Червь

«У нас вообще нет никаких гарантий», — подумала я.

— Я никогда не даю гарантий, — выдохнул Отступник, вторя моим мыслям. — Не считая нескольких обещаний, которые я сделал тем, кого люблю, и тем, кого ненавижу.

Собаки Рейчел рвали на части гоблинов, которые пробирались в дыру под застрявшей тварью-тараном. Каждая из собак кусала жертву один или два раза и отбрасывала в сторону оторванную часть, освобождая пасть для следующей добычи. Лапы давили и рвали врагов когтями. Тектон и Рапира охраняли пространство между собаками, уничтожая тварей, которые умудрялись пробраться у собак между ног.

Я воткнула нож в уязвимое на вид существо и сразу же отскочила, чтобы не попасть под кислоту, хлынувшую из раны.

— Меня закапывают! — пронзительно завизжала Оторва. На неё напали несколько тварей, которые от огня плавились в вязкую массу, которая выпускала щупальца, втягивающую в себя тела раненых и убитых.

Они перерождались, жрали друг друга, чтобы породить новых тварей.

— Перестань использовать свою силу! — приказал Отступник.

— Я не могу! Они меня убьют!

Я взглянула через плечо на таймер, но была вынуждена резко дёрнуть головой обратно, поскольку одна из тварей попыталась обвиться вокруг головы. Я пристрелила её, ощутив облегчение от того, что не погибла, и лёгкую жалость из-за потраченной пули.

— Почему ещё не готово? — крикнула я. — Таймер закончил отсчёт!

Отступник не отвечал.

— Отступник! Мы уходим или нет?!

Таран, всё ещё застрявший в дыре, сумел упереться в одну из горизонтальных балок каркаса корабля, которая под весом чудовища начала выгибаться вниз. Чтобы тварь не наступила на дешифратор, Голем создал руку из нержавеющей стали.

Рука не такая уж и прочная. Если эта тварь надавит посильнее…

— Отступник! — прокричал Тектон. — Что важнее?! Мы можем взлететь?

— Нет, — ответил Отступник. — Мы остаёмся на месте. Ждите и скрестите на удачу пальцы.

Я обернулась и увидела, как переглянулись Голем и Тектон. Тварь снова неожиданно дёрнулась, балка просела ниже. Ещё одно подобное движение — и маленькая стальная рука не выдержит.

А большая рука обречёт нас на гибель, если из-за неё корабль не сможет подняться.

— Святой, — произнёс Отступник.

Я бросила на него быстрый взгляд.

— Не подставляй нас. Нам нужны эти Азазели. Нам нужен путь к отступлению.

Святой?

Наши планы серьёзно пострадали из-за выхода из игры Дракона, а теперь ещё и Святой затеял крайне неблагоразумную игру, желая выгадать что-то на том, что мы отвлекались на более более важные вопросы.

— Я, блядь, прибью этого Святого, — сказала я.

— Если мы переживём эту долбанную… — начал Тектон, но охнул и упал на свой бронированный зад, когда рядом подпрыгнула собака, нечаянно толкнув его.

— Мы не планировали самоубийство, — произнёс Отступник, открывая нам лишь половину разговора, свидетелями которого мы стали. — Прикрой нас. Сейчас же!

Недолгое молчание.

Отступник заговорил, но тон его голоса на этот раз был совсем другим. Сейчас он разговаривал уже не со Святым.

— Торонто, провинция Онтарио, Канада. Йондж-стрит. Прямо за местом под названием Гринуэй. Я заказал Технарю-детективу по имени Прищур выследить их. Если мы не все выберемся живыми из этой переделки, будьте добры, запомните, что именно Святой нарушил одно из важнейших перемирий. Святой вырубил Дракона и только что обрёк нас на смерть. Азазелей явно предпочли отправить в какое-то другое место.

Таран взбрыкнул, и Голем создал большую руку, но не для того, чтобы поймать опускающуюся ногу, но чтобы отвести её в сторону. Она сокрушила пустую коробку из-под насекомых.

Так много лишнего веса, так много внешних повреждений… мы не сможем взлететь.

Часть крыши сорвали. В образовавшийся проход полезли новые твари, падая прямо в центр отсека.

