Червь

— Лабиринт может изменить точку выхода портала за несколько минут…

— Этого недостаточно, мы исследовали портал Лабиринт и заключили, что простое изменение точки выхода в нашем мире, оставит эту часть портала незапертой, и никто не может поручиться, как она поведёт себя в условиях конца этого мира.

— Вы исследовали портал? Кто именно?

— Зориан Казински и Зак Новеда, — Пилатус протянул руку, представляя своих спутников. — Помимо всего прочего, великолепные специалисты в области, которую они называют «пространственной магией». Пусть вас не пугает слово «магия», это лишь принятая в этом мире терминология.

Молодые парни не бездействовали. Они уже закрыли свой портал и производили манипуляции с каким-то предметом. Воздух вокруг них заколебался, и внезапно перед ними появились новые люди.

Пожилая женщина и мужчина средних лет. Они присоединилась к работе. Воздух снова задрожал и парень, кажется, Зак Новеда, положил какой-то предмет во внутренний карман.

Переносной портал?

— Советую вам как можно быстрее перейти на Землю Бет, — произнёс Пилатус. — Как вы могли видеть, здесь идут активные боевые действия. Война.

— Война приведёт к концу мира? — уточнила Трещина.

— Нет, это лишь нелепое совпадение, — ответил Пилатус. — Пожалуйста, поторопитесь, за нами может быть погоня.

— А что с нападением на комплекс? Туда безопасно возвращаться?

— Да. Нападение уже отражено. Ситуация стабильна. Гвалт со своим отрядом охраняют главный вход в портал.

— Вы дадите убедиться нам в том, что порталы будут закрыты?

— Разумеется. Вы будете участвовать в их закрытии. Более того, поскольку в результате нападения вы открыли два портала, вместо одного, я готов вдвое увеличить ваш гонорар.

Несколько секунд Трещина молчала. Трилистник видела, что ей что-то не нравится, хотя и не понимала, что именно. Наконец, Трещина кивнула:

— Ладно. Как мы будем действовать?

— Вы пройдёте через портал, Лабиринт с той стороны настроит выход в безопасный мир. Например, Земля Гимель. Окрестности Лондона, если возможно. В это время мы заблокируем выход здесь, после чего возвращаемся на комплекс через первый портал, я телепортирую вас с Лабиринт к первому входу, где мы повторяем процедуру. Только на этот раз блокируем выход, находясь на Земле Бет.

Трещина внимательно посмотрела на Пилатуса, затем кивнула и скомандовала:

— Пошли, ребята.

— Вельвет, — произнёс Пилатус. — Ты нужна мне здесь.

Вельвет подошла к нему.

Тритон и Трилистник вошли в портал. Здесь, кажется, ничего не изменилось. Трилистник взглянула на Скребка. Выглядел тот неважно, однако махнул рукой, дав понять, что с ним всё в порядке.

— Приступайте, как только будете готовы, — крикнул вдогонку Пилатус.

В портал вошла Трещина, направилась к Лабиринт и стала объяснять, что от той требуется.

— Что не так? — тихо спросила Трилистник у Трещины.

— Зря мы ввязались в это дело, — так же тихо ответила Трещина. — Он так и не сказал о характере катастрофы, которая обрушиться на этот мир. Что если мы можем каким-то образом навести беду на нашу Землю?

— Но он, кажется, предусмотрел против этого меры…

— Да, но мы не знаем, будут ли они достаточны. И кроме того, посмотри, чем он здесь занимается. Спасает людей? Нет. Он что-то добывает. Знания, драгоценности? Не знаю. К тому же он так и сорит деньгами. Это никогда не было хорошим знаком.

— Но вот этих людей он хочет спасти, собирается перевести к нам.

— Да, но почему только их? Видимо они обладают какой-то ценностью. Не нравится мне эта охота за сокровищами в последние часы мира. Слишком уж напоминает мародёрство.

— Вы готовы? — раздался голос Пилатуса.

— Начинаем, — выкрикнула Трещина и дала сигнал Лабиринт.

