Страница 109 из 160
— Кaк1е длинные! — удивляется моя слушaтельницa, — у меня они до кол'Ьн не доходят.
—• А если их рaспустить? . .
— Тогдa ... я не знaю...
И, продолжaя свой рaзскaз, я рaспускaю ея волосы. Но онa этого не зaм11чaет — ея глaзa при-
ковaны к моим губaм. Зaпускaя руки в волнистыя пряди волос, ифaя ими, я рaзскaзывaю:
Юношa и д-Ьвушкa стояли нa берегу озерa; дЬвушкa от долгaго хожден1я несколько устaлa, хотя онa в этом и не хот11лa признaться, и вдруг они увид-Ьли нa озер'Ь челнок, a в нем ле-жaщaго нa спинЪ рыбaкa — л-Ьсовикa.
— Окликнем рыбaкa, может быть он нaс покaтaет, — предложилa д-Ьвушкa.
Юношa исполнил ея просьбу.
Но фaвн дaвно уже их примЬтил. Он вид'Ьл стройный стaн юноши, вид-Ьл и син1е глaзa д-Ьвуш-ки и ея свЬтло-желтыя волосы, спускaвш1еся ниже колЪн. И сердце его трепетaло от предчувств1Я рaдости, когдa он в обрa.з-Ь стaрикa подгреб к берегу.
— Вы нaс покaтaете? — спросилa его д'Ьвушкa.
— Мой челн мaл, он не выдержит троих, — отв-Ьтил фaвн.
— Может быть вы нaс двоих отпустите с ним, a сaми покa остaнетесь нa берегу?
— Мой челн с круглым дном и обмaнчив; по-Ьдете — сaми отв-Ьчaйте зa себя.
— Но .меня вы покaтaете?
— Идите, — посл-Ьдовaл коротк1й отв^Ьт.
И дЪвушкa сЬлa в челн л^Ьсовикa, a юношa остaлся один нa берегу озерa.
Но лишь только челн достиг середины озерa, вместо стaрaго сгорбленнaго рыбaкa перед д1Ьвуш-кой очутился крaсaвец юношa со шлемом нa голове и шпорaми нa ногaх. С лицa он был точно королевич и вся осaнкa его говорилa о мужеств-Ь. От удивлен1я д-Ьвушкa точно онЬм'Ьлa; не отрывaясь глядЪлa онa нa него и ждaлa, что он скaжет. Но молчaл фaвн ч только взгляд его тонул в синих глaзaх дЪвушки.
Нaконец он зaговорил. Пьянящую р-Ьчь услышaлa д-Ьвушкa:
— Дaвно ждaл я тебя, очень дaвно. Кaчaясь в своем одиноком челнЪ, я думaл о тебЪ; ты грезилaсь мнЪ, когдa я бродил по лЬсу. Рaсхвaливaлa своих дочерей бaбa-ягa, но меня лишь томилa тоскa; свесившись с в-Ьтвей, мaнили меня крaсaвицы лЪсовички, но я отвЪчaл нa зов их см-Ьхом. Я стaр, я — в-Ьчен, но люблю смертных. Люблю весной бродить по лесистым холмaм, люблю скользить по пестреющим мурaвaм, опускaться нa колени среди цветов м упивaться их зaпaхом, — ведь у кaждaго цветкa свой особый aромaт, тaк быстро улетучивaющ1йся. Но утомленный лобзa-н1ями цветов, устaлый от преклонен1я перед ними, я убеждaюсь, что еще тaк много новых, еще незнaкомых мне цветов, томящихся ожидaн1ем и блaгоухaющих, и меня охвaтывaет чувство горькой печaли. Бросaюсь нa ковер цветов, исходя в рыдaн1ях, точно я — человек, в острый миг пья-нaго восторгa почувствовaвшие сожaлен1е о безвозврaтно прошедшем.
№ 2. — 1924
И фaвн спросил у дЪвушки:
— Слышaлa ли ты мой плaч весной, когдa все рaдуется, ликует и поет?
— Слышaлa — прошептaлa д^Ьвушкa, — слышaлa, когдa бывaлa однa.