Фестиваль расчехлила фонарь. Сферы света и пламени полетели во всех направлениях, прожигая ряды мелких существ, перемещаясь зигзагом, чтобы максимально увеличить частоту контактов. Существо-таран было убито и безвольно обвисло.

Секундная передышка.

Отступник воспользовался крюком-захватом в перчатке, чтобы попытаться поймать Оторву — но крюк исчез в очередной вспышке пламени.

Ещё одна попытка. Но в этот раз он хлестнул цепью так, что она обвилась вокруг Оторвы, и втащил героиню на корабль. Он подал знак, и в тот же миг включилось силовое поле. Тварей, что остались на палубе Пендрагона, мы добили за считанные секунды.

При контакте с силовым полем существа умирали.

Отступник уронил копьё и повернулся к установленному Домиком устройству. На мониторе появились данные.

— Свяжи меня с Элкотт, — сказал он.

Через наушник послышался голос Сплетницы.

— Уверен? Ты ведь зна…

— Время дорого. Сейчас же.

— Ладушки.

Мы с остальными переглянулись. Рейчел гладила собак, Кукла лишними кусками ткани перевязывала раны и создавала новых существ, Голем заделывал пробоины. Не чинил, а просто перекрывал тварям доступ.

— Она на связи.

— Верхняя половина списка, успех?

— Ноль, — сказала Сплетница.

— Последняя четверть?

— Да.

Отступник набрал что-то на клавиатуре.

— Вот оно. Сужаю возможные вероятности. Спасибо.

Мы ждали, наблюдая через прорехи, которые ещё не заделал Голем, за тварями, которые тоже ждали. Оторва сдалась и позволила Кукле перевязать себя.

Я видела, как мерцает силовое поле. Казалось, его мерцание совпадает со стуком по клавиатуре Отступника. Нажатие на кнопку ввода — и поле моргнуло и пропало.

— Я отключил его пораньше, — пояснил Отступник. — Нам понадобится энергия.

Не прошло и минуты.

Существа начали неуверенно приближаться, затем перешли на бег. Я видела, как напряглись собаки.

— Назад, — скомандовал Отступник. — Сейчас же. Группируемся!

Мы послушались, спешно отступая к центру кабины, плечом к плечу, спинами к устройству. Дыры в корпусе заполнились насекомыми. Твари, в свою очередь, забормотали, завизжали, заревели и закричали. Они выли, топали и били себя кулаками в грудь.

От ударов гнулись руки, установленные Големом, я слышала, как в десятке мест твари хватались за листы металла, пытаясь отодрать и погнуть их. Тот же самый мерзкий звук, но во множестве мест с разных сторон от корабля.

Затем наступила тишина. Тьма. Нас обдувало ветром, несущимся сквозь пустое бесконечное пространство.

«Из огня да в полымя», — подумала я.

Мы разошлись в стороны, зажигая огни на шлемах и ручные фонарики. Собак Рейчел было хорошо видно в темноте. В отражённом свете их глаза сияли красным и оранжевым.

— Похоже, у нас гости, — сказал Джек.

Я видела, как дёрнулись остальные.

— Нет, я не рядом с вами. Просто одолжил силу Крик, чтобы транслировать голос. Хотел с вами немного поболтать.

Нет. Нельзя его слушать. Если кто-то из нас неустойчив или если будет внимательно его слушать… Любое его слово может стать катализатором конца света.

Проблема в том, что Крик почти невозможно было заглушить. Даже беруши не гарантировали результат. Если возникала такая необходимость, она могла передавать слова, используя вибрацию костей.

— Признаюсь, мне это нравится, — продолжил Джек. — Разговоры. Мне, конечно, спокойнее оставаться на расстоянии, но это же так скучно! Бросаешь кому-то вызов, разум против разума, но получаешь ли ты при этом возможность узнать своего противника?

— Вперёд, — сказала я. — Разделитесь. Как можно скорее найдите Крик.

Впереди группы вылетел мой рой.

— Такие разговоры превращают бессмысленный разгул насилия в нечто большее, в настоящее искусство. Ампутация любит повторять, что настоящее искусство говорит само за себя, но по правде говоря, художнику ведь нужно общение с его зрителями, хотя бы просто потому, что среди них полно идиотов. Некоторым нужно объяснять всё на пальцах. Привет, Теодор.