Червь

Это было сказано самодовольным тоном человека, который видит своё будущее.

Я взглянула на Канарейку и увидела на её лице боль.

— Я понял, — сказал Стимул. — Вижу, что будет. Если это поможет, я и вправду помню музыку.

Рейчел, слегка отпихнув меня в сторону, шагнула вперёд и ударила его.

Он упал без сознания.

Голем принялся приковывать его к полу пещеры каменными руками.

Я взглянула на Никту.

— Её тоже.

Голем потянулся к костюму, и каменные руки схватили Никту.

— К потолку, — решила я в последнюю секунду.

— Конечно, — сказал Голем. Каменные руки вознесли Никту вверх. Она пыталась бороться, однако к тому моменту, когда ей стало ясно, что происходит, высота стала небезопасной.

Руки прижали её к потолку, обвили ноги и плечи.

— Что за херня? — воскликнула она.

— Не думаю, что кому-то из твоих дружков удастся сломать эти руки, — сказала я.

— Что за херня? — повторила она и попыталась вырваться. — Что за ёбань?!

— Можешь надеяться на то, что у нас всё будет нормально и мы вернёмся, — сказала я. — Сплетница?

— Абсолютно уверена, что он слева от тебя. Пройди сначала десять шагов в ту сторону.

Я кивнула.

Мы прошли в указанном направлении.

Когда мы приблизились и надавили на указанную стену, иллюзия развеялась, растворяясь безвредным дымом.

Когда препятствие исчезло, я увидела тёмный неосвещённый туннель и ощутила идущий из него тёплый воздух.

Я взглянула на товарищей.

«Может быть, человечество и заслуживает проиграть, но эти парни и девушки — причина, по которой мы победим», — пообещала я себе. Яд 29.04¶

Мы продвигались внутрь по коридорам, освещённым мерцающими лампами. Помещение было похоже на пустую больницу. Пустую, но не заброшенную. Всё было совершенно новым, а белоснежные стены и плитка пола — безупречно чистыми. За этим местом явно следили. Но сейчас застывшая чистота этого места была нарушена: в стенах попадались выбоины, на полу валялись предметы, сорванные с потолка и стен. Встречались подпалины от кислоты и от огня, разломанные стулья и шкафы.

Я обратила внимание на содержимое опрокинутых шкафов. Пустые стеклянные ампулы, прозрачные жидкости, запечатанные медицинские инструменты в одноразовых пластиковых упаковках с отрывными бумажными клапанами. Но при всём этом беспорядке, они были в отличном состоянии. Похоже, что к ним никто не прикасался.

Чем дольше я смотрела, тем больше отличий от больницы находила. Тем менее реальным всё выглядело. Как будто кто-то взял больницу, убрал палаты пациентов и станции дежурных медсестёр и оставил только коридоры и герметичные двери без единой щели. Можно было бы подумать, что чистота лишь для видимости, но проверка насекомыми показала, что пыли было мало даже там, где люди не могли её увидеть.

Зачем так тщательно убирать в тех местах, которыми никто никогда не воспользуется?

— Сплетница? — спросила я. — Как связь?

— Стрекоза передаёт сигнал через башни, которые транслируют с Гимель, — зазвучал её голос. — Довольно впечатляет, если задуматься.

— Я думаю, что всё это может кое о чём поведать. Можешь просветить нас? Информация — ключ к победе.

Сзади раздался звук. То ли ворчание, то ли смешок. Я обернулась, но не поняла, кто это был. Лун? Призрачный Сталкер? Голем? Окова? Все они могли, но каждый по-своему. Лун среагировал бы пренебрежительно, Окова бы пожаловалась, что я опять твержу одно и то же. Я постоянно повторяла эту фразу, когда отстаивала необходимость наружной слежки, и нескольких тайных проникновений.

— Я вижу, как они шли, — сказала Сплетница. — Эксцентрики направились туда, куда вы смотрите. Чем дальше они заходили, тем больше нарастало возбуждение. Волнение, гнев — куча разных отрицательных эмоций. Всё, что накопилось за многие годы, получило теперь выход.

Я кивнула. Это было легко представить, я почти видела их, бегущих по этим коридорам.

