Параллель 3

-Вот, Марина Николаевна, это секретарь нашей комсомольской организации Коля Зайцев. А это Игорь Моисеев, которого вы хотели увидеть, - сказал секретарь парткома, - сама же товарищ Сытина инструктор ЦК ВЛКСМ.

-Очень приятно, - галантно поклонился Игорёк.

-А мне нет, - откровенно брезгливым тоном произнесла женщина, и повернулась к Зайцеву, - скажите мне, Николай, как так вышло, что ваша комсомольская организация за три года так и не удосужились обратить внимание на вызывающее и откровенно аморальное поведение комсомольца Моисеева? Ведь как следует из этих материалов, сигналы о случаях совершенно недостойного повреждения этого молодого человека неоднократно поступали к вам в комитет комсомола. А на них почему-то никто не обращал никакого внимания.

С этими словами она протянула парню небольшую папку-скоросшиватель, в которой было несколько аккуратно скреплённых между собой листов бумаги.

-Коля у нас человек новый, - попытался вступиться за парня секретарь парткома, - всего полгода как работает.

-Так два последних события, не считая совсем недавнего происшествия в Ленинграде, датированы ноябрем прошлого года и январем нынешнего, - пожала плечами Сытина, - так что товарищ точно в курсе них должен был быть.

-Я в курсе, - тихо ответил Николай, лицо которого по мере прочтения бумаг начало сильно краснеть, - естественно, без приведенных здесь подробностей.

-Странно, - заявила женщина, - когда мы только начали наводить справки по поводу этих дел, нам в течение всего одной недели удалось всё выяснить. А у вас эти дела буквально под боком творились, и никто не в курсе. Не вы, не ваша партийная организация.

Тут Игорёк решил, что дальше молчать не имеет смысла и решил вмешаться в разговор.

-Как я понимаю, - с вызовом в голосе произнес он, - все эти обвинения исходят в первую очередь от одной молодой актрисы, с которой у меня произошел разговор на повышенных тонах в Ленинградском дворце культуры работников МВД. Вот она и решила подобным образом свести счёты со мной и уважаемым Борисом Владимировичем! Вот только напрасно она посчитала, что ее клевета ей поможет! Найдется, кому с этим делом разобраться!

-А при чём здесь ваш начальник? - удивлённо спросила Сытина, - его при том разговоре не было, поэтому спрос за тот конфликт только с вас. А вот что касается других девушек, тут ему вряд ли отмазаться удастся. Тем более что многие у вас в учреждении помнят и его историю с разводом, и то почему его в партию в свое время не приняли. Хотя кандидатский стаж он уже проходил. Да и другие грешки за ним водились. Так что на его заступничество можете точно не рассчитывать, ему бы со своими проблемами разобраться.

-В общем, я пошла, у меня и других дел на сегодня хватает, - заявила Марина Николаевна, поднимаясь со стула, - вы тут сами разбирайтесь, что к чему. А нам потом сообщите результаты вашей внутренней проверки. Мы это дело взяли на контроль.

И она не прощаясь, вышла из кабинета.

-Так, Коля, иди и проводи нашу гостью, - скомандовал секретарь парткома, - а потом сюда возвращайся. Будем думать, что дальше делать.

-Мама будет недовольна, - с вызовом произнес парень, когда Зайцев покинул комнату.

-Идиот, - прошипел хозяин кабинета. Быстро подошёл к двери, приоткрыл ее, убедился, что рядом никого нет, и снова повернулся к Игорьку, - ты хоть понимаешь, дурья твоя голова, с кем ты связался? Эта Сытина правая рука Новожиловой, секретаря ЦК ВЛКСМ и по совместительству члена ревизионной комиссии ЦК КПСС. А клуб, в котором ты попытался найти новую подружку для своего шефа, курирует некто Пылев, который не просто полковник милиции, но и профессор академии МВД. Да его же в министерстве все знают и он практически со всеми в хороших отношениях. С министром и его замами точно. А ты там на всю Ивановскую разорялся, какой вы с Борисом крутые!

