Червь

— И ни слова о том, что происходит? — спросил Стояк.

— Они молчат, — ответил Сталевар.

— Возможно, серийный убийца? — подалась вперёд Виста.

— Мы должны сосредоточиться на том, что мы можем сделать, — предложил Сталевар. — К примеру, на ночных патрулях.

— Вообще-то, — влез Крутыш, — простите, но у меня есть одна теория.

— Какая? — спросил Стояк.

Крутыш глянул на Сталевара, ожидая реакции лидера. Тот молчал и он посчитал это предложением продолжать.

— Было ещё два места преступления, верно? Есть идеи, почему в каждом было одно и то же число тел?

— Одно и то же… — Сталевар поднял бровь. — Почему… Ох, млять! Я, кажется, понял.

«Сталевар умнее, чем кажется, — осознал Крутыш. — Или это я так плох с цифрами. Мне понадобилось двадцать минут, чтобы умножить три на три».

— Три преступления, три тела в каждом случае. В сумме — девять трупов? — спросил Стояк. — Все убиты разными способами? Не представляю убийцу, который соответствовал бы всем критериям.

— Не один убийца, — ответил Крутыш. — Девять тел, каждый убит разным убийцей.

— Бойня номер девять, — прорычал Стояк, откинувшись в кресле. — Мать вашу. Этого только нам не хватало.

— Это уже не первый раз, когда они приходят туда, где побывал Губитель, — заметила Флешетта.

— Возможно, это они, — согласился Сталевар. — И, возможно, Протекторат придёт к тому же выводу, исследовав два остальных случая. Но это может быть и кто-нибудь другой. В общем, это дело не нашего уровня и мы должны держаться от него подальше. А сейчас надо обсудить расписание патрулей и сегодняшние обязанности.

— Собачья работа, — сказала Флешетта и прорычала, чтобы подчеркнуть свои слова. Крутыш и Стояк усмехнулись.

— Виста идёт сегодня в патруль. Она самая младшая, с ней должен кто-то пойти. Лили?

Флешетта слегка улыбнулась:

— Мстишь за подколки, да? Не, всё отлично, я давно ждала возможности пострелять вместе с Вистой.

Она протянула кулак с вытянутыми в подобие пистолета большим и указательным пальцами и шуточно выстрелила в девочку. Виста закатила глаза.

— Стояк, мы с тобой возьмём следующую ночную смену. Скажи как хочешь патрулировать — со мной или в одиночку. Мы сможем взять разные маршруты и охватить большую территорию, если ты не возражаешь.

— Хорошо. Там решим.

— Осталась Призрачный Сталкер. Ты не против патрулировать ночью, София?

— Ага, норм, — сказала София не отрываясь от экрана ноута.

— А я? — спросил Крутыш.

— Этим вечером у тебя спецзадание, — улыбнулся Сталевар. — Будешь вербовщиком.

— Вербовщиком?

— Есть паренёк, называет себя Колесничий. Носился по городу в механизированном костюме со скоростью сто шестьдесят километров в час. Прошлой ночью Наручник его наконец догнал и задержал. В итоге позвонил матери парня и добился его согласия поговорить с кем-то из Стражей. С тобой. Ты с ним встретишься у него дома.

— Почему я?

— Общие интересы. Вы оба Технари, ты лучше поймёшь ход его мыслей.

Крутыш кивнул. Он не мог понять, что сейчас чувствует. В какой-то степени волнение от мысли, что он сможет поговорить с другим Технарём, кроме Оружейника? Конечно. Страх? Не заменят ли его новым Технарём? Он знал, что слишком рано этого бояться, но такая перспектива не становилась от этого менее реальной.

— Клёво, — согласился он.

— Убедишь его, будешь хорошо выглядеть в глазах начальства, — сообщил ему Сталевар.

Точно. Отлично. Ещё и давление.

— Теперь о серьёзном. Я замечаю, что команда в последнее время дезорганизована. Мне не сложно заниматься бумажной работой, это помогает понять, что происходит, лучше, чем просто чтение досье. Мне не сложно даже мыть здесь кухню и душ, когда не работают уборщики. Но нам правда нужно общаться. Прошлой ночью Флешетта отправилась на патрулирование и попала в ситуацию с Куклой, о чём её должны были предупредить. Могло дойти до боя.

