Рассвет в Миссури

Я опустила взгляд и нервно закусила нижнюю губу. Лёд, завернутый в платок, постепенно таял в моих ладонях, и я прижала его к своему подбородку.

— Врачей, больниц, крови, запаха лекарств, белых больничных простыней, ушибов... — Я поджала губы и хмыкнула. — А теперь дверей.

Профессор Купер не поддержал моего юмора, поднялся с дивана и подошёл к столу. Я проследила за его спиной и стала считать складки на его белой рубашке.

— Что ж, так как я вселил в вас новый страх, попытаюсь как-нибудь переписать его приятной ассоциацией.

Руки мужчины взяли бутылку с водой и наполнили пустой стакан. Развернувшись, мистер Купер протянул мне стакан, а сам опёрся бедром на стол, скрестив руки на груди.

— Мне правда жаль, Брук.

— Всё в порядке, правда.

Я сделала один небольшой глоток воды и только сейчас позволила себе осмотреться.

Кабинет мистера Купера оказался совсем не таким, каким я его представляла. Небольшой, немного тесный, с высоким книжным шкафом у стены и широким окном, за которым дождь превращал университетский двор в серое размытое пятно.

Несмотря на скромные размеры, здесь не было ощущения беспорядка. Наоборот, каждая вещь будто бы знала свое место.

На краю стола ровной стопкой лежали бумаги; рядом — синяя чашка с университетским логотипом и несколько книг. Пиджак был повешен на спинку кресла, а ручки лежали параллельно друг другу так ровно, будто их специально поправляли перед моим приходом.

Я не знала, сколько из этого было организовано самим Купером, а сколько досталось кабинету вместе с предыдущим преподавателем, но присутствие профессора Купера и его чувство стиля ощущалось здесь отчетливо.

Сдержанность. Порядок. Контроль.

Даже мини-холодильник у стены выглядел не как случайная прихоть, а как часть надежной системы.

Это вдруг показалось мне смутно знакомым, словно я наблюдала за отражением собственных привычек.

Я тоже любила, когда вещи находились на своих местах, каждая деталь знала свое место и порядок приносил покой. Разница была лишь в том, что моя организация и системность родилась из чувства тревоги, а у мистера Купера всё выглядело… естественно. Как будто только так и должен выглядеть кабинет, и ничто не сможет пошатнуть организованность и чистоту пространства.

Я вспомнила, как утром чуть не расплакалась от случайно рассыпанного корма.

— Брук?

Я вздрогнула и подняла голову.

— Что?

Зелёные глаза скользнули к моей руке.

— У вас вся ладонь мокрая.

Я растерянно опустила взгляд. Лёд почти растаял и тонкие капли стекали по моим пальцам, приземляясь на пол у моих ног.

Упс.

— Ох, простите.— Я неловко усмехнулась. — Похоже, я слишком увлеклась разглядыванием вашего кабинета.

Уголок губ мистера Купера едва заметно поднялся.

— И каков ваш приговор?

— Здесь очень… организованно.

— Это завуалированное «скучно»? — Уголки губ профессора расплылись в настоящую улыбку.

— Нет. — Я покачала головой и положила мокрый платок вместе с остатками льда в протянутую ладонь профессора. — Мне нравится, когда все выглядит организовано и практично. О человеке многое могут рассказать его привычки, то, как он ведёт дела и даже как пишет имейл. Вы, кажется, человек порядка и это хорошая черта.

Несколько секунд мистер Купер ничего не отвечал. Почему-то мне показалось, что мой ответ удивил его, только вот непонятно — в хорошем или плохом смысле?

Он положил лед вместе с платком обратно в холодильник, словно показывая, что мои наблюдения не совсем точны — частичка хаоса в этом кабинете тоже есть, ведь платкам не место в холодильнике.

А, может, ему просто некуда было положить этот платок и я увлеклась в своих рассуждениях.

