Параллель 2

Из этого состояния его вывел шорох открывающейся двери и мягкий толчок плавно тронувшегося поезда. В дверях снова появилась Инна.

-Ну, что пойдем в гости? - улыбнулась она, - если да, то берём Сергея и двигаемся в соседний вагон. Там твоя одноклассница едет, не забыл про нее? Пока вы все пирожки не съели, надо девочку сюда пригласить. Пусть поглядит, в какой роскоши ты едешь. Да и в душ ей было бы неплохо сходить, а то у них в вагоне ничего подобного нет.

Пройдя через небольшой тамбур, Андрей с друзьями оказался в соседнем вагоне. Прошли по узенькому коридорчику и остановилось возле третьего купе. Сдвижная дверь его была приоткрыта. Ира Родина сидела у окна и слегка бездумно оглядывалась в проплывающие мимо пейзажи.

-И чего мы там такого интересного увидели? - довольно громко спросил Соколов, и решительно шагнул внутрь купе.

На него с любопытством уставились еще две пары глаз. Одни, смотревшие со средней полки, принадлежали длинноногой шатенке в красном спортивном костюме с эмблемой "Спартак" на довольно аппетитной груди. Другие - черноглазой темноволосой девчушке вряд ли старше четырнадцати лет.

-Привет, Дюша, - повернулась к нему Ирина, - что-то ты не слишком торопился меня проведать. Я жду, жду, а тебя все нет и нет.

-Ага, скажи ещё, что всю ночь глаз не сомкнула, меня ожидаючи, - рассмеялся Андрей, - мы же целых два дня не виделись.

-Так, - раздался строгий женский голос, - что тут делают посторонние?

-Да какие же мы посторонние, Ирина Леонидовна? - весело ответила ей Инна.

-Надо же, Ковалева, - удивилась женщина, - а ты откуда здесь? Тоже в ГДР едешь? По турпутевке?

-По работе, - улыбнулась девушка, - и я уже год как Добрынина. А это мой муж Сергей. Ну а мальчика в купе вы и сами прекрасно знаете. Он пришел сюда свою одноклассницу проведать. И в гости к нам пригласить, в первый вагон.

-Это же за какие заслуги, тебя в СВ возят? - прищурилась руководительница ансамбля, - муж твой на генерала совсем не похож.

Но тут взгляд ее упал на Соколова.

-А вот теперь мне все понятно, - усмехнулась она, - сопровождаете звезду голубого экрана. Видела я его выступление по телевизору неделю назад. Как ты там выразился, Андрей Владимирович - за бугром живут богаче и жирнее? А мы радостнее и веселее? Это надо же было с официальной трибуны такое ляпнуть! Нет, я понимаю, конечно, что ты у нас гениальный математик, но свою учительницу русского языка вместе с директором школы ты просто порадовал!

-Ой, - тихо воскликнула чернявая девочка, - а ведь действительно, Андрей Соколов. Как я вас сразу не узнала!

-Так, Ира, - в лёгкой панике воскликнул Андрей, - ноги в руки и бегом отсюда. Иначе мы здесь сейчас надолго застрянем.

-Э нет, - шатенка изящным движением соскользнула со своей полки, - от меня так просто никто не уходил.

И она загородила своими изящными, но при этом весьма внушительными формами выход из купе. На шум из соседних дверей начали выглядывать и другие участники ансамбля. И Соколов точно бы попал, если бы не Инна. Она нагнулась к самому уху шатенки и тихо шепнула, - девушка, а вы не желаете принять душ? Если да, то просто кивните!

Ошеломленная таким чисто иезуитским вопросом та судорожно мотнула головой.

-Тогда сейчас выпускаем Андрея и Ирину, пусть они и Сергей сейчас уходят огородами, - продолжила свой монолог Добрынина, - а я с Ириной Леонидовной здесь пока посижу. Нам есть что вспомнить и о чем поговорить. Мы же почти четыре года не виделись. А потом я тебя к нам в вагон провожу.

-А мне можно будет с вами пойти? - робко спросила третья девушка из купе, просительно глядя на Инну и свою руководительницу.

-Можно, - махнула рукой Ирина Леонидовна, - заодно и за Ольгой вместе с Ириной присмотрите. А то знаю я ее. Вечно найдет на свою пятую точку приключения.

