Страница 17 из 111
Её прикосновение ощущается так реально, так тепло — человеческое тепло, о котором теперь остаётся лишь болезненная память. Эти люди не просто коллеги. Они друзья. Семья. И в моей груди растекается чувство принадлежности, которого я не испытывал... очень давно.
Вспышка — и я снова в центре управления. На мониторах — те же люди, только теперь в боевой экипировке. Их лица пусты, как у манекенов. Глаза женщины, только что смеявшейся, теперь холодны и мертвы.
Они идут за мной. И они знают, где я.
Экраны показывают: группа Охотников приближается к центру управления. У меня минута, может, две. Нужно найти другой путь к Ядру.
Я выскальзываю в смежную лабораторию, закрывая за собой дверь. Стандартная научная лаборатория — столы с оборудованием, компьютеры, химикаты. Схема базы на стене показывает: есть несколько маршрутов к Центральному Ядру. Прямой путь перекрыт Охотниками, но есть обходной — через технические уровни.
На столе — датапад. Активирую его, ожидая блокировки, но система мгновенно открывает доступ. Странно. Словно база узнаёт меня. Словно я здесь свой.
Досье Охотников заполняет экран. Мои глаза расширяются от удивления. Все они — бывшие участники проекта "Ева". Специалисты по эфирной синхронизации. Ведущие ученые. После "инцидента" они прошли процедуру нормализации, сохранив профессиональные навыки, но утратив личностную память.
Они были мне... нам... коллегами.
Внезапно медальон начинает вибрировать, а имплант — болезненно пульсировать. Я сжимаю виски, чувствуя, как два устройства словно борются внутри меня:
[ИМПЛ/TM-7]: Избегай контакта с [ОБЪЕКТ-ОХОТНИК]
[Δ.ANCHOR]: [СТАТУС: Противоречие] [ПРИОРИТЕТ: Подход к ядру]
[ИМПЛ/TM-7]: [НЕРАСПОЗНАННОЕ ЧУВСТВО: Тревога? Стыд?] ⏀ [ПРИОРИТЕТ: Продолжай]
— Что происходит? — спрашиваю я вслух, не ожидая ответа от импланта.
Но он отвечает. Голосом, который становится всё более человеческим:
[ИМПЛ/TM-7]: Они были твоими... нашими коллегами. До того, как всё разрушилось. До того... как я стал тобой. Или ты стал мной?
"Память делает нас людьми," — понимаю я вдруг. "А функция делает нас полезными."
TM-7 разрывается между запрограммированной функциональностью и человеческой памятью. Между тем, что он должен делать, и тем, что он знает и чувствует.
Точно как я сам.
Дверь лаборатории с шипением открывается. Два Охотника входят — мужчина и женщина. Та самая, с голубыми глазами. Только теперь они пусты. Движения Охотников точны и механистичны, как у роботов. Они сканируют помещение, и их взгляды фиксируются на мне.
═══════
// Визуальная проекция [Δ.1.SKT-05]
[ЭСКИЗ]: "Роевой проход"
[ИСТОЧНИК]: [Архивная перегрузка / Эфирный след]
[СТАТУС]: Повторяющийся образ
Без колебаний они поднимают оружие.
Медальон на груди внезапно раскаляется докрасна. Я чувствую, как TM-7 словно "резонирует" с ним, создавая странный контур энергии, проходящий через мой мозг.
[Δ.SYNC]: Несанкционированная интеграция
[Δ.SYNC]: Сознание узнаёт себя
[ИМПЛ/TM-7]: Мы... уже делали это раньше. Другие мы.
И тогда я вижу это — полупрозрачные золотистые линии в воздухе вокруг Охотников. Они показывают траектории их будущих движений, как временные следы событий, которые еще не произошли. Я вижу, куда они будут стрелять, как они будут двигаться — за секунды до того, как это происходит.