-Впрочем, это уже неважно, - неожиданно добавил мужчина, - жадность твоего начальника сгубила. Все ему денег было мало. Вот и попался он на спекуляции чеками Внешторгбанка, а потом при обыске у него в квартире и валюту нашли. И это никакая не подстава, про это слухи давно ходили. Так что его соблазнение юных девиц, это совсем еще детские шалости по сравнению с валютными преступлениями. Крутить его будут обстоятельно и всерьез. Не дай бог, чтобы ты и твои родители оказались в этом деле замешаны!

Игорёк вздрогнул, сразу же вспомнив некоторые делишки, которые связывали его и шефа. Это не укрылось от секретаря парторганизации.

-Тебе увольняться срочно надо, - заявил он, глядя прямо в глаза парню, - иначе из комсомола точно вылетишь. А так, объявит Николай тебе строгий выговор с занесением, и отчитается перед ЦК ВЛКСМ. А дальше мы здесь копать не будем, потому что ты у нас уже не работаешь. Так что иди и пиши заявление. Я директора предупрежу, чтобы он тебя без отработки отпустил. Хотя нет, хотя бы неделю тебе все же отработать надо будет. Чтобы Зайцев успел комсомольское собрание провести, где твое дело разберут. А вот после него и уволишься, по собственному желанию.

-И вот ещё что, Игорёк, - взгляд мужчины стал совсем жёстким, - иди сейчас и вспоминай, какие дела тебя с Борисом связывали. Учти, что тебя как свидетеля, наверняка вызывать будут. И от улик, если таковые имеются, срочно избавляйся. Валюта, это тебе не шутки. Статья очень серьезная.

Понедельник 9 апреля. Ленинград. Литейный проспект. Большой дом. Утро.

В кабинете начальника УКГБ по Ленинградской области сейчас находились трое. Сам товарищ Носырев, его заместитель Блеер и руководитель особой группы Едунов. Разговор у них шел о событиях прошлой недели.

-Как мы ранее и предполагали, - докладывал Владлен Николаевич, - американская разведка продолжила искать подходы к окружению Соколова. И пройти мимо товарища Лапкиной, теперь впрочем, уже Данилиной, она явно не могла. Что и подтвердили недавние события.

Он негромко откашлялся и продолжил, - в течение последнего месяца нами была выявлена подозрительная активность вокруг дома, где проживают Данилины. Все случаи появления посторонних лиц тщательно фиксировались сотрудниками оборудованного в этом здании нашего стационарного наблюдательного поста. В том числе и на фотокамеру. Ну, а дальше мы убедились в том, что никакой случайностью тут и не пахнет. Мало того, что лица были одни и те же, так они ещё отслеживать пытались именно перемещения товарища Лапкиной, то есть Данилиной.

-Владлен Николаевич, - тихо усмехнулся Носырев, - зовите вы ее, как и все в управлении, Чернобуркой! А то вы все время сбиваетесь!

-Слушаюсь, - без тени улыбки на лице, ответил Блеер, - а в последние десять дней операция противника явно перешла в активную фазу. Что совпало с прибытием в Ленинград группы финских специалистов. В торговое представительство страны Суоми. Якобы для наладки там какого-то телекоммуникационного оборудования. Так вот, двое из этой группы были опознаны нашими наблюдателями. Именно эти господа проникли в квартиру Данилиных и установили там подслушивающее оборудование. Четыре микрофона они разместили на кухне и в гостиной, усилитель с автономным источником питания был спрятан в бывшей холодильной нише под подоконником. Оттуда же выведена и антенна.

-Что планируете предпринимать по этому поводу? - сухо осведомился Даниил Павлович, - Чернобурку предупредили?

-Пока не стали, - вмешался в их беседу Едунов, - так как финские "специалисты" практически сразу после установки "прослушки" вернулись к себе на родину. И у нас сейчас никаких прямых зацепок, кроме машины и водителя, который привозил их к дому на проспекте Огородникова, не существует. Все остальное, это только наши догадки основанные на косвенных уликах. А главное, передача из квартиры Данилиных куда-то должна идти. И мы пока не знаем, куда и к кому именно. Наши специалисты в этой области почти на сто процентов уверенны, что где-то должен быть установлен ретранслятор. Поэтому нам придется проверять довольно большое количество находящихся неподалеку домов. А на это потребуется время. Да и спугнуть господ-шпионов нам совсем не хочется.