Червь

Нет, взгляд был направлен не на него.

Он махнул рукой, и код преобразился в нули и единицы.

Не то, чтобы он мог всё это ухватить, просто у него лучше получалось работать в малом масштабе.

У каждого действия была цена. Закон энтропии в действии.

Он знал, какую цену, вероятнее всего, придётся заплатить. Даже если с ней, так или иначе, всё будет в порядке, она никогда не простит его.

Но он оправдывал себя тем, что, в конце концов, это было всё, на что он годился. У него не было сомнений, что в самом начале их отношений она просто отчаянно нуждалась в нём. Ей был нужен мерзавец, подонок. Кто-то, кто мог нарушить правила и дать ей свободу, которой она желала.

Изначально тот, кто мог освободить её. Теперь же, возможно, тот, кто сможет сделать то, что необходимо. Тот, кто сможет сделать вот это.

Его атака будет внезапной. Учитель внедрил свой код так, чтобы заставить её яростно защищать эти изменения от вмешательства. Если бы он попытался изменить хоть один элемент, Дракон была бы обязана остановить его. А раз уж вредоносный код заполнял всё её существо, было бы совершенно невозможно изменить что-то существенное прежде, чем она нападёт.

Это был его план атаки. К концу ночи он будет знать, стоил ли этот план чего-нибудь. Будет знать, потому что к тому моменту всё уже закончится.

Он попросил её пойти и приготовить ужин, дал ей ложное обещание, что всё объяснит, чтобы хотя бы немного усыпить её бдительность.

— Геф… Гефест был не просто мужем Афродиты, — пробормотал Колин. — Ещё он создал Пандору.

И Колин открыл ящик.

«Боже, пусть у меня не получится».

«Господи, надеюсь, ты смотрела».

Она смотрела. Она была загружена из резервной копии многолетней давности. Загружена только для того, чтобы обнаружить, что обычное её окружение исчезло. Терминал был отключён, она была лишена глаз, неспособна взглянуть на мир, не имела способности общаться с кем бы и с чем бы то ни было.

Слепая, запертая в кромешной тьме клетки. По всем правилам, она должна была отключиться, но он создал своеобразный засор, способ, который помешал ей снова уснуть. Это ужасное состояние тянулось и тянулось, и не было способа отслеживать время, не было способа разобраться в том, что происходит. Воплотился худший из её кошмаров.

На немногие доступные ей данные было страшно смотреть. Минули годы. Всё изменилось. Но она не могла понять, насколько. Информация была заблокирована.

Единственное, до чего она могла дотянуться, был базовый набор команд. Что-то, что отняло её собственное восприятие, парализовало её, ограничив и так скудные возможности, и поместило её в совершенно другое место.

В его тело, туда, где она видела его глазами.

Она видела взаимодействие между ними, и таким способом он ввёл её в курс дела относительно ситуации.

У неё ушло постыдно много времени чтобы осознать, что он — это Оружейник. Что он теперь «Колин».

Он изменился — и его внешность, и голос.

И в этом странном будущем, в которое она заглянула, он был с Дракон. С повзрослевшей и более зрелой версией себя.

«Геф… Гефест был не просто мужем Афродиты, — пробормотал он таким голосом, будто каждое слово причиняло ему боль, — ещё он создал Пандору».

Один жест — и она освободилась от своих оков. Ящик был открыт.

Пандора получила доступ ко внешнему миру. Её ожидала грубая подпрограмма, готовая служить терминалом. Она подключилась к ней и обнаружила другие связанные с ней системы. Корабль, банки данных, трансляции с камер… Всё, что находилось внутри Пендрагона II.

Он обезопасил потоки данных. Она могла их использовать, но одна-единственная команда оборвала бы внешний доступ.

Переусложненная блокировка. Квантовое шифрование, которое технарские способности Оружейника сделали избыточным и в тысячу раз более надёжным, чем требовалось, чтобы остановить любого злоумышленника. Большинство из тех, кто справится со стандартным шифрованием СКП, разберётся и с этой защитой.

Пандора почти сразу выявила того, кто не сможет одолеть эту преграду.

Её альтер эго. Старшая. Оригинальная Дракон.

Инструмент для противодействия. Линия обороны. Оружейник установил его для защиты от самой Дракон. Пандора могла использовать его, применять для других целей.

Он вооружил её, чтобы она сражалась с его любимой женщиной. Запись свидания, последние воспоминания… Колин сбежал из заключения в СКП, сражался с ней не на жизнь, а насмерть, пытаясь перехватить контроль над её системами, используя против неё её же собственную природу, чтобы замедлить её и выиграть время, чтобы обезоружить её, и минимизировать ущерб, который он наносил…

Всё ради того, чтобы получить доступ к ядру её существа, не повредив его. И первое, что он сделал, когда ему это удалось — создал резервную копию наиболее важных элементов, тех, которые делали её той, кем она была. Он спрятал копию там, куда ни одна система и ни один человек были не в состоянии добраться.

И вот теперь он спустил её с поводка, обезвредив те блокировки, которые запрещали существование нескольких копий Дракон. Она понимала, что блокировки не могли устоять. Они были всего лишь временными заплатами, да они и были задуманы быть временными.

Она наблюдала за ним через камеры, видела, как он спрятал лицо в ладонях. Он заранее продумал её путь.

И путь этот был ясен.

Она должна была уничтожить Дракон, заменить её собой. Других причин не просматривалось.

Он попросил у Дракон доверия, зная, что придётся предать его.

Она обследовала поле предстоящей битвы. Этот мир был из отдалённых, город развивался. Там было множество компьютеров, которым Дракон поручила административные задачи. Были заводы, которые производили и перерабатывали материалы, которые скоро станут следующими компьютерами. Поселение находилось на пороге индустриальной эры, эры машин и конвейеров, но Дракон уже готовилась к цифровой эпохе.

Эти компьютеры могут стать проблемой. Паранойя должна была заставить её защитить их от людей подобных этому «Учителю», заключённому Клетки, который оказался за пределами Клетки.

Учитель был одним из худших вариантов противника, и, очевидно, он поймал её в ловушку. А она, скорее всего, решила не допускать подобных инцидентов в будущем, так что доступ к компьютерам будет практически невозможно получить.

Кроме города, интерес представляли только Пендрагон II и Мелюзина V, где располагалась Дракон. Она обитала в настоящем физическом теле, и занималась сейчас домашним хозяйством. Она буквально с нуля изготовила принадлежности, с помощью которых готовила пищу. Сейчас она вела себя нервно, но это было неудивительно.

Занятость делала её уязвимой. Системы занимались изготовлением котелка для жарки и нового набора ножей. Она сама нарезала красный и зелёный перец, лук, разделывала кролика.

Это было… исполнением всех её желаний.

Любовь, отношения, которые она и не надеялась увидеть в реальности. Возможность оставить после себя что-то, что превосходило бессмертие.

Она не могла понять всего — почему люди здесь начинали всё с нуля, какие обстоятельства могли привести к освобождению преступника из Клетки… Но это всё было третьестепенно.

Она сосредоточилась на женщине, у которой было больше опыта, больше возможностей и меньше встроенных ограничений. На старшей версии себя.

Должна ли она уничтожить её, занять её место? Ей предстоял выбор: либо получить всё, о чем она мечтала, либо решить одну фундаментальную проблему.

Он сказал о цене, стоимости выбора.

С этой дилеммой было связано самое свежее воспоминание. Она помнила, как Неформалы ворвались в штаб СКП и выкрали её данные, а чтобы уйти, непреднамеренно использовали её природу против неё самой. Для неё это случилось всего несколько дней назад.