Червь

— А сейчас ты увидишь свой самый страшный кошмар, — прорычала Ехидна.

Алая тьма, окружавшая Мрака и чудовище, словно взорвалась, из неё выстрелили маленькие капли с тянущимися за ними нитями. Каждая капля была нацелена в какого-то героя. Одна из них предназначалась мне. Я попыталась увернуться, но капля изменила направление полёта.

И я увидела…

Автомобиль качнуло. Моя голова на секунду приподнялась над поверхностью стекла и легонько стукнулась об него. Это разбудило меня, выдернуло из полудрёмы, но я не стала открывать глаза, сохранила прежнюю позу и продолжила слушать шум движущейся машины. Уже темнело — возможно, стоит попытаться снова заснуть, чтобы отдохнуть и хоть как-то сократить долгую поездку. Но мне снилась такая мерзость — мои прошлые битвы, предательство друзей, что не было никакого желания снова погружаться в сон.

Я не могла вспомнить, как я садилась в машину — значит, меня в неё уложили. Разум мгновенно перешёл в боевой режим.

Всё окружающее показалось мне удивительно знакомым. Ощущение дежавю только крепло с каждой деталью, на которую я бросала взгляд.

Насекомые внутри машины были. Какая-то мелочь мошки, гнус, несколько комаров. Я запустила их сканировать салон.

Лиза — нет, Эмма! — сидела на соседнем сидении. В полумраке был виден её силуэт и распущенные белокурые волосы на фоне серого окна. Лицо было скрыто в тени. Она ничего не подозревала.

Позади моего сидения стояли ящики. Несколько мошек исследовали его.

Оружие. Сразу под крышкой лежал пистолет. Крышка не заперта.

Я прикинула последовательность действий. Из моего текущего положения можно было потянуться, открыть ящик и схватить пистолет. Но был ли он заряжен? Насекомые не могли это определить. Но другого шанса у меня не будет. С другой стороны… вдруг у меня и вправду какие-то ложные воспоминания? Я не понимала, где мы и что происходит. Чёрт, ненавижу, когда необходимо действовать без понимания сущности того, что происходит.

Насекомые сканировали девушку и неожиданно ощутили на её сидении холодный металл оружия. Пистолет был реален. Если я не начну действовать, то погибну.

Я резко вывернулась, протянулась к ящику, подняла крышку одной рукой, второй не глядя схватила пистолет, направила на попутчицу и закричала:

— Руки вверх! Не двигаться!

Машину вильнуло, Малой плохо среагировал на крик. Чёрт, я о нём не подумала. Эмма испуганно повернулась ко мне:

— Тейлор ты что!

— Заткнись! Подними руки, чтобы я их видела!

Эмма подняла руки. Мне нужно укрепить свою позицию, нужно пространство, способы нападения. Нужны насекомые.

— Малой, останови машину! — выкрикнула я.

— Тейлор, успокойся, — торопливо проговорила Эмма, — это я, Лиза.

— Хрена с два, — выпалила я. — Второй раз я не куплюсь.

Эмма хорошо меня знала, она могла сообщить факты о моей личности, о моём прошлом. Но что означает «второй раз»? Когда она обманула меня в первый раз? Было ли это реально? Или это был бредовый сон? Что если я застрелю сейчас свою лучшую подругу? Впрочем, у меня появилась одна идея:

— Коммунизм-Л. Куда мы едем?

— Помидор-А. К запасному убежищу Выверта.

Я никогда ничего не слышала о запасном убежище Выверта. По крайней мере, Сплетница мне ничего не рассказывала. А если бы оно существовало, она бы обязательно сказала об этом лидеру Неформалов.

Наверное.

Впрочем, если Эмма стала Скрытником и умела притворяться другими людьми, то она запросто могла знать о внутренней жизни Неформалов. Наш с Лизой код мог быть скомпрометирован. О нём знали Сьерра, Шарлотта и Форрест. Могли знать и другие.

Машина остановилась, я открыла дверь, не опуская пистолета, вышла наружу и сделала несколько шагов назад.

Насекомые хлынули в машину, они садились на поверхности, на сидящих внутри людей. Малой тихо матерился. Эмма молчала, несмотря на то, что оказалась покрыта насекомыми. Они не атаковали. Они помогали мне контролировать ситуацию.

