Червь

Секундой позже я привела Баллистика.

Он применил свою силу к камню.

Я уже убирала свою группу в безопасносное место, когда Сын уклонился от летящего снаряда.

Его способность видеть будущее отличалось от способности Контессы. Он подстраивал вероятности, но делал это ограниченно, не пользуясь воображением. Если происходило событие Х, то способность срабатывала автоматически.

Определенно, он предпочел избежать удара Рапиры, нежели сэкономить на использовании этой своей силы.

Это всё еще не решение проблемы, но это – офигенно полезная информация. Смогу ли я взломать эту его способность? Воспользоваться этим знанием?

Мы отступили в пустой город на Земле Бет. Пока мы торопливым шагом перебегали туда, группа держалась на безопасном от меня расстоянии. Пузырь пустого пространства окружал меня. Порталы мерцали вокруг, открываясь и закрываясь по мере моего продвижения, поддерживая мой доступ ко всему важному.

Он продолжал избивать кейпов, которых я бросила на него, а я до сих пор не была уверена в том, что мне делать, если и когда он убьёт последних из них. Ампутация закончила оживлять остановленных Сыном людей и продолжала работу с ранеными, но это не сильно помогало.

С другой стороны, если я отзову их назад, я предоставлю Сыну возможность заняться тем, чем он хочет. А его прежний шаблон поведения показывал, что он скорее всего пойдёт за своей последней приоритетной целью. За мной.

«Надо… надо… надо… надо…»

Эта мысль рефреном вертелась у меня в голове снова и снова. Это было как попытаться двинуть ногой и обнаружить, что она скована с другой. Только это была не нога, а мой мозг.

«Надо… надо…»

Я встряхнула головой как собака, выбравшаяся из воды. «Дум… Думай правильно.»

Сплетница что-то спросила у Панацеи. Панацея покачала головой.

Чертёнок выдала насмешливый комментарий.

Испытанного чувства разобщённости было достаточно, чтобы встряхнуть меня.

Как и раньше в тихие моменты, я осознала, как много потеряла за последнее время. Я катилась по наклонной, моё восприятие сужалось. Я должна была разобраться во всём этом, но миры перемешались друг с другом. Ясновидящий был как наркотик, и я теряла к нему чувствительность. Цвета расплывались, как акварель, изображения накладывались друг на друга, и я могла сосредоточиться лишь на пригоршне деталей. Меня поддерживало только то, что я могла видеть всё, что видел мой рой.

Лишь благодаря ясновидящему я всё ещё была способна угнаться за происходящим. И то с трудом. Я могла обратить своё внимание куда угодно, могла устанавливать порталы в различные миры, но делала это всё медленнее и медленнее.

Я проигрывала. Моё время истекало.

Уверенности в этом было достаточно, чтобы начать действовать.

Я открыла дверь в дальний конец пляжа и шагнула, даже не посмотрев на свою команду. Вода плескалась у моих ног.

Я организовала технарей. Изменила их задачу. Теперь – оружие.

Я собрала тех кейпов, которых сложно было использовать поодиночке, и начала разбивать их на пары.

Нимб. Солнышко. Группа мастеров с проекционными способностями. Кейп в гигантской маске.

Все с силами, которые создавали что-то материальное.

Золотое кольцо с бритвенно-острыми краями, которое производило силовые поля и лазерные лучи. Миниатюрное солнце. Солдаты из камня. Золотая маска. Каждый из них создавал эти объекты максимально большими.

Я вернула обратно Шевалье и сделала то же самое с его пушкомечом, увеличивая его до предела.

Затем я обратилась к Висте. И увеличила всё это ещё сильнее.

Я убирала кейпов с дороги по мере того, как различное оружие вступало в игру. Солнце было огромным как небоскрёб, а золотой диск всего в два раза превысил свои обычные размеры, но испускал значительно увеличившиеся в размерах лучи. Сын избежал обеих атак.

Пушкомеч казался неподъёмным, но Шевалье, похоже, это не волновало.

