Червь

Она не хотела поднимать этот щекотливый вопрос сейчас, когда была настолько в долгу у Эми. Чтобы сменить тему, Виктория спросила:

— Ничего, если я его поспрашиваю?

— Пожалуйста, — вздохнула Эми.

Виктория несколько раз постучала по лбу мужчины, привлекая его внимание. Он едва мог двигать головой, но скосил глаза в её сторону.

— Ты готов ответить на мои вопросы, или мне стоит забрать сестру и оставить тебя в таком состоянии?

— Я… засужу тебя, — выдохнул он, затем смог продолжить, — шлюха.

— Попробуй. Я хотела бы увидеть, как скинхед с несколькими сломанными костями пойдёт против супергероини, мать которой — один из лучших юристов Броктон-Бей. Ты знаешь её, не так ли?

— Брандиш, — ответил он.

— Это её псевдоним, когда она в костюме. Её настоящее имя Кэрол Даллон. В суде она надерёт тебе задницу, уж поверь, — сказала Виктория. Она и сама в это верила. Но бандит не понимает, что, даже если он проиграет дело, тот цирк, который устроят СМИ, нанесёт больше вреда, чем всё остальное. И она не собираласья его просвещать.

— Так мне попросить сестру прекратить лечение, или ты готов поделиться информацией? Иначе тебе придётся провести месяцы с невероятной болью и остаток жизни с артритом и сломанными костями.

— И эректильной дисфункцией, — заметила Эми негромко, но так, чтобы головорез смог услышать. — Ты сломал девятый позвонок. Это повлияет на все функции нервной системы в конечностях ниже талии. Если я оставлю всё как есть, ты будешь всегда чувствовать лёгкое онемение пальцев и тебе придётся адски попотеть, чтобы у тебя стоял, если ты понимаешь, о чём я.

Глаза скинхеда расширились.

— Ты хочешь меня наебать.

— У меня есть почётная медицинская лицензия, — сказала Эми с торжественным выражением на лице. — Я не могу никого наёбывать, когда дело касается здоровья. Я давала клятву Гиппократа.

— А как же «не навреди»? — спросил бандит. Потом он застонал долго, громко, с тихим свистом в дыхании, когда она убрала руку от его тела.

— Это лишь первая часть клятвы, например, как свобода слова и право на ношение оружия являются лишь первой частью очень длинной конституции. Не похоже, что он готов сотрудничать. Слава, мы уходим?

— Блядь! — вскрикнул он, затем вздрогнул и аккуратно ощупал свой бок одной рукой. — Я расскажу вам всё. Пожалуйста, просто… продолжай то, что ты делала. Прикоснись ко мне и прекрати эту боль, почини меня. Поможешь мне?

Эми коснулась его. Он расслабился, а затем заговорил.

— Империя Восемьдесят Восемь расширяет влияние в доках по приказу Кайзера. Лун арестован, и что бы ни случилось, АПП сейчас слабее, чем когда-либо. Это значит, есть территория, которую нужно захватить, и в центре города у Империи нет особых успехов.

— Почему? — спросила его Виктория.

— Есть один парень, Выверт. Не знаю, что у него за способности, но у него есть личная армия. Бывшие военные, ветераны. По меньшей мере пятьдесят человек. Кайзер говорил, что каждый из них подготовлен по высшему разряду. Они ходят в броне получше кевларовой. Ты его пристрелишь, а через несколько секунд он снова в строю. Это вроде того, когда ты стреляешь в свинью, но там ты хоть можешь быть уверен, что сломал ей несколько рёбер. Но это ещё не самый пиздец. Эти парни постоянно носят штурмовые винтовки с пристёгнутыми лазерами. Если они не могут решить проблему с помощью пуль, скажем, если их противники находятся в укрытии, то они стреляют такими фиолетовыми лазерными лучами, которые могут разрезать даже сталь. Прожигают любое укрытие, за которым ты спрятался, а затем и тебя самого.

— Да, я слышала о нём. Его методы дорого обходятся, — сказала Виктория. — Лучшие солдаты, новейшее оружие и броня.

Бандит слабо кивнул.

