Параллель 2

-Что-нибудь такое этакое я не умею, - передразнил ее мальчишка, - я больше по классической части. Могу вальс, танго, даже румбу. Рок-н-ролл тоже могу. Но партнёрша нужна. Наталью не предлагать, она мне и дома надоела!

-Взаимно, - согласилась с ним Кузя, - а давай, ты нам танго спляшешь. А Ленка твоей напарницей будет. Ее наверняка в фигурке этому танцу тоже учили. И пластинка Мирей Матье в наличии имеется.

-Танго, в Париже танго, - негромко напела она.

-Танго и сплясать, - чуть скривился Сережа, - эх, слышала бы тебя, Наталья, моя мама. Она бы точно объяснила тебе некоторую разницу. Ладно, заводи свою шарманку. Придется вам, товарищи ленинградцы...

-И приезжие, - внезапно вставил свои пять копеек Разборов.

-И приезжие, - согласился с ним мальчишка, - придется показывать вам, как танцуют у нас в Каргополе. В том числе и танго.

Он с слегка ехидной улыбкой протянул левую руку Елене, правой уверенно беря ее за талию. К его удивлению, девочка тоже четко встала в правильную начальную позицию.

-Надо же, - усмехнулся Сережа, - ладно, посмотрим, что дальше будет. Начали!

И он уверенно выполнил первое па.

Das ist der Pariser Tango, Monsier... звучало в комнате, а танцующая пара явно сумела быстро разобраться в последовательности движений, и если сперва они пытались подстраиваться друг под друга, то чем дальше, тем синхроннее становились их пируэты и прочие выкаблучивания. Именно они, а иначе, какое это танго?

А затем был рок-н-ролл под нестареющую "Шизгару", потом пляски в стиле диско уже под АББА и Бони-Му. В общем, в тот день именно Серёжка с Ленкой стали настоящими звёздами танцпола, а сам мальчишка окончательно и бесповоротно почувствовал себя в этой компании полностью своим. И не раз в течение всего вечера с благодарностью вспомнил свою маму, которая в четвертом классе записала его в студию бального танца при местном Доме Пионеров. Там у Сергея вообще веселая история вышла. Он, как и практически все остальные городские пацаны, мечтал попасть в боксёрскую секцию, которую в том же Доме Пионеров вел на общественных началах дядька Арсен. Так в их не очень большом городе (всего-то тридцать тысяч жителей в то время) звали сорокалетнего армянина, мастера спорта по боксу. Но желающих было много, а секция была не резиновая. Всего несколько десятков пацанов могли рассчитывать на место в ней. Но для мамы мальчишки в их городе не было ничего невозможного и его в секцию записали. Но не просто так. И он тогда три дня в неделю ходил на бокс, а ещё три дня на танцы. Причем мама строго контролировала, чтобы он не филонил, а занимался с полной самоотдачей. А самое смешное, заключалось в том, что когда он через год после начала занятий решил пожаловаться дядьке Арсену на родительский произвол, то тот только снисходительно потрепал его по коротко стриженому "бобрику".

-Мама твоя большая умница, - заявил тогда мужчина, - впрочем, в нашем городе это и так всем известно. Я-то думал, как у тебя так хорошо все получается? И двигаться ты стал намного лучше и координация налаживается. А ты, оказывается, танцами занимаешься, а ведь это колоссальное подспорье в нашем деле. Недаром раньше, да и сейчас тоже, в любом серьезном военном училище танцам учат.

Четверг 9 ноября. ГДР. Между Дрезденом и Йеной. Утро.

Ранним утром девятого ноября Соколов и некоторые его товарищи покинули гостеприимную столицу Саксонии. Их путь сегодня лежал в Тюрингию, в известный всему миру центр производства всевозможных оптических приборов, город Йена. В нем они планировали посетить знаменитые заводы Карла Цейса и не менее знаменитый местный университет. В этом городе Андрей рассчитывал также попытаться решить ещё одну важную для своих компьютерных идей проблему. Ему нужен был сканер. Нормальное устройство для перевода графических изображений в цифровое. Принципиально в этом больших проблем не было, он легко мог нарисовать не только саму схему данного прибора, но и само устройство вплоть до мельчайших технических подробностей. Но делать этого было нельзя. Соколов совсем не собирался повторять ошибки других попаданцев, которые выдавали разработки будущего за свои собственные. Поэтому он решил идти своим путем, давая своим друзьям и коллегам только небольшие подсказки и очень аккуратно исправляя неизбежные на этом пути ошибки. Форсировать события он совершенно не хотел. И вот сегодня в комфортабельном Икарусе пятьдесят пятой серии (длинная вытянутая красно-белая сигара на тридцать два пассажира) он должен был примерно за два часа преодолеть этот путь. Кресло было вполне удобным, тряски практически не ощущалось и Андрей, вытянув вперёд ноги и откинувшись на спинку мягкого сиденья, не спеша стал мысленно подводить итоги первой половины его командировки.