— Где мы впервые встретились? — вместо меня говорил мой рой.

— На крыше, ты сражалась с Луном. Потом я связалась с тобой, ты была в библиотеке, — спокойно сказала девушка.

Об этой встрече могли знать многие. Оружейник. А значит, все герои. Могли и другие. Момент с библиотекой? Не уверена.

— Кто стал причиной твоего триггер-события?

— Мой брат, — поморщилась она.

— Как его звали?

— Рекс. Регги, — она повернулась ко мне. — Тейлор, это я.

Могла ли Эмма узнать об этом? Или у меня паранойя? Доверять или не доверять — сейчас вопрос жизни и смерти. И всё же я почувствовала, как на меня накатывает облегчение.

Я опустила пистолет.

Лиза вышла из машины и подошла ко мне. Обняла.

— Лиза, минуту назад ты говорила мне, что у меня ложные воспоминания. Или не говорила? Что происходит? Александрия жива?

— Тейлор, мы в огромной жопе. Лечение Панацеи не сработало.

Лечение Панацеи. Мне понадобилась секунда, чтобы понять, о чём она говорит. Красные миазмы. Агнозия.

— Ампутация думала наперёд, она предусмотрела возможность того, что агнозию научаться лечить. Паразиты, которые передавались вместе с миазмами, погибли, но они повредили мозг, оставили в нём прогрессирующую болезнь, которая неожиданно проявляется через неопределённое время.

— Это случилось со мной?

— Да, сейчас ты теряешь связь с реальностью. Тебя будут охватывать видения. Ты не сможешь понять, настоящие они или нет. Не сможешь даже понять, где заканчивается реальность, а где начинается сон.

— И что в конце? Смерть?

— Боюсь, что нет. Ампутация хотела сеять хаос, панику и паранойю. А если люди, обладающие суперспособностями, неожиданно начнут слетать с катушек?..

— У тебя есть план?

— Да. Мы нашли специалиста, доктора Шелхарда, возможно, лучшего кто остался после того, как Панацея отправилась в Клетку. Он создал вакцину, которая на некоторое время подавляет эффект. Мы все её принимаем, и сделали укол тебе. Именно поэтому ты сейчас пришла в себя.

— Эффект временный?

— Да, если вовремя не принять дозу, безумие вернётся. У нас закончился запас вакцины, и пока мы ещё держимся, нам срочно нужно к доктору Шелхарду. Он может сделать ещё.

— Тогда скорее в машину, — сказала я. — И надо как можно скорее придумать, что делать с клоном Мрака, испускающим миазмы. Если она снова его выпустит, мы понесём огромные потери.

Сплетница перегнулась через край крыши и посмотрела на сражение вокруг Ехидны.

— Моя сила подсказывает мне, что Мрак — не единственный козырь у неё в рукаве. И скорее всего, там кто-то из Неформалов. В подземной базе Выверта у неё было время, чтобы поэкспериментировать, создать множество клонов и выбрать лучших. Моё мнение: там могут быть клоны Мрака, Висты и твои.

— К тебе она не прикасалась?

— Она хватала меня языком. И честно говоря, есть шанс, что она сумела этим воспользоваться.

В этот момент насекомые сообщили мне, что Ехидна попятилась к углу между зданиями и одного за другим изрыгнула нескольких клонов. Это были три лже-Александрии. Первая не имела видимых дефектов, второй и третий клоны были более уродливыми.

Обороняющиеся силы сражались с клонами, Ехидна получила передышку, и никто кроме меня не мог увидеть того, что она делает.

— Три клона Александрии, — сообщила я Сплетнице. — Она прячет их за собой.

Первая из лже-Александрий взлетела к Ноэль и что-то ей сказала. Ноэль кивнула, и спустя пару секунд сзади появился ещё один клон.

Нет, это был не клон. На ней был шлем и тёмный костюм. Это была сама Александрия. Безвольная, ослабевшая, погружённая в кошмары. Несмотря на всю её неуязвимость, Ехидна смогла подавить её силу, затуманить мозг и ослабить тело.