Червь

Пока он пытался разобраться с грудой возвышавшихся над ним горящих машин, Манекен ударил. Словно поршень, он врезался в Сталевара, и отскочил назад под прикрытие огня и дыма. Сталевар поскользнулся на мостовой, врезался в автомобиль, и машины, которые он держал над головой, рухнули. Одна при падени зацепилась шасси за туловище Тайника. Верхняя машина перевернулась и замерла, косо упираясь в землю.

Что я могла сделать? У меня не было дальнобойного оружия. И я не была уверена, что мой жук сможет выдержать меня и что-то ещё достаточно тяжелое, чтобы скинуть на Манекена.

Я развернулась и полетела к своим товарищам, вытаскивая на лету сотовый.

— Нужно какое-то снаряжение, — сказала я Сплетнице. — Манекен атакует героев, и приближается Краулер.

— Поняла.

В небе появилась сфера Солнышка, вспыхнула и исчезла. Сигнал. Я направилась туда.

Сплетница сказала, что Солнышко использовала свои сферы, чтобы расчистить дорогу. Странным образом, тьма Мрака также расчищала путь. Остальные стояли так, чтобы следить за всеми возможными путями нападения.

Я приземлилась, но не смогла правильно выставить ноги жука вниз во время столкновения с землей. Они ударили его в живот, вмялись в него снизу.

— Что с ним? — я торопливо слезла с него. — Он в порядке?

— А это он? — спросила Сплетница.

Эми шагнула немного вперёд.

— Его ноги работают на чём-то типа гидравлики. Когда он летит, жидкость перекачивается в систему полёта. Знаешь, как трудно было сделать эту штуку способной летать? Я никогда ничем подобным не занималась.

— Он великолепен, — сказала я. — Честно. Спасибо. Как думаешь, могла бы ты сделать его немного больше, пока я подготовлюсь? Я могу собрать насекомых.

— Нет.

Я услышала отказ, когда уже наполовину развернулась к Сплетнице.

— Нет? Если есть физические ограничения, тогда, может, можно улучшить нервную систему, или скопировать какие-то летательные инстинкты, чтобы не нужно было так сосредотачиваться…

— Нет, Рой. Я не сказала, что не могу. Я не буду.

Я развернулась к Эми. Она покачала головой.

— Это не предмет роскоши. Это не подарок. Ты сказала, что нужно как-то сбежать, нужна мобильность? Прекрасно. Вот она.

— Прямо сейчас Манекен и Краулер атакуют Стражей. Твоя сестра там, с ними.

Я заметила, как она изменилась в лице, услышав это.

— Она крепкая, с ней всё будет в порядке.

— Не в этот раз. Тайник переместил её в другое измерение. Если он умрёт до того, как вернёт её обратно…

Она побледнела.

— Идиотка, — пробормотала я. — Не могу больше тратить на тебя время.

Прежде чем она смогла что-то ответить, я повернулась к своим товарищам по команде.

— Мне нужны бомбы. Ну или гранаты, что-то, что можно скинуть сверху, чтобы нанести урон.

— Держи, — сказал Баллистик.

Он отстегнул один из своих поясов и протянул мне. По всей длине в него было вложено шесть гранат. Пояс был слишком широк для моей талии, и я просто повесила его на шею.

Эми шагнула вперёд и положила руки на моего жука. Я отошла в сторону, игнорируя её.

— Возьми это, — сказал Трикстер. Он достал маленький пистолет и вручил его мне. Стал объяснять, показывая пальцем. — Десять патронов. Здесь ручной предохранитель. Здесь рычажный предохранитель. Это мой запасной.

Он оказался тяжелее, чем выглядел. Его вес казался ещё больше, если учесть, что это орудие убийства. Я сунула его в одну из петель, которые так до сих пор и не использовала, и дважды проверила, надёжно ли он занял своё место.

— Спасибо.

Я отвернулась и забралась на жука.

— Не могу ничего обещать, но полёт должен теперь отнимать меньше твоего внимания, — сказала Эми.

— Ладно, — ответила я.