О х о т н и к п о д н и м а е т о р у ж и е. Я у ж е з н а ю, ч т о б у д е т д а л ь ш е.
Они стреляют — но я уже не там. Я двигаюсь, следуя золотистым линиям вероятностей, которые показывает медальон. Я вижу не просто движения — я вижу их намерения, вижу микровыражения на их лицах за долю секунды до принятия решений.
⟪ Женщина-охотник стреляет на три градуса правее центра масс. ⟫
Я уклоняюсь влево, хватаю центрифугу со стола и швыряю в них. Устройство разбивается, осколки разлетаются, создавая хаос. В образовавшемся облаке осколков и пыли Охотники теряют визуальный контакт на долю секунды.
⟪ Мужчина-охотник проверит левый сектор. ⟫
Я уже справа, за столом с химикатами. Смешиваю два реагента, создавая густой дым. Медальон показывает мне не только, что они сделают, но и как они себя чувствуют.
⟪ Женщина испытывает сомнение, её рука дрогнет. ⟫
В её глазах на миг вспыхивает что-то человеческое — проблеск узнавания? Воспоминания? Но механизмы нормализации подавляют это, и взгляд снова становится пустым. Я использую эту секундную заминку, чтобы пробиться мимо них к двери.
Каждое движение сопровождается странным ощущением эха, словно я повторяю то, что уже делал тысячи раз. Медальон не просто предсказывает будущее — он словно помнит его. И передаёт эту память мне.
Я выскакиваю из лаборатории и бегу по извилистому коридору. Охотники преследуют, но "Замедление" и предсказания медальона дают мне преимущество. Я чувствую, как с каждой секундой связь между TM-7 и медальоном усиливается, образуя что-то новое, что-то большее, чем просто сумма частей.
Коридор выводит меня в огромный атриум — многоуровневое пространство с стеклянными мостами над искусственным водоемом. Здесь растут настоящие деревья, журчит вода, поют птицы. Оазис жизни внутри стерильной базы.
Я перебегаю по одному из мостов, останавливаясь на середине, чтобы перевести дыхание. Внизу, в воде, отражается моё лицо, но... не совсем моё.
В отражении я вижу себя без шрама, в белом лабораторном халате. Этот другой я смотрит с таким же недоумением, как и я сам. Он поднимает руку — я тоже. Но его движения слегка отстают. Или опережают? Словно мы находимся в разных временных потоках.
— Кто ты? — шепчу я отражению.
— Кто мы? — беззвучно отвечают его губы.
Внезапно отражение искажается рябью — по атриуму растекается жар. Я чувствую его кожей, прежде чем вижу источник. На противоположном конце моста стоит человек. Его фигура выделяется среди стерильной чистоты базы — покрытая шрамами кожа, плотная тактическая экипировка с модификациями, которых я не видел у других Охотников. Светящиеся эфирные татуировки пульсируют вдоль его рук.
TM-7 реагирует мгновенно и... эмоционально:
[ИМПЛ/TM-7]: [статус: конфликт]
[ИМПЛ/TM-7]: [старый друг ⏀ настоящая угроза]
[ИМПЛ/TM-7]: [мы были...] ⏀ [он стал...]
И внезапно ещё одно воспоминание накрывает меня волной:
[ВСПЫШКА ПАМЯТИ]: Ночь. Крыша какого-то здания. Мы со Скарном, молодые, без шрамов, сидим на парапете. Бутылка чего-то крепкого между нами. Звёздное небо над головой. "За науку! За нас! За самую безумную команду проекта!" — смеётся Скарн, хлопая меня по плечу. Искренность в его глазах, тепло в голосе. "Что бы ни случилось завтра, Северов, я рад, что мы делаем это вместе."
Я моргаю, и видение исчезает. Передо мной снова стоит Скарн — покрытый шрамами, с пустыми глазами, полными ненависти. Что с нами произошло?
— Северов, — произносит незнакомец. Его голос хриплый, с металлическими нотками. — Наконец-то.