— Сорок три человека. Все — пятьдесят третьи. Вся группа Сталевара целиком.

— У нас есть по ним информация? — спросила я. Мой взгляд упал на одну из дверей. Она выглядела совершенно непримечательно, вот только кто-то по ней сильно ударил, но сумел лишь оцарапать. Металл, причём хорошо укреплённый. И похоже, что заметная часть двери оставалась скрытой внутри стены.

— Уже открыла досье. О большинстве мало что известно, они не слишком часто появлялись на публике. Только редкие случайные встречи и, похоже, несколько отчётов из СКП. Членов Протектората иногда посылали проверить, всё ли с ними в порядке. А остальные… ну, ты же знаешь Сталевара, Канаву и Доброго Великана. Могу повторить для тех, кто с ними не знаком.

— Я знаю достаточно, — сказал Лун. — Лучше, если никто не будет лепетать мне в ухо, пока я слушаю, нет ли опасности.

— А, эй! — сказала Чертёнок. По насекомым, сидящем на Луне, я заметила, как он дёрнулся от её внезапного появления. — А я бы послушала, что у тебя есть. Вкратце.

— Ты специально меня раздражаешь, — сказал Лун.

«А он иногда неплохо соображает», — подумала я.

— Не поджимай гонады! Я просто хочу узнать, что нас ожидает.

Раздался рык, и моей первой мыслью было, что Чертёнок зашла слишком далеко. Я развернулась, хватаясь за нож.

Но это была собака Рейчел, Охотница. Она прижалась носом к двери.

Остальные приготовились к бою. Или не приготовились. Лун остался расслабленным и почти спокойным, а Канарейка попятилась, стараясь оказаться как можно дальше от двери. Её броня была лучше, чем у большинства из нас — один из костюмов Драконоборцев, в конце концов, — но она всё ещё считала себя уязвимой.

Да даже я считала её уязвимой!

Насекомые просканировали периметр двери, но следы повреждений обнаружились только около ручки. Дверь была такая же герметичная, как и предыдущие.

Я вытащила нож и кивнула Рейчел.

Она пнула ручку, и дверь распахнулась.

Кровь, трупы. Три мёртвых Эксцентрика. Двое мужчин и женщина. Мужчина-кот, во рту слишком много зубов: они покрывали даже нёбо и область под его длинным узким языком. На предплечьях — что-то вроде панелей с клавишами. Рептилоид, немного похожий на Тритона, но без рта и без носа. Только два огромных глаза. Девушка, кожа которой напоминала лоскутное одеяло: куски кожи перемежались ткаными вставками, вместо рта — дыра в материи. Им аккуратно перерезали глотки — лоскутная девушка истекла кровью как обычный человек — а тела перетащили в эту комнату. Кровавый след резко обрывался, очевидно, что кто-то его вытер.

— Отбились от группы. Эксцентрики двигались все вместе, стараясь держаться плотнее, но Сатирик с командой сумели застать врасплох тех, кто был сзади. Убили, отволокли сюда, потом один из них подчистил улики. Цветочек, скорее всего.

— И Сатир, видимо, принял облик кого-то из этих трёх, — сказала я. — Сейчас он в группе Сталевара.

— Вероятно.

— Тогда нам надо поторопиться, — сказала я. — Рейчел, Охотница, молодцы!

В качестве благодарности, Рейчел лишь что-то пробурчала.

— Ты что, собаку благодаришь?! — недоверчиво спросила Сталкер.

— Я благодарю тех, кто приносит пользу, — ответила я строго. — Если хочешь попасть в их число, разведай, что ли, комнаты, мимо которых мы проходим.

Она подчинилась не сразу, но всё же подчинилась и прошла сквозь одну из дверей.

На секунду свет погас. Мне пришла в голову мысль, что Призрачный Сталкер наткнулась на провод, и её убило током. Затем свет снова загорелся.

Здесь не было ни окон, ни других естественных источников света. Лишь лампы, которые с высокого потолка заливали помещение ровным освещением. Когда свет погас ещё раз, темнота стала абсолютной, всепоглощающей. Секунды шли, но свет не возвращался. Я задумалась, стоит ли продолжать движение в темноте.