Андрей тихо усмехнулся про себя. Пятая точка девушки, плотно обтянутая красным трико действительно притягивала взгляд. Как, впрочем, и бюст почти четвертого размера.

Понедельник 6 ноября. Берлин. Раннее утро.

На советском вокзале Вюнсдорфа пассажирам прицепных вагонов, следующих в Дрезден, ждать отправления пришлось довольно долго. Пока вышли из поезда советские граждане, ехавшие в Берлин, пока от основного состава отцепили два вагона, пока маленький маневровый тепловозик подтащил их к поезду Берлин-Дрезден. В общем, времени прошло немало. Зато, когда состав, наконец, тронулся, по вагону прошла информация, что через полчаса у заместителя руководителя делегации можно будет получить командировочные плюс обменять положенную сумму советских рублей на местную валюту.

-Значит, всё-таки пойдешь на конфликт? - пристально посмотрел на Андрея Цейтин, - может не стоит этого делать? Как бы чего плохого не вышло!

-Дьявол, он именно в мелочах, - глядя ему прямо в глаза ответил ему парень, - один раз подобное сойдёт товарищу с рук, другой, глядишь, он и дальше всегда так поступать будет. А мы потом удивляемся, откуда что берется! Да оттуда и берется, что связываться не хотим! Как бы чего не вышло! - передразнил он Григория Самуиловича.

-Ты пойми, Гриша, мне он ничего сделать не сможет, руки коротки, - уже более спокойно пояснил парень, - нажалуется Владимиру Яковлевичу, ему же хуже будет. Вряд ли товарищ Ходырев такой мелочевкой занимается, скорее всего, это личная инициатива гражданина Пузырева и мадам Грицацуевой.

-Как ты ее назвал? - рассмеялся Цейтин, - а что, похожа!

-Ты бы, Гриша, коллег своих предупредил, чтобы они меня первым в кассу пропустили, - вкрадчивым голосом произнес парень, - глядишь, и без большого скандала обойдёмся!

-Это мы организуем, - кивнул тот и быстро вышел из купе.

-Уверен, что все правильно делаешь? - довольно жёстко посмотрел на Андрея Вадим.

-Приказы не обсуждаются, приказы выполняются, - пожал плечами Соколов, - мы эту ситуацию ещё в Ленинграде прогнозировали. Оказывается, не ошиблись.

Тот же вагон. Примерно полчаса спустя.

-Молодым, везде у нас дорога, - тихонечко напевая себе под нос, Андрей зашёл в купе, где товарищ Пузырев должен был вручить положенные ему деньги.

-Так, - произнес мужчина, сидящий в кресле за столиком у окна, - паспорт давай.

Он взял из рук парня документ и отдал его монументальной даме, которая старательно занесла паспортные данные Соколова в платежную ведомость.

-К обмену разрешено шестьдесят рублей, - невыразительным голосом произнес Пузырев, - деньги с собой?

-Почему шестьдесят? - точно таким же голосом спросил его Андрей, - у нас же не турпоездка.

Мужчина медленно повернул голову в сторону парня. На его слегка обрюзгшем лице появилось выражение неподдельного удивления.

-Не надо нарушать порядок, молодой человек, - строгим голосом произнесла сидящая за столом женщина, - мы лучше вас знаем, сколько и кому положено для обмена. Не хотите менять, не надо. Получите ваши командировочные, распишитесь и можете быть свободны. Не задерживайте очередь.

-И сколько вы мне командировочных от щедрот своих начислили? - в голосе Андрея появилась лёгкая усмешка, - неужели все двести пятнадцать марок? И, кстати, очереди никакой нет. У нас до Дрездена ещё уйма времени.

-Так, - в голосе Пузырева отчётливо просквозил холодок, - ждите меня здесь. Я скоро вернусь.

Он встал и быстро вышел из купе.

-Нарываешься? Ну-ну. Как бы пожалеть, потом не пришлось, - тихо сказала женщина.

-А не надо нарушать, - совершенно безмятежным голосом ответил ей Соколов, - и во всем надо знать меру. Глядишь, все бы гладко и прошло. И волки были бы сыты и овцы целы.