Параллель 2

-Странно, вроде не собирались столько народа со мной посылать, - снова удивился Андрей, - что у нас за несколько дней изменилось?

-После нападения на твою любимую тетю Свету, Даниил Павлович получил приказ всемерно усилить меры безопасности для всех участников того инцидента, - развел руками мужчина, - и когда узнал, что ты тоже в ГДР едешь, вначале был категорически против. Но тут уже Федин на дыбы встал, а Григорий Васильевич его поддержал. Кстати, этим был очень недоволен руководитель нашей делегации, ему пришлось отцеплять от поездки нескольких товарищей из горкома партии и МИДа. А им уже было обещано и даже визы сделаны. Но раз Романов приказал, никто возражать не рискнул.

-Интересно, - Андрей с явным любопытством взглянул на своего сопровождающего, - а у тебя, откуда такая подробная информация?

-Нашлись добрые люди, - уклончиво ответил тот, - так что ты с товарищем Ходыревым будь поосторожнее. Секретарь горкома, как-никак. Его Владимир Яковлевич зовут, кстати. И учти, что он шуток не любит и не очень понимает. А память у него очень хорошая.

-Спасибо, что предупредил, - искренне сказал Соколов, - а сейчас что делать будем?

-А сейчас проведем небольшой досмотр личных вещей, в том числе и на предмет покушать, - лукаво усмехнулся Вадим, - у меня жена, например, котлет десяток нажарила, плюс картошка в мундире. Ну и ещё кое-что по мелочи. До Дрездена должно хватить. Причем не мне одному.

Парень пожал плечами, взял в руки рюкзак и негромко ухмыльнулся, - его мне мама с отцом собирали. Мне не доверили. Сказали, что это моя первая такая длительная командировка и я наверняка что-нибудь важное, но забуду.

Первой из вещмешка Андрей вытащил завернутую в станиоль жареную курицу. За ней последовали два довольно больших бумажных пакета с пирожками. Буханка дарницкого. Соль в маленьком конвертике. Пакет со свежими яблоками. И две банки, одна с ветчиной от венгерского производителя "Глобус", другая с вареной сгущенкой. На последней, кстати, никаких этикеток не было. В процессе варки ее просто смыло. Дальше был перочинный ножик с кучей лезвий, в том числе и для открывания банок, тюбик зубной пасты "Мятная", зубная щётка, пачка лезвий "Нева" с бритвенным станком для них, коробок со спичками и целая стопка носовых платков.

-Неплохой джентльменский набор, - улыбнулся Вадим, - теперь моя очередь.

Кроме котлет и картошки, на столе оказалась литровая банка с солёными огурцами, хлеб, несколько плавленых сырков, пара шоколадок "Аленка" и, совершенно неожиданно для Соколова, целых четыре банки кильки в томатном соусе.

-Есть ещё и две бутылки "Московской", - сообщил мужчина, - но ее мы с тобой точно распивать не будем. Я их немецким товарищам презентую. Тем, которые мне помогать будут присматривать за одним весьма шустрым молодым человеком.

-А ты что, контрабандой промышляешь? - внезапно широко улыбнулся Андрей, - наслышан я про эти ваши фокусы, когда в банках с килькой черную икру за границу вывозят!

Вадим как стоял, так и сел. На краешек своей полки.

-Откуда у вас, юноша, информация о совершенно секретной операции комитета? - слегка севшим голосом спросил он парня.

Теперь настал уже черед Соколова в изумлении выкатить глаза. Он ведь совершенно точно помнил, что в его мире именно в начале осени 1978 года по стране прокатилось эхо от громкого "рыбного дела". А здесь это оказывается операция КГБ.

-Чего молчим, язык проглотил? - довольно сурово спросил его мужчина.

-Ноу комментс, - непроизвольно вырвалось у парня, - похоже, я крайне неудачно пошутил. Обязуюсь, что этого больше не повторится.

-Ладно, пока замнем для ясности, - уже гораздо более спокойным голосом сказал Вадим, - только ты учти, Андрей, что в рапорте для товарища Данилиной я это обязан, буду указать. Когда вернёмся. Пусть она сама с тобой разбирается.

-Договорились, - облегчённо выдохнул парень.

-Тогда о главном, - продолжил их беседу мужчина, - сколько ты денег взял с собой?

-Не так много, - пожал плечами Соколов, - всего тысячу.

Начавший вставать с полки Вадим так и рухнул обратно.

-Ты совсем охренел? - в его голосе зазвенела сталь, - куда столько?