— Прости, — пробормотала Виста.

— Всё обошлось, — Флешетта улыбнулась краешком губ.

— Да, это правда простительно, учитывая всё, с чем нам приходится справляться, — ободрил её Сталевар. — Но нельзя забывать о подробностях общей картины происходящего в городе. Протекторат занят войной банд между Избранниками Фенрира, группой Чистоты и Вывертом, а теперь ещё этим серийным убийцей или убийцами, и они продолжают обновлять информацию. Так что мы поступим вот как, я уже говорил с Суинки и она согласилась. Я беру на себя дополнительную смену патрулирования и сокращаю все ваши патрули на двадцать минут. В освободившееся время мы каждый день будем проводить такие совещания.

Замолчав, Сталевар взглянул на Стояка, как будто ожидая ответа. Когда Стояк лишь кивнул в знак согласия, Сталевар удивлённо поднял брови. Он продолжил:

— Это даст нам возможность поговорить о последних патрулях, о страхах, заботах и идеях. Да и просто поговорить, потому что я замечаю, что мы видимся только мельком, на патрулировании или в классе, и некоторые из вас стараются проводить больше времени вместе, и обсуждать всё что нужно, даже в ущерб учёбе.

— Ты говоришь о том прошлом занятии, — сказал Стояк.

— Типа того. Не говорю, что это плохо, но мы можем поменять наши расписания и выделить на это время, а не отнимать его у других важных занятий.

— Конечно, — согласился Стояк. Крутыш не мог точно сказать, были ли в его голосе нотки раздражения или нет. По крайне мере, Денис подыгрывал.

— Теперь о ваших отчётах. Думаю, вы в курсе, что с ними есть ряд повторяющихся проблем…

Крутыш вздохнул и опустился на стул. Собрание обещало затянуться.

Строение было некрасивым, с обеих сторон от главного входа лежали кисло пахнущие кучи мусора. Уровень воды здесь был невысок, и здание осталось почти целым. Единственным признаком разрушений были заколоченные досками окна на первом и втором этажах, где из рам были выбиты стёкла. Построенное из красного кирпича, оно было похоже на другие многоквартирные дома в доках.

Он вошёл. Мальчик-латиноамериканец в вестибюле громко засвистел, как только Крутыш сделал шаг внутрь, а банда детей-азиатов в грязной одежде забегала вокруг с оглушительными криками, продолжая играть. Некоторые из них улюлюкали и показывали на супергероя пальцами. Если не считать обитателей, помещение было мрачным, всего с двумя тусклыми лампочками и без открытых окон.

«Уже девять часов вечера. Не пора ли мелким спать?»

Он взглянул в сложенную бумажку в руке, нашёл номер комнаты и стал подниматься по лестнице. На полпути наверх на лестнице сидел ужасно толстый старик, возможно он присматривал за детьми. Крутыш надеялся, что его наняли, потому что старик был белым, а дети — нет, значит скорее всего он не был их родственником. Если же ему не платили, оставалось только одно, неприятное объяснение, почему он был готов терпеть детские крики и визг.

«Или может быть он глухой. Так и будем считать».

Толстый старик ни на сантиметр не сдвинулся, когда Крутыш подошёл к нему, так что пареньку пришлось протискиваться. Он продолжил подниматься, проигнорировав группу крепких азиатских парней возрастом лет за двадцать, стоявших на охране в коридоре второго этажа. На третьем этаже он прошёл мимо людей, спящих на одеялах в коридоре и нашёл квартиру 306.

Он постучал, через секунду дверь открылась. Его поприветствовала усталая латиноамериканка.

— Вы — супергерой, правильно?

— Да. Крутыш, — он протянул руку и она её крепко пожала.

— Эшли Медина. Мой сын вон там.

Маленькая квартирка, как заметил Крутыш, была обставлена со своеобразным стилем. Отпечаток эстетического вкуса, подходящие друг к другу элементы декора и мебель. На ковре были видны следы от пылесоса, а оба кухонных стола и обеденный стол были безупречно чисты. Было похоже, что убиралась она очень усердно. Но идеального порядка в таком здании добиться было невозможно. На потолке виднелось пятно от воды, а на ковре под небольшим половиком — тёмно-коричневые пятна, возможно от предыдущих жителей.