Ваше Сиятельство 14

— Он должен быть наказан! Мне так не хватает его головы! — прошипела Кали, жарким пламенем солнце отразилось на стали ее клинков.

— Здесь нет демонов — вы что-то путаете! Если же речь про Астерия, и ваш взор затмевают ваши темные заблуждения, то знайте — Астерий ни в чем не повинен перед вами! — отозвалась Артемида, пронзительно глядя на Кали и держа наготове лук.

Афина молча подняла копье. Я почувствовал, как Гера собирает руками силу для удара. Аполлон стал рядом с ней, тоже облачаясь в доспехи.

— Не будем спорить о его сомнительной природе, — спокойно сказал Махадева. — Он убил преданного мне человека! Человека, которым я очень дорожил! Большого человека, сделавшего много для богов и для величия этих земель! Демон Астерий убил тысячу людей в подвластных мне небесах, над моей землей и водой! За это он должен быть наказан! Просто отдайте его! Не к чему портить богам отношения из-за такой мелочи. Я же в знак доброго расположения, позволю вам увести отсюда тех других, что прячутся в пещере.

— Носящий Полумесяц, если ты в самом деле желаешь сохранить добрые отношения, то сейчас сам не порти их! Астерий — не мелочь! Его жизнь много значит для нас всех! Уверенно тебе говорю: его ты не получишь! Никогда! Это мой мужчина, которого я люблю! — громко произнесла Артемида, и мне показалось, что от ее слов содрогнулась земля.

Она натянула лук, целясь в Шиву, но пока еще не отпуская стрелу.

— Угомонись, Махадева! Давай будем взаимно честны! Уж если речь о подвластных тебе небесах, то ты должен знать: тот преданный тебе человек, имя которого вице-адмирал Джеймс Хадсон, стремился убить Астерия и тех людей, что сейчас в Пещере! Именно Джеймс Хадсон повинен в случившемся! Он хитростью и коварством начал эту маленькую войну и смерть его более чем заслужена! Бой был неравный: одна вимана Астерия против десятка виман вице-адмирала Хадсона! Астерий с честью выиграл этот бой! За эту победу ему положена слава и почести, а не смерть! Мое копье было и будет на стороне правды! — Афина занесла руку, готовая пустить оружие в ход.

— Как же ты, дочь Зевса, можешь сказать о нем иначе? Этот демон — твой мужчина тоже. А ты, Гера, тоже готова вступить со мной в бой ради их демона? Или у тебя хватит благоразумия уйти? Если уйдешь, я позволю забрать тебе все, что у него в мешке за спиной, — Шива поднял правую руку — воздух вокруг нее завертелся, превращаясь в смерч.

— Для меня очень важен договор, который исполнит Астерий. Ох! — Величайшая как бы небрежно махнула рукой и из темного жерла портала вылетело несколько гарпий, — Надо же! Мои птички здесь! Они не любят Астерия, но еще меньше они любят, когда кто-то мне угрожает!

— Уходите! Это наша земля! Вы будете страдать! Корчится от боли, сгорая на ней! — проворчал Агни играя языками пламени. — Вещи в Пещере Конца и Начала принадлежат нам!

— Огненосец! Вещи в Пещере принадлежит тому, кто откроет вход Ключом Кайрен Туам — так завещали их прежние хозяева! — выкрикнул я. — Ключ был у меня, и я открыл Пещеру, поэтому право на содержимое Хранилища Знаний принадлежит мне! — говоря это, я уплотнил щит, чувствуя, как каждое мое слово все сильнее злит Шиву и Агни.

Кали тут же пошла на меня, вспарывая воздух кривыми клинками.

Агни ударил первый. Два огромных огненных шара устремились ко мне. Хотя они летели быстро, Небесная Охотница успела выпустить несколько стрел, разрывая их на куски. Гера взмахнула рукой, снося в сторону огненные сгустки. Не знаю, кого сейчас спасала Величайшая, меня или своих дрожащих от страха любовников, но помощь ее была очень кстати. Гарпии Величайшей ринулись в бой. Устремились черными тенями на Шиву. Причинить большого вреда они ему не могли, но были вполне способны отвлечь великого бога.