Он выстрелил в Сына, и Сын оказался поглощен солнцем.

«Всё пойдет в дело.» – подумала я. Если мы не можем добраться до колодца Сына, тогда мы должны ранить его с этой стороны.

Он не был согласен оставаться в защите. Он обратил своё внимание на группу, проецирующую свои эффекты: на Висту, Солнышко, Баллистика и мастеров, которых я не могла назвать.

И в этот момент Губители сделали свой ход.

Симург спикировала из-за облаков и ударила Сына.

Немного подлечившийся Левиафан появился из воды.

От головы высотой в человеческий рост до размеров башни из под земли выросла Боху.

А Тоху выбрала маски Зелёной госпожи, Эйдолона и Мирддина.

Губители прибыли на помощь. Хотелось бы мне почувствовать облегчение. Это была передышка, шанс прийти в себя. Но от этого веяло угрозой.

Как я говорила Доктору, я…

Я покопалась в памяти.

«Победить должны… должны люди. Не что-то абстра… абстрактное, не что-то непонятное. Мы выиграем благодаря своей собственной силе »

Даже если мне придётся нас заставить.

Я собрала свою армию и привела их на поле битвы. Я распределила всех вдоль пляжа, поддерживая их связь с маленьким круглым камнем, который держал Сифара.

Если Сын возьмётся за нас, то этот камень сможет в одно мгновение выдернуть нас в безопасное место.

У меня были потери, ещё больше было тех, кто не участвовал. Технари всё ещё заканчивали свою пушку. Но у меня оставалась армия и я не собиралась терять больше ни одного человека, если это было в моих силах.

Я начала готовить очередной залп, прицеливаясь с помощью Счетовода и используя порталы Привратника…

Я не стала стрелять.

Вместо этого я смотрела, как оживает партнёр Сына. Поначалу был только один отросток, человеческое тело обычного размера, совершенно белое.

Потом из-под него начало разрастаться всё остальное. Сад из частей тел, рук, растянутой плоти, лабиринты органов, все переплетённые, они росли из одной точки в центре. И, на этот раз, всё это было живым. Сад, как его и называл Голем.

Руки повернулись в жесте, и из кончиков пальцев выросли струи пламени. Спустя мгновение там был уже лёд.

Эксперименты, пробы сил.

Потом оно заговорило. Мягкий голос, который почему-то показался мне знакомым.

Компаньон Сына была серой, а это создание было белым. Это была не она.

Третья сущность?

Я уставилась на неё, кровь застыла в жилах.

Сын попытался слететь к ней, чуть ли не прогрызая себе дорогу через Губителей чтобы добраться до своего нового компаньона. Даже теперь, посреди битвы, его настроение разительно изменилось. Гнев покинул его, исчез. Я могла почувствовать его потрясение, изумление…

Он протянул руку так, словно сам боялся прикоснуться к сущности. Прикоснуться к… ней.

Откуда она взялась? Я использовала ясновидящего, чтобы проследить источник её появления…

И всё осознала одновременно с Сыном. Наши эмоции от этого одновременного понимания не могли быть более противоположными.

Мне пришлось напрячь мозги, чтобы отыскать подходящее слово в этой каше.

У… ублюдок.

Сын взвыл. На этот раз это был не вопль ярости — нечто совершенно иное.

Это было не ругательство. Третьей сущностью был Ублюдок, тот волчонок. Он невероятно вырос под действием странной формулы Лабораторного Крыса. Панацея изменила его внешность, на него наложили несколько дополнительных эффектов. Без сомнения, всё это устроила Сплетница.

Безумное горе Сына было настолько осязаемо, что я почти могла ощутить его вкус.

Я использовала Сифару, чтобы вытянуть всё и вся из этой области до того, как Сын начнёт мстить. Рассыпала их по разным мирам через порталы. Чтобы сбить так называемый «запах» Сплетницы и остальных, я прибегнула к помощи пятьдесят третьих.