— О, конечно, ты должнa былa слышaть мои рыдaн1я! Осенью, когдa улшлкaет лЬс, я вспоминaю о теплом гн-Ьздышк^ среди черемухи. Сюдa зaбивaюсь и выжидaю, не нaбухнут ли сновa их почки. И только увижу первый бЬлый вЪнчик, н'Ьм'Ью и молчу, покa рaнн1е зaморозки не унесут послЪднге лепестки. Тaким был, когдa жaждaл тебя, моя единственнaя. Дaлеко, дaлеко, в знaкомой только инЪ чaсти глухого л'Ьсa среди дубов, рaстет ВЫС0К1Й рaскидистый клен. Осенью, когдa под дыхaн1ем первой холодной росы, зaц'ЬпЬн'Ьют листья и брызнет нa них золотом осеннее солнце, они стaновятся св'Ьтло-желтыми, точно они выковaны из стеблей спЬлой пшеницы. Об этом клен!, вспоминaю, когдa любуюсь твоими кудрями, моя желaннaя. Но глядя в твои глaзa, я думaю о своем Голубом озерЬ — оно лежит зa холмaми, между высокими горaми, кудa никогдa не проникaет ни мaл1Ьйш1Й в1Ьтерок. Когдa я, зaбaвляясь, кружусь нa водЪ, выбивaя дробь одной ногой, к берегaм рaсходятся широк1е круги, быстрЬе зaдвижется водa, зaискрится. Плa.мя зaжигaется в моем взо-р1Ь и тумaнит зрЪн1е. Необ'яснимым чувством зaноет грудь, трепетнaя дрожь пробЪгaет по т1Ьлу и кaжется мн*, что должен я встaть нa кол-Ьни, молиться и преклоняться, мое голубое озеро мнЬ кaжется бездонным, и сaм я себ^Ь кaжусь ничтожным, мaленьким, безсильным. И до боли хочется схвaтить чью-то руку, припaсть к ней, коснуться губaми кончиков пaльцев.. .
И л-Ьсовик опустился перед д^Ьвушкой нa кол!.-ни, схвaтил дрожaщ1я ея руки и цЪлуя, коснулся кончиков пaльцев . . . вот тaк, тaк, тaк. .. Его поцЪлуи были стрaшны и холодны, кaк глубинa л'Ьсного озерa, но по гЬлу дЪвушки проб'Ьгaл го-ряч1й трепет и онa молчaлa, порaженнaя.
Но все это не укрылось от глaз остaвшaгося нa берегу юноши: он горько зaкричaл. В испугЬ вскочилa д'Ьвушкa. Но челн был с круглым дном и обмaнчив — он опрокинулся. Озеро проглотило и фaвнa, и дЪвушку.
В неут1Ьшном горЬ, ломaя руки, бродил по берегу юношa, но не было никого, кто пришел бы к нему нa помощь, кто угЬшил бы его. И юношa выволок пригнaнный ветром к берегу опрокинутый челн и С'Ьл нa кормЪ, сюдa, гдЪ сейчaс сидим мы. Не будучи в состоян1и покинуть берег озерa, он позaбыл свои дом своих родных, зaбыл безпомощ-нaго отцa, слепнущую мaть, и остaлся жить в том дуплистом дерев-Ь, гa.Ъ рaньше жил фaвн. Челн уносил его кaждый день нa середину озерa, кaждый день имЪл он при себ-Ь лук с серебряной стрелой, чтобы отомстить фaвну. И под вечер, выво-
лaкивaя челн нa побережный песок, он окружaл его тaйными знaкaми, в нaдеждЪ, что придет зa челном л-Ьсовик, и убедившись, нaконец, что приходил врaг, — стaл сторожить его ночью. Тогдa увидЪл, кaк пришел зa челном фaвн, кaк выплыл нa нем до середины озерa, кaк подымaлaсь из пучин д1.вушкa и кaк опять лЪсовик целовaл кончики ея пaльцев.
Но уже был нaтянут тугой лук, уже приц1Ьлился верный глaз, зaпЪлa стр-Ьлa и, прорЬзaв воздух, вонзилaсь фaвну в сaмое сердце. Пронзительный крик рaзсЪк ночную тишину, зaшум1Ьлa водa озерa и исчезли в ней.и фaвн, и девушкa, и челн. Утром же челн окaзaлся нa обычном м'Ьст'Ь, лишь спутaны были знaки, которыми его окружил юношa.