— Наблюдательность и проницательность. — Голос вновь стал спокойнее и ровнее. — С этими чертами вы можете стать и детективом, и психологом, и журналистом. Почему же выбрали бизнес и администрацию?

Профессор Купер не стал садиться возле меня, вместо этого он вновь опёрся на свой стол и скрестил руки на груди. Мне вдруг очень захотелось рассмотреть эти руки поближе и узнать, есть ли на них такая же мелкая россыпь веснушек, которые я видела на носу.

— Отец всегда хотел, чтобы я училась на этой специальности. — Я пожала плечами. — Я совсем не против. Мне нравится бизнес и все, что с ним связано.

— Должно быть, он вами гордится.

— Надеюсь. – Я поджала губы в подобии улыбки.

— Раз уж вы официально пережили покушение дверью моего кабинета, полагаю, мы можем перейти к причине, по которой я вас сюда позвал.

— Звучит серьёзно.

— Не без этого. — Профессор обошёл стол и присел за кресло, пригласив меня жестом занять свободный стул.

Я поднялась с дивана, всё ещё ощущая легкую пульсацию в переносице, и осторожно пересела ближе к столу. Отсюда кабинет казался ещё меньше; расстояние между нами сократилось, и я вдруг поняла, насколько тихо здесь было все это время. Только дождь за окном и едва слышное гудение мини-холодильника.

Профессор Купер открыл ноутбук и несколько секунд что-то искал, внимательно всматриваясь в экран.

— Сейчас покажу в каком формате будет выглядеть наше сотрудничество. Не беспокойтесь раньше времени — я не ожидаю от вас гигабайты текста в идеальном виде, и вы сможете уделять этому делу столько времени, сколько сможете.

Я невольно расслабила плечи и позволила себе более удобно сесть на стуле.

Мистер Купер повернул ко мне ноутбук, и внимательно посмотрел на меня — таким серьёзным взглядом он скользит по аудитории, когда хочет что-то донести.

— Мне важно, чтобы вы не воспринимали это как ещё один обязательный пункт в расписании, из-за которого придётся жертвовать сном или учёбой. — Вместо громкого ораторского тона, слова его звучали гораздо мягче обычного. — Если вы готовы дать обещание, я готов посвятить вас в детали.

Я удивленно моргнула.

— В этом и весь подвох?

Уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Вы ожидали подвоха?

Мне стало неловко.

— Я знала, что не может быть все так идеально. Но я согласна дать обещание, что не стану жертвовать сном и учебой.

Профессор Купер тихо усмехнулся и откинулся на спинку кресла.

— Отлично. Формат будет максимально гибким. Вы будете присылать мне черновики через общий документ, а я буду оставлять комментарии. — Он кивнул на экран, и я наклонилась, чтобы рассмотреть открытый передо мной документ. — Дедлайны будем оговаривать индивидуально, но я бы сначала хотел дать вам пару тестовых заданий, чтобы вы поняли общую структуру написания статей.

— То есть, мне не нужно будет дополнительно задерживаться у вас после пар?

Мысль принесла мне некое облегчение. Отчасти, потому что мой ритм жизни не предполагал большое количество свободного времени. Отчасти, потому что за текстом гораздо легче скрыть растерянность, смущённость и не придётся гадать есть ли у него веснушки на руках.

— Только если в этом будет необходимость. — Спокойно ответил он. — Или если тема окажется слишком объёмной для переписки. Я думаю, одного, максимум два раза в неделю будет более, чем достаточно.

Это прозвучало настолько разумно и спокойно, что внутреннее напряжение начало понемногу отпускать. Хейли была права — мои прежние беспокойства не имели никакого смысла.

— У меня сейчас плавающий график в пекарне. Иногда меня ставят на вечерние смены, иногда на утренние.

— Тогда будем подстраиваться.

Профессор Купер произнёс это так естественно, будто речь шла о чем-то совершенно очевидном. Уголки губ по прежнему были немного приподняты — он явно был удовлетворен тем, что я согласилась на его предложение.

Я тихо усмехнулась.