— Так что сосредоточься на помощи моей сестре.

— Я помогу любому, кто будет в этом нуждаться, — ответила я.

Со второй попытки мне удалось взлететь. Я ненадолго зависла над землей, чтобы оценить то, что Эми сделала с жуком.

В движениях жука была какая-то логика, но это не был тот вид инстинктивного поведения, к которому я привыкла. Как я поняла, она запрограммировала его на воспроизведение последних полученных инструкций, так что мне не нужно было постоянно концентрироваться на поддержании его движения.

Я поморщилась и подавила этот инстинкт. В текущем виде он был опасен. Если меня собьют во время полёта, жук может продолжить лететь. Та же проблема, если я отвлекусь, когда я буду разворачиваться, или наклонять его, чтобы скомпенсировать вес.

Нет, после проверки мне не понравилось, насколько ненадёжным сделало управление это нововведение. Я могу использовать его только в отдельных случаях. Этого же результата я могла достичь с помощью моей силы, с большим эффектом и точностью. Однажды меня вырубили, а моя сила продолжала направлять насекомых согласно последнему отданному мной указанию.

Бесит.

Я поспешила обратно к полю боя. Сила Стояка действовала примерно от тридцати секунд до десяти минут. Сталевар сражался, когда я улетала, и единственный шанс Стражей был в том, что он продержится.

Я услышала бой раньше, чем смогла разглядеть что-либо в дыму. Огонь всё ещё не погас, но почти везде всё, что могло гореть, сгорело. Пожалуй, кроме содержимого бомб.

Возможно, было опасно находиться здесь, в дыму, и для меня, и для жука, но я подлетела ближе.

Послышался визг раздираемого металла и грохот ударов. Я облетела одно особенно густое облако чёрного дыма и увидела, как Сталевар кромсает машины. Его руки превратились в огромные ножи. Манекен бросил в него машину, а Сталевар прыгнул вперёд и впечатал её обеими руками в землю. Манекен использовал момент и рванул вперёд, его ноги на мгновение коснулись плеч Сталевара, и он спрыгнул на землю. Тянувшаяся вслед за Манекеном цепь опутала Сталевара, опрокинула его, потащила прочь от его союзников.

Сталевар разрушил большую часть приготовлений Манекена, но всё ещё оставался один горящий грузовик, нависающий над Тайником. Он был достаточно большой, чтобы раздавить товарищей Легенды, если Стояк не успеет добраться до него и заморозить.

Я осторожно изменила позу, оценила ветер и вытащила гранату из висевшего на шее пояса.

Плохая идея использовать гранаты без какой-либо подготовки.

Я вытащила чеку и бросила гранату вниз.

Ветер отнёс её дальше, чем я рассчитывала. Она упала в нескольких метрах позади Тайника, покатилась, затем взорвалась. Машину, которую подпирал Тайник, отбросило, перевернув через крышу. Другие обломки разбросало.

На меня нахлынуло облегчение от того, что они не вышли из стазиса, раньше, чем граната разорвалась.

Манекен отступил от Сталевара и посмотрел на меня. Сталевар, в свою очередь, поглотил большую часть металлической цепи и оторвал остаток от своего тела. Он менял форму своих рук значительно быстрее, чем во время нашего нападения на штаб-квартиру СКП.

Сталевар отсалютовал мне своим рукой-ножом, которая была длиннее, чем он сам.

Мы перешли в наступление на Манекена. Я использовала две гранаты, чтобы выгнать его из убежища и помешать ему швырять машины в героев, Сталевар непрерывно пытался подобраться к нему поближе.

И у Сталевара, и у Манекена были, казалось бы, неограниченные физические силы. Оба демонстрировали неожиданные новые приёмы — скрытые приспособления и оружие у Манекена, способность менять форму у Сталевара.

Но нельзя было сказать, что они равны.

Манекен мог атаковать Сталевара чем угодно из своего арсенала, но я сомневалась, что это хотя бы замедлит героя. А вот один добротный удар Сталевара, вероятно, мог стать для Манекена катастрофой.