Краем глаза я увидел, как копье Афины пронзило грудь Кали, вдребезги разбивая черепа в ее жутком ожерелье. Темная, почти черная кровь брызнула фонтаном, разлетелась по поляне. Эх, нет рядом лемурийских алхимиков — для них кровь Кали имела высшую ценность!

Прежде чем несколько сгустков пламени долетело до меня, я успел выпустить «Литум Карх». Жаль, что приходилось прикрываться щитом и работать одной рукой. От плеча до пальцев правой руки потек холод, ладонь даже покрылась изморозью. Три ледяных конуса стремительно понеслись к Агни. Тут же меня накрыл его огненный удар, который я кое-как отразил щитом. Трава загорелась вокруг.

Если бы не стрелы Артемиды, мне бы пришлось намного хуже. Скорее всего огромные сгустки огня сбили меня с ног, и магический щит я мог бы не удержать. Но обошлось. Как Агни не пытался увернуться, все три ледяных острия пронзили его. Пробили плечо, грудь и живот. Лед против огненного бога работает неплохо. Конечно, этим нельзя убить бессмертного, но можно весьма умерить его пыл. Агни кричал, лед шипел в его раскаленном теле. В ближайшую минуту ему было не до меня.

А мне не до него, потому как в схватку вошел Махадева. Он быстро разобрался с мечущимися вокруг него гарпиями Геры, то сбивая их наземь, то превращая их во вспышки огня. Следующую минуту то ли он приноравливался, то ли смотрел на нашу стычку с Агни и Кали, как на игры детей. Зря он так: Кали отползала в сторону, так и не добежав до меня, пронзенная двумя копьями, обожженная пламенем Аполлона, заливая поляну темной кровью. Агни принял в себя не только ледяные острия, но с десяток стрел Артемиды. Гера взмахом руки, отбросила огненного бога к куче камней.

Если бы здесь не было Шивы, то мы бы уже праздновали победу. Однако, Носящий Полумесяц очень сильный бог, увы, превосходящий могуществом моих небесных подруг. Хотя Гера пыталась отразить его первый удар, прикрывая меня и своих любовников, не обошлось без смертей. Все три мужчины из ее свиты, тех самых, ряженых в белые с позолотой одежды, сгорели от его молний. Хотя я прикрылся щитом, удар стихии бросил меня наземь с чудовищной силой. Не устояла даже Артемида. Пал на четвереньки Аполлон. Афина успела метнуть два копья, и одно Шива не успел отразить — оно вошло в левую сторону его груди, пронзило сердце. Но что для сердца бога какое-то копье, пусть тоже божественное⁈ Выталкивая стальной наконечник с кусками собственной плоти и кровью, сердце великого бога продолжило биться. Шива застонал от боли. Глаза его вспыхнули яростью. Один из них пронзила стрела Артемиды. Другие стрелы, он задержал растопыренной ладонью.

О, если бы я не отдал столько сил Пещере, этот бой можно было бы завершить иначе! Я мог бы активировать «Туам латс флум», в десятки раз замедляя время, и чертовой матери разорвать на куски Махадеву, как я это уже делал с Герой! Но сейчас мне даже защита давалась с трудом, не говоря уже об эффективной атаке.

Я слышал горестный и гневный крик Геры — она только что увидела, что ее любовники мертвы. Видел, как Афина, подбежала ко мне, снова пытаясь закрыть щитом. Небо справа вспыхнуло алым светом — открывался портал. Багровый сумрак рассек кроваво-красный зигзаг. Переход из небесного мира распахнулся. На поляну спрыгнул Перун.

Когда я вскочил на ноги, готовый к новой атаке Махадевы, то увидел, как Громовержец вскинул к небу могучие руки. Ярко-синие молнии рассекли пространство над поляной. Вошли в землю, разрывая ее, образуя глубокую трещину перед ногами Шивы. Тот попятился, мигом теряя прежний боевой пыл.

— Не трогай моих, Махадева! Говорю, не трогай! Пока еще можно разойтись по-доброму! — прогремел Перун, возвышаясь над нами всеми, напрягая крепкие мышцы так, что заскрипела его рунная броня.

— Вы на моей земле, Владыка Грома! И, как видишь, Кали очень пострадала, — Шива отступил еще на шаг от расширившейся трещины — она рассекла половину поляны. — Огромную боль терпит Агни! Демон коварно пронзил его льдом!