— Но даже при таких затратах он борется с нами за территории в центре города. Мы постоянно перетягиваем канат друг у друга, но никто не может добиться значительного прогресса. Так продолжается уже много месяцев. Поэтому Кайзер считает, что мы должны захватить доки сейчас, когда АПП в худшей форме, чтобы без особых хлопот получить территорию. Больше я ничего не знаю о его планах.

— У кого-нибудь ещё появились планы? Например, у Трещины?

— Эта сучка с командой уродов? Она наёмник, у неё другие цели. Но всё может быть. Если она желает расширить своё влияние, сейчас для этого самое время. Учитывая её репутацию, она неплохо справится.

— Ещё кто-нибудь? В доках образовался вакуум власти. Кайзер заявил, что хочет захватить их, и я готова поспорить, он должен был предупредить своих парней о возможных противниках.

Скинхед рассмеялся, а затем поморщился от боли.

— Ты что, тупая, девчонка? В игре участвуют все. Не только крупные банды и команды хотят урвать свой кусок пирога. Вообще все. Доки созрели и ждут, когда их приберут чьи-то руки. Это место принесёт столько же денег, сколько и центр города. Если тебе нужно что-то запретное, ты идёшь в доки. Секс, наркотики, насилие. И местные привыкли платить деньги за защиту. Вопрос только в том, кому они будут платить. Доки — богатая территория, и, бля, мы реально готовы за них драться.

Он посмотрел на светловолосую супергероиню и засмеялся. Её губы плотно сжались.

Он продолжил:

— Хочешь знать, что я об этом думаю? Империя Восемьдесят Восемь заберёт себе самый большой кусок, нам хватит на это сил. Выверт тоже влезет, лишь бы нам досадить. АПП постараются удержать хоть что-то. Но будет ещё куча всяких мелких банд, пытающихся что-нибудь урвать. Убер и Элит, Цирк, Неформалы, Скрип, Металлолом, Ржавчина и многие другие, о ком ты никогда не слышала. Они попытаются застолбить за собой территорию. А потом случится одно из двух: или будет война, в этом случае пострадают мирные жители и для вас всё будет плохо, или различные группы и одиночные злодеи заключат между собой союзы, и для вас всё станет ещё дерьмовее.

Он снова рассмеялся.

— Панацея, идём, — сказала Виктория. Она выпрямилась, коснулась земли сапогами и поправила юбку. — Мы узнали достаточно.

— Ты уверена? Я ещё не закончила.

— Ты убрала синяки, царапины и переломы? — иными словами всё, что могло вызвать дальнейшие проблемы.

— Да, но я не закончила лечение, — ответила Эми.

— Этого вполне хватит, — решила Виктория.

— Стой! — закричал скинхед. — Мы же договорились, что ты вылечишь меня, если я всё расскажу! Ты мой член починила? — он попытался встать на ноги, но они подогнулись под ним. — Эй! Я, мать вашу, не могу ходить! Я, блядь, буду с тобой судиться!

В одно мгновение выражение лица Виктории изменилось, её сила хлынула, ослепляя бандита. На мгновение его глаза стали как у загнанной лошади — белые, бегающие, расфокусированные. Она схватила его за воротник рубашки, подняла и яростно, громким шёпотом, зарычала ему на ухо.

— Попробуй. Моя сестра только что спасла тебя… большую твою часть одним лишь прикосновением. Ты вообще представляешь, что она ещё может? Ты не думал, что она может так же легко разорвать тебя в клочья? Или изменить цвет твоей кожи, ты, ёбаный расист? Я вот что тебе скажу: я и вполовину не так страшна, как моя маленькая сестра.

Она отпустила его. Он рухнул на землю.

После того, как они отошли подальше, Виктория вытащила свой сотовый из сумочки на поясе. Повернувшись к Эми, она сказала:

— Спасибо.

— Играй по правилам, Виктория. Я не могу воскрешать людей, и если ты зайдёшь слишком далеко…

— Я буду хорошей девочкой. Я стану лучше, — пообещала Виктория, набирая номер. Она приложила трубку к уху. — Алло? Аварийная служба? Запрашиваю спецлинию. Новая Волна, Слава. Поймала преступника, приезжайте забрать. Без способностей. Нет, не спешите, я могу подождать.