Главную свою задачу он считай, выполнил. Новое устройство вывода для ЭВМ вычислительного центра им обещали прислать в Ленинград не позднее чем через месяц. Это будет принтер Роботрон СД 1152 с некоторыми дополнениями, который теперь поставят в самом обкоме и который будет связан с ЭВМ центра через уже имеющийся фототелеграф. То есть появлялась возможность напрямую распечатывать данные из машинной памяти. А вот отказаться от перфокарт не получалось. Точнее, это можно было бы сделать, но Соколов, внимательно оценив все масштабы необходимых переделок, решил плюнуть на это дело и не забивать голову ни себе ни людям. Он лучше всю энергию на персоналки потратит, в первую очередь на программное обеспечение. А ЕС ЭВМ и без него неплохие делали, вот пусть и дальше так развлекаются. Американцам в этой области мы пока все равно не конкуренты, задачи догнать и перегнать Америку он себе не ставил. Есть другие гораздо более важные дела. Надо свою собственную школу программистов создать, на базе уже имеющихся в Ленинграде специалистов. А вот тогда и посмотрим, кто кого. И европейские товарищи нам в помощь.

-Интересно, - подумал он, - как отнесутся к некоторым его идеям в политическом руководстве страны?

Ну да, парень не стал ждать новых вопросов от товарища Брежнева, и отправил на имя товарища Ивашутина докладную записку по поводу одной малоизвестной сейчас голландской фирмы. Теперь уже за авторством Квинта. Андрей очень четко понимал, что нужно сохранить за собой два канала передачи информации. Один, официальный, от имени юного математического гения, и второй нелегальный, от таинственного Оракула. И сделать все возможное, чтобы эти двое публично никак не коррелировали друг с другом. А иначе его свободе тут же придет конец. Со всеми вытекающими тсюда последствиями.

Тут автобус внезапно довольно резко стал тормозить. Андрей открыл глаза и увидел картину, которую он здесь в Восточной Германии, совсем не ожидал. К удивлению Соколова через дорогу перешла четверка оленей. Не северных, конечно. Но тоже весьма величественных. Довольно крупный самец с ветвистыми рогами, изящная самочка и пара молодых оленят.

-Сколько тут езжу, про такое и не слыхивал, - громко на весь салон заявил водитель автобуса, - это просто мистика какая-то!

-Это он ещё по нашим дорогам в России не ездил, - про себя улыбнулся парень, - у нас, если шофер с лосем на трассе не встречался, значит, он дальше Московской кольцевой дороги и не ездил. Да и то около Лосиного острова всякое случалось, пока парк не огородили.

Он вздохнул и снова погрузился в воспоминания и размышления. В Дрездене он развлекся на славу. И в местную художественную галерею успел сходить, и шоппингом заняться. Вместе с Ириной и своими друзьями. И от девятисот марок у него осталось всего лишь чуть больше сотни. Зато он не только себе и своим близким купил, все что планировал, он ещё и чуть ли не силой впихнул сто марок Ирине. А то у неё после покупки джинсов себе и Паштету денег совсем не осталось. Хорошо ещё, что Андрей при поддержке Инны сумел отговорить Родину от покупки фирменных американских джинсов для Паши. И вместо этого она по их совету купила качественные немецкие штаны для них обоих. Впрочем, здесь важным моментом послужило разъяснение Соколова, что никакие те якобы фирменные джинсы не американские, а очень даже немецкие. Только из ФРГ. И что переплачивать вдвое за лейбл так себе идея. А вообще, в Дрездене ему реально понравилось. В прошлой жизни, несколько лет вперёд, в столице Саксонии, по большому счету его интересовал только шоппинг. И он экономил каждый пфенниг, питался в номере привезенными с собой консервами и пил чай, который заваривал в полулитровой банке маленьким кипятильником. В этот же раз он с интересом обошел местные продуктовые магазины, куда в прошлый раз он заглядывал только за хлебом. Подивился весьма приличному ассортименту на прилавках, особенно много было всевозможных молочных продуктов, с ностальгией рассмотрел написанный чернильным карандашом на кочерыжке кочана капусты ценник, посмеялся про себя оригинальному способу продажи других овощей. Их тут не завешивали, а аккуратно укладывали в бумажные пакеты разной ёмкости. А на кассе продавщица уже сама ставила цену в зависимости от размеров пакета. А вот с фруктами в ноябре был реальный напряг, кроме разных яблок и не было ничего. Но это в обычных продуктовых магазинах, в том же "Delikatessen" на прилавках в ярких упаковках имелся и виноград, и прочие апельсины с мандаринами. Но цены на них кусались. В общем, несмотря на отсутствие в ГДР, так называемой Продовольственной программы, которую через несколько лет хотели развернуть в СССР, здесь напряга с продуктами питания не было. От слова совсем.