О товарищах подумал, - внезапно ехидным тоном ответил ему Андрей, - вдруг нам с ними на хорошо посидеть не хватит. А рубли мы найдем, где поменять, не беспокойся. Знаю я в Дрездене пару таких мест.

Тут Соколов ни капли не лукавил. Ездил он в ГДР в прошлой жизни в турпоездку. И в столице Саксонии он тоже был. Правда, в восемьдесят четвертом. Но есть места и люди, над которыми время не властно.

-А главное, - продолжил он, глядя на ошеломленного его заявлением знакомого, а теперь почти что приятеля, несмотря на серьезную разницу в возрасте, - по новому положению о командировочных для специалистов предусмотрено обменивать по десять рублей в сутки на человека. Плюс по двести рублей можно поменять дополнительно для приобретения местных товаров, правда, чек обязательно надо сохранять для таможни. Иначе могут конфисковать.

-Я об этом и не слышал, - искренне удивился Вадим, - в инструктаже речь совсем о других суммах шла.

-На месте разберемся, - негромко сказал ему Андрей, - есть у меня смутные подозрения, что руководство нашей делегации по старой привычке на простых сотрудниках руки погреть хочет. У них, кстати, официальный документ имеется, где черным по белому написано, какие суммы можно поменять будет.

-Можем нарваться, - тихо сказал мужчина, - связываться с секретарем горкома себе дороже, особенно тебе.

-Вряд ли он сам этим занимается, скорее всего, это его заместитель воду мутит, - так же тихо ответил Соколов, - и мы на рожон лезть не будем, сначала все очень осторожно узнаем и посмотрим на его действия. Мне Жозефина Ивановна подробнейшие инструкции на этот счёт дала. Вплоть до номеров телефона в нашем посольстве.

-Тогда давай деньги сюда, хотя бы любую половину, - решительно заявил Вадим, - с меня взятки гладки. Я при исполнении.

Парень кивнул и протянул ему тоненькую стопку фиолетовых купюр.

Понедельник 6 ноября. Гродно. Железнодорожный вокзал. Утро.

Лязгнули стальные створки, и металлические ворота надёжно отгородили первую платформу от остальной части вокзала. На железнодорожных путях замер в ожидании пограничного досмотра скорый поезд-экспресс "Ленинград-Берлин".

Андрей сидел в своем купе и довольно лениво поддерживал вялотекущую беседу с Серьгой. Вадим же отправился в хвост вагона встречать пограничников, оставив Сергея охранять своего подопечного. То ли чтобы он куда-то не сбежал, то ли чтобы не влез в какие-нибудь прочие неприятности.

-Меня с Инной во вторник к начальству вызвали и перед фактом, что называется, поставили, - рассказывал тем временем парень, - мол, три дня вам на сборы. Едете в ГДР. Визу вообще за два дня сделали, я такое на своей памяти не припомню. А я все в толк не мог взять, зачем нас так резко сорвали с места. У жены в милиции сейчас дел выше крыши, да и у меня командировка в Польшу наклевывалась. Ну ладно Инка, она хоть по-немецки свободно разговаривает, а я причем? У меня только польский практически родной, к родственникам в Белоруссию в детстве каждый год отдыхать ездил.

-То есть про меня вам ничего не сказали? - уточнил Соколов.

-Уже только в поезде Вадим Сергеевич сподобился сообщить, - подтвердил его слова Сергей, - а вот про причины говорить наотрез отказался. Ну что же, он начальник ему видней.

-А Инна в милиции, где работает? Если не секрет, конечно? - спросил Андрей.

-Какой там секрет, - махнул рукой тот, - в отделе по борьбе с незаконным вывозом антиквариата и прочих ценностей. Представляешь, тут недавно одного жука она на чистую воду вывела. Он в эмиграцию собрался, в солнечный Израиль. С собой решил коллекцию советских марок прихватить, причем не довоенных, а вполне себе современных. Шестидесятые годы. Я говорит, с детства их собирал, они мне как память дороги. Посмотрели в каталоге, марки копеечные. А Инне это все очень подозрительным показалось. Ну и пригласила она из Москвы одного эксперта, самолётом срочно привезли. Начальство как об этом узнало, такой хай подняло. Грозились чуть ли не из ее зарплаты стоимость авиабилетов вычесть. И вдруг этот ее эксперт, который Самуил Яковлевич, сообщает, что стоимость этой коллекции превышает десять тысяч долларов США. Вот тут все забегали. Там оказались какие-то очень редкие марки с хитрыми зубцовками. То ли михайловские, то ли мишкинские, точно не помню.