Страница 86 из 94
Глава 29
2 июня 1973 года. Москва.
Кабинет Председателя КГБ СССР Андропова Ю. В.
Юрий Владимирович, по давно заведенной привычке, начинал свой рабочий день с чтения поступивших за ночь донесений зарубежной резидентуры — привычка, общая и для начальников ПГУ, и для него самого. А так, как щупальца самой могущественной секретной службы в мире раскинулись по всей планете, почитать было чего. Причём всегда, даже в те дни, когда, казалось бы в мире ничего особенного и не происходит. Но сейчас было явно не то время. События, до этого шедшие своим обычным темпом, вдруг резко изменили скорость и что самое главное и неприятное — в них появилось много такого, чего просто не могло быть, если исходить из привычной логики. Неожиданно провалился глубоко законспирированный и добившийся невиданных результатов агент "штази" Гюнтер Гийом. Причём, ничто не предвещало такого поворота. Гийом не допустил ни единой ошибки и не сделал ничего такого, что могло бы привлечь к нему внимание западно-германских спецслужб. Однако он арестован и пока о его судьбе ничего не известно. Из Бонна не поступило предложение на обмен, как это обычно происходит. Затем, полный разгром РАФ — западно-германской "Красной армии", до этого действовавшей довольно успешно, а если и случались аресты некоторых её членов, все они отбывали наказание во вполне приличных условиях. А тут — таинственная смерть от какого-то вируса сразу ВСЕХ членов организации, находившихся на их секретной базе. Похожая ситуация и с итальянскими "Красными бригадами". Разгром и поголовное истребление "революционеров". Нет, председатель КГБ отлично представлял себе из каких отморозков состояло это "революционное подполье" в обеих странах, но действия государственных спецслужб никогда не были так жестоки и , надо признать — так эффективны. А если вспомнить ещё и ликвидацию нарождающегося крупного нарко-картеля в Колумбии... Слишком уж точно и смело действуют спец-группы. Словно заранее знают где и когда наносить удар.
Юрий Владимирович снял очки и с силой потёр переносицу. А ведь это не все странности происходящие в мире...
Визит Генерального секретаря ЦК КПСС в ФРГ был запланирован , но как и почему там оказался Президент Соединённых штатов?! Ведь никаких намёков на это не было. Такое впечатление, что Никсон вдруг, ни с того, ни с сего, сел в самолёт и помчался через океан. Зачем? Чего такого срочного необходимо было обсудить ему с канцлером ФРГ? А что он сделал сразу после этого разговора? Встретился с юным солдатиком-муыкантом из Группы советских войск в Германии! Это вообще как?! Даже с Брежневым, находившимся тут же в Бонне Никсон увиделся позже, на совместной встрече трёх лидеров стран. Но там был и четвёртый собеседник. И кто?! Всё тот же Любимов Александр!.. Юрий Владимирович не мог поверить в это, но об этом сообщала и собственная резидентура и агенты "штази", которые не замечались ранее в излишнем употреблении горячительных напитков, в отличие от своих советских коллег. Так что эти невероятные события не спишешь на "белую горячку"...
Андропов взял верхнюю папку. В ней была докладная от начальника Первого главного управления КГБ генерал-лейтенанта Мортина Фёдора Константиновича.
Докладная записка начальника ПГУ КГБ СССР
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
Председателю КГБ при СМ СССР
т. Андропову Ю.В.
О сообщении резидентуры КГБ в ФРГ
В Центр поступила шифрограмма № 745/Б от резидентуры КГБ в ФРГ («Рейн») от 1 июня 1973 г.
В ней сообщается следующее:
В ходе сопровождения советской делегации из Бонна установлено, что руководитель музыкальной группы «Ветер перемен» Любимов Александр не явился на рейс и самовольно остался в ФРГ.
Имеются основания полагать, что вместе с ним остаётся гражданка ГДР, также находившаяся в составе делегации.
В аэропорту предпринял попытку уклонения от возвращения в ГСВГ объект Богданович Юрий, также являющийся участником группы "Ветер перемен". Попытка была пресечена сотрудниками резидентуры.
В ходе беседы Богданович согласился на сотрудничество с органами КГБ. Подписал обязательство, выбрал псевдоним «Пианист», обязался предоставлять сведения о поведении и связях Любимова.
Резидент отмечает, что вербовка носила случайный характер, обусловленный непредвиденными действиями объекта. Психологическое состояние Богдановича настороженное, однако он выразил готовность к выполнению указаний.
Приняты меры по сохранению конфиденциальности сотрудничества и обеспечению безопасности объекта.
Предложения:
– дать указание резидентуре проверить достоверность намерений Богдановича и закрепить его на сотрудничестве;
– установить круг лиц, с которыми поддерживает контакт Любимов в ФРГ, и возможное использование его западными спецслужбами в пропагандистских целях;
– исключить утечку информации в западную печать о происшествии.
Начальник ПГУ КГБ СССР
генерал-лейтенант МОРТИН Ф. К.
Здесь же лежало и расшифрованное донесение от Резидента из Бонна.
" Значит, остался..." — подумал Андропов. — "Что ж, это ожидаемо. Не поедет же этот музыкант после того, что натворил в Бонне, просто служить в свой полк. Теперь, самое главное — что он будет делать дальше? Все эти встречи с главами государств, что они означают? Хорошо, что у резидента, наконец появился человек, которого легко подвести к Любимову. Только бы этот "пианист" не раскололся при первой же встрече со своим другом и не стал работать против нас... Кстати, а где во всем этом полковник Громов? Какова его роль?"
Юрий Владимирович выбрал авторучку с красными чернилами и написал сверху докладной свою резолюцию:
Товарищу Мортину Ф. К.
1. Вопрос по Любимову требует особого контроля ввиду возможного политического резонанса.
2. Проверку по Громову ускорить. Интересует — умышленный недосмотр или иное?
3. По Богдановичу – доложить конкретику, исключить фиктивные отчёты.
4. Принять меры к исключению утечек информации за рубеж.
Ю. Андропов
В этот же день в Бонн "улетела" шифрограмма:
Москва – Бонн
Резиденту " Рейн"
Сов. секретно / Шифр. № 7А
Получена Ваша информация о ситуации с Любимовым и Богдановичем.
1. Дезертирство Любимова оцениваем как событие, имеющее не только оперативное, но и политическое значение, ввиду его контактов с представителями руководства ФРГ и США, а также факта встречи с Генеральным секретарём ЦК.
2. Требую в кратчайший срок установить:
– круг лиц в ФРГ, с которыми Любимов поддерживает контакт;
– каналы, через которые он вышел на упомянутые западные фигуры;
– возможное использование его западными спецслужбами в пропагандистских целях.
3. Сообщение о привлечении Богдановича к сотрудничеству требует документально подтверждённых результатов. Недостаточно декларации о согласии, необходимо проверить его возможности, мотивацию и достоверность предоставляемых им сведений.
4. Вопрос по полковнику Громову остаётся в работе. До получения итогов проверки ПГУ и 2-го Главного управления воздержаться от любых неформальных контактов с ним и связанных лиц.
5. Принять меры к исключению появления в западной прессе материалов, компрометирующих СССР и его делегацию в связи с Любимовым.
Доложить в установленном порядке.
Начальник ПГУ КГБ при СМ СССР
Генерал-лейтенант МОРТИН Ф. К.
---------------------------------------------------
Единственнй вечер, когда нам с Габи удалось выбраться немного развеяться и который, казалось бы, должен был стать незабываемым из-за личности хозