Червь

Остальные мертвы. Всё вокруг усеивали клоны Сатира. Они яростно сражались и жестоко убили большинство из копавших. Мёртвые клоны распадались на части.

Сын близко, нам некогда сражаться.

Лун, Сталкер и Рейчел набросились на оставшихся. Арбалетная стрела поразила голову девушки-лазера, собаки набросились на человека-крота. Когти и пламя Луна закончили сражение.

Без указаний с моей стороны Окова прыгнула в дыру. Чертёнок последовала за ней.

По очереди мы все зашли внутрь.

В огромном помещении, из которого мы вышли, вспыхнул золотой свет. Ни грохота, ни разрушений, ничего подобного.

Но я могла догадаться, что случилось. Пусть даже и не понимала до конца.

Пока остальные спускались вниз, Голем блокировал за нами проход. Лун, Канарейка, за ними Рейчел с собаками. Бетонные руки закрыли вход, две руки покрупнее выдвинулись из стальной колонны и переплелись пальцами, создав некое подобие забора.

Они задержат Сына всего на секунды, но это уже что-то.

Мы остались втроём. Голем собирался спускаться, я присматривала за тылами.

Я встретилась глазами с Призрачным Сталкером.

Она сорвалась с места и исчезла внутри стены.

Я направилась вниз, Голем следовал прямо за мной. Глава 29.07¶

Спуск был не самый удобный. Но с неудобствами можно было и смириться. Пусть уж лучше так, чем остаться наверху и встретиться с ублюдком, который уничтожал человечество.

В самом начале туннеля встречались неровности, выпуклости и острые грани, по которым я скользила с такой скоростью, что меня даже начала беспокоить целостность костюма. По всей видимости, неровности были сделаны специально, чтобы облегчить спуск тем, кто не участвовал в рытье туннеля. Через некоторое время металл превратился в гладкую поверхность. Зацепиться стало не за что, туннель теперь напоминал горку, спиралью уходившую вниз.

Мы все скользили, расставив ноги и упираясь ими в стены, чтобы замедлить спуск. Насекомые, которых я разместила на товарищах, позволяли мне отслеживать изменения формы туннеля и группироваться перед тем как входить в крутые повороты, проскальзывать по участкам с крутым уклоном или даже падать с уступов в три метра высотой.

Всё это чем-то напоминало муравейник. Извилистые проходы, неравномерные, выкопанные наугад, коварные и сложные в навигации.

Окова закончила скольжение, угодив в тупик, где стоял какой-то человек. Она не стала тормозить. Она использовала свою силу, размягчая сталь, чтобы пробить себе проход, и провалилась вместе с тем человеком в образовавшееся отверстие.

Окова и её случайный попутчик оказались в комнате по ту сторону туннеля, и в тот же миг были атакованы. Следующим спускался Лун, за ним — Канарейка. Их тоже поджидала засада. Лун был припечатан к стене, а Канарейку без церемоний швырнули в толпу, которая только и ждала, чтобы обезвредить её.

Прямо за мной спускался Голем, а потому у меня не возникло ни малейшего желания останавливаться и собираться с мыслями. Я нырнула вперёд, к ситуации, которую не вполне понимала. Насекомые, сидевшие на моих союзниках, рассеивались и заполняли помещение, но их было слишком мало, чтобы получить чёткую картинку и определить, кто и что нас ожидало.

Ножа Отступника у меня не было. Цветочек запечатала его в кристалл. Возможно, используя стрекоз-ретрансляторов, я могла бы доволочь его прямо так или дождаться, пока кристалл распадётся и уже потом приказать рою принести его, но здесь и сейчас это мне не поможет. И всё же я отправила насекомых к ножу.

Рейчел остановилась перед выходом из туннеля и отдала собакам несколько коротких команд.

Псы-мутанты расположились между хозяйкой и ожидающей их группой, оскалив клыки, разбухая и увеличиваясь в размере. Они росли так быстро, что стало ясно, что она начала использовать силу ещё до того, как достигла в буквальном смысле света в конце туннеля. Рост Ублюдка был более плавным, быстрым и равномерным, чем у Охотницы, однако он был моложе, а потому несколько меньше.

Группа противников бесстрашно направилась к собакам. Двое к Охотнице, двое к Ублюдку. Молодые мужчины, если чувство роя меня не обманывало. Животные ещё не достигли своего максимального размера, однако были уже не меньше дивана. И всё же противников это не напугало.

Оскалив пасти, собаки бросились вперёд. Движения мужчин были плавным и уверенными. Двое схватили голову Охотницы и выгнули на бок, в то время как вторая пара увернувшись от лязгнувших челюстей Ублюдка, схватили его за передние конечности, подняли и бросили на землю.

Оба животных были обездвижены всего за пару секунд. Припечатаны к полу, так же необъяснимо, как был припечатан к стене Лун. Вот только здесь использовалась не только физическая сила. Они действовали обдуманно, прилагая усилия к отдельным частям тела псов. Один из молодых людей, напирая всем телом, раздвинул передние конечности Ублюдка до такой степени и таким образом, что пёс не мог использовать свою мускулатуру.

Всё равно что не дать крокодилу раскрыть челюсти. Неважно, насколько сильны мышцы, их расположение не позволяет использовать силу, чтобы открыть пасть. Строение волка не давало ему свести лапы к груди, не позволяло встать на ноги, не сбросив сначала нападающего. Ещё один юноша удерживал голову животного вывернутой и прижатой к полу.

Охотницу же обезвредили, прижимая к полу одну только её голову. На её морду наступила, не давая подняться, та же женщина, что придавила Луна к стене.

Они провернули всё так буднично, так небрежно. Пятый юноша направился к Рейчел, лишённой защиты её собак.

Когда мы приблизились к окончанию туннеля, я начала тормозить. Тяжёлые металлические ботинки Тео упёрлись мне в плечи.

Мы по-прежнему скользили вниз, но уже не так быстро. Осталось несколько секунд пути.

— Внизу засада, — сумела выдавить я. Ответа не было.

Тот, кто создал этот туннель, копал вниз, когда наткнулся на слои из другого материала и остановился, чтобы решить, что делать. Выход в помещение оказался в потолке, прямо над углом комнаты. Я плашмя упала на спину, едва не сбив с ног Рейчел.

Мальчишка. Подросток. Гладко выбритый — если ему вообще требовалось бриться — с зализанными назад светлыми волосами, одетый в белую рубашку с закатанными до локтей рукавами и черные брюки от делового костюма. Когда мы с Големом прибыли, он отступил на шаг.

Их внешность, манера ведения боя… напоминающая Контессу.

Все подростки были одинаковыми.

Лун и Охотница блокировались Александрией. Или, точнее, Притворщиком в теле Александрии. Лун продолжал трансформироваться, собаки увеличивались в размерах, и всё же, судя по всему, её это не беспокоило. Ублюдок по-прежнему был прижат к полу, мальчишка держал его с видом невероятно равнодушным для того, кому противостояло полутонное животное.

Позади мальчишек собралась целая толпа.

Доктор Мама, Мантон с Сибирью… или точнее клон Мантона с Сибирью, которая прижала коготь к горлу Траншеи. С ними было ещё три пятьдесят третьих, все крепко связаны, взгляды устремлены в пол. Завершал группу Счетовод, прижавший шариковую ручку к яремной вене Оковы, её костюм был разорван, шея обнажена. Нога Счетовода опиралась на стеклянную сферу.

Я обратила внимание на сходство между Счетоводом и подростками в рубашках. Их разнило только несоответствие возраста лет в двадцать или чуть больше, кроме того, Счетовод был одет в костюм, что каким-то образом добавляло ему солидности, чему не мешал даже вкладыш для шариковых ручек. Сходство было настолько сильным, что в их общем происхождении не оставалось сомнений.

Котёл занялся клонированием? Ещё один запасной план?