабиринт, ровные, ритмичные, лишённые эмоций. Это выглядело как состояние шока, но было просто результатом усталости после использования силы. Её пощадили — всего два пореза на лице, и рука пригвождена к ручке кресла ещё одним маленьким ножом.

Трилистник делала Саламандре трахеотомию. Фетровая шляпа, наполненная слизью, прилипла к лицу девушки, Саламандра слабо шевелилась. Лицо Трилистник от носа до подбородка было покрыто кровью, и её усилия по проведению трахеотомии были затруднены тем, что несколько пальцев на её руке изгибались под странными углами.

— Женщина в костюме, — сказала Трещина, сев рядом с Саламандрой. Она обратила внимание на слизь. Такая же, как у Грегора. А Грегор опалён огнём Саламандры. — Похититель сил?

Трилистник позволила Трещине взяться за дело самой и установить чистую пластиковую трубку в отверстие в горле Саламандры. Прежде чем заговорить, ей пришлось выплюнуть кровь изо рта:

— Нет. Не думаю. Она вошла и разметала нас за двенадцать секунд. Мы не касались её.

Саламандра кашлянула и начала дышать в нормальном темпе. Она неторопливо дважды похлопала Трещину по запястью. Выражение благодарности?

— Сверхскорость? Сверхсила? — спросила Трещина.

— Нет, не думаю. — Трилистник сплюнула кровь на пол. Затем попыталась встать, но не сумела. Прижала руку к ноге. — Этого я не заметила.

— Сила умника? Предвидение? Нет, это не сработало бы с твоей силой. Блядь! — Трещина встала на ноги, поспешила к Лабиринт. — Эй, Элли, успокойся. Всё хорошо, всё закончилось. Хватит кричать.

Лабиринт замолчала и принялась скулить. Порезы на лице были неглубокие. Они заживут, не оставив шрамов, а рука…

Трещина замерла. Под рукой был листок бумаги.

Она помогла Лабиринт поднять проткнутую руку, оставив нож на месте.

Измазанный кровью клочок бумаги с сообщением на обратной стороне.

“Последнее предупреждение.”

“-К” Интерлюдия 18 (Ехидна)¶

— Высылай разведку, — приказала Ноэль. — Восстанавливайтесь, пока ждём.

Марисса отправила в густую листву ястреба. Ноэль чувствовала глухой гул адреналина, ощущение, как будто время замедлилось. Её восприятие и реакция достигли максимума, она оценивала каждый скелет и болотного зомби на территории от своей команды до точки назначения ястреба — поляны, в центре которой недвижимо стояла карга с высохшей кожей.

Каждая мелочь служила подсказкой. Расположение каждого юнита имело значение, поскольку вынуждало их действовать так или иначе. Почему вражеский Оверлорд поместил этот сундук с сокровищами в дальней части болотного подземелья: потому что хотел отодвинуть его как можно дальше от их зоны досягаемости, или потому, что хотел заманить их в ловушку на том конце карты?

Только по одной этой детали нельзя сказать точно, но если учесть положение монстров: в этой части локации установлены самые слабые…

— Держимся справа, — приказала Ноэль.

Остальные выразили согласие с распоряжением.

Нечасто ей удавалось войти в такое особое состояние, да ещё и осознавать это. Всё равно, как видеть сон, понимать, что ты спишь, и не проснуться. Она знала, что её оценка верна.

— Коди, дальнобой.

Разбойник Коди убрал рапиру в ножны, вытащил из пояса два пистолета.

— Люк, Магия ветра, Духи ветра. Улыбатор обычно не использует в Оверлордах Кастеров, но его старые привычки никуда не делись. Наверняка будет телепорт. Марс, обойди её, будешь бить издалека. Вперёд!

Они устремились к поляне. Пока они преодолевали порог, ведьма Улыбатора призвала двух Убердемонов, а затем телепортировалась в дальний конец карты. Шаман Люка уже выпускал Духов ветра, которые начали выплёвывать миниатюрные торнадо и кастовали порывы ветра, которые ускорят их команду и замедлят или даже опрокинут противников.

— Вражеская команда развернулась, — доложила Джесс, — они отступают к порталу. Будут ломиться толпой.

— Блядь! — сказала Ноэль. Её мысли неслись полным ходом, обдумывая одновременно десятки моментов — определяя, куда поставить её Дуэлянта, чтобы как можно эффективнее помочь союзникам в схватке, уклоняясь от заклятий Ведьмы, подсчитывая дамаг, который сможет нанести её команда, оценивая инвентарь её перса и юнитов команды.

— За сколько локаций?

— Одна локация после портала, вот-вот должны войти.

В лучшем случае десять секунд.

— Мы не убьём её до их прихода.

— Выслать войска? — спросила Джесс.

— Нет, укрепи подземелье. Если они нас вынесут, ты их удержишь.

— Ты знаешь, что мой Босс не потянет. Они доберутся до него через три локации.

— Удержи их, — сказала Ноэль.

Конечно же, враг появился у входа в данж. Её команда уже понесла урон от схватки с Ведьмой, а вражеская команда избегала серьёзных стычек и сохранила ресурсы.

Бой будет слит, без вариантов. Но это не значит, что всё было зря. Нужно их замедлить… Она вызвала вражеского Хрономансера на дуэль, что позволило ей избежать урона от других атак, бросилась вплотную к магу и прикончила его в три удара.

В ту же секунду, как противник выбыл, она вызвала на поединок Ведьму и нанесла два хороших удара, снизив её здоровье до одной трети.

Затем погиб Коди, и сразу за ним Люк.

Ноэль сумела вызывать на себя большую часть дамага, пока Марисса кайтила врагов, двигаясь по периметру, удерживая дистанцию и осыпая их стрелами.

Неожиданно, Марс оказалась зажатой между толпой противников и облаком ядовитого тумана, скастованного Ведьмой, она попыталась прорваться через туман, но её здоровье упало до нуля, и она рухнула.

— Блядь, блядь, блядь! — вопил Коди, пиная что-то ногами.

Казалось, что истерика Коди происходила где-то очень далеко. Ноэль была сосредоточена только на том, чтобы замедлить врага. Она вызвала на поединок вражеского Варвара потому, что он наносил наименьший дамаг, а атаки тех, кому она не бросила вызов, будут в это время слабее. Она выпила глоток зелья, которое оставалось в инвентаре ещё с начала игры. Это не восстановит и пяти процентов здоровья, но была маленькая вероятность, что врагу придётся потратить хотя бы ещё один удар, отнимет у него полсекунды времени, или даже немного маны. Маны, которую они не смогут потратить на Джесс.

Трое оставшихся героев противника навалились на неё, отрезая дорогу к отступлению и лишая возможности манёвра. Ведьма бросила ядовитую бомбу, и почти сразу здоровье упало до нуля. Экран разукрасился оттенками алого и чёрного, в центре появился таймер обратного отсчёта.