Та подошла к порталу и протянула руку. Трилистник посмотрела через портал на тёмную рощу и фигуры людей на фоне ночного неба.

За долю секунды до того, как сила Лабиринт сменила точку выхода и ночной город, и весь этот мир исчез, в портале промелькнула быстро летящая тёмная фигура, ударилась в стену коридора и рухнула на пол.

Лабиринт вскрикнула и отскочила в сторону. За порталом была луна и ночное озеро на фоне гор.

На полу лежал человеческий скелет. Цвет костей был чёрным и блестящим, словно металлическим. На голове — роскошная корона, инкрустированная красными камнями, которая смотрелась на чёрном черепе как нельзя более уместно. Она придавала ему царственный облик.

Скелет поднялся на ноги, посмотрел по сторонам. В тусклом свете химических ламп казалось, что он весь светится зелёным светом. Трилистник почувствовала, как зашевелились волосы у неё на макушке.

Зелёное свечение угасло, и пришелец трансформировался в изысканно одетого пожилого мужчину приятной внешности.

— Прошу прощения за столь неожиданное появление, — улыбнулся мужчина. — Но, боюсь, что меня забыли предупредить о проведении спасательной операции, а гибнуть вместе со всем миром мне показалось неуместным.

Никто не проронил ни слова.

— Впрочем, я уверен, что мы сможем оказаться друг другу полезными, — продолжил мужчина, повернулся к Трещине и протянул ей руку. — Позвольте представиться, меня зовут Сарувата Меренпта. 406 Я - плащ¶

Примечание от переводчиков: Эта глава не является частью Червя! Написана специально к 1 апреля. Автор: Дмитрий Моцарь

Этот мир… неправильный, не мой, так много вопросов, так мало ответов…

Герои, они называют себя героями… Надели плащи, закрыли масками лица и решили творить добрые дела, бороться с преступностью, искоренять зло во имя справедливости и светлого будущего.

Он видел таких и раньше. Они были всегда, приходили в этот мир с благими помыслами и яростью в сердце. Наивные глупцы. Они сгорали как спички, не способные бороться, не способные смириться со своей судьбой, не готовые к бою и сопротивлению общества. Они были слабы.

Иные боролись с системой, с обществом. Они начали считать себя выше закона, но наполнялись жестокостью, нетерпимостью, уподобились тем, с кем сражались, они стали врагами тем, кем когда-то были сами.

Как мало тех, кто может идти дорогой света — не оступившись, не отступив перед непониманием близких. И ещё меньше тех, кто может идти по лезвию ножа, балансировать между тёмной и светлой стороной, может найти мужество и силу воли, чтобы не переступить черту.

Герои…

Дети. Несчастные калеки, получившие дар в самые ужасные моменты жизни, которые навеки оставили на них свой след. Это их изменило, они стали другими. Носят маски не только на лице, но и в душе, скрывая изменения не только от окружающего мира, но и от самих себя, не способные принять новое «я».

Кто-то скажет, что он тоже носит маску, скрывая от окружающих свою суть, вершит правосудие по ночам, а днём ведёт разгульную жизнь… Да, он носит маску. Но эта маска не прячет его сущность, но создаёт её.

Нет, он ничего от себя не скрывает, он знает себя, он знает свой путь, свои сильные и слабые стороны. Он приручил своих внутренних демонов, он слился с ними. И этим он внушает ужас ублюдкам, творящим разбой на ночных улицах, они видят в нём не человека, но демона, пришедшего по их душу.

Ночь, моросящий дождь. Капли мелкими струйками стекают по кирпичным стенам на асфальт, в сточные канавы, кишащие крысами. В неровном свете редких уличных фонарей нет людей, только крысы, люди давно не выходят по ночам в этом городе. Время падальщиков, тараканов и двуногих животных, некогда именовавших себя людьми.

Отбросы. Ими движут инстинкты «где поживиться» и «как отобрать последний кусок у слабого». И герои, патрулирующие ночь. Они пытаются скрыть во тьме свою боль, борьбу, переживания. Он видит их боль, тьма ему не преграда. Боль знакома ему. Иногда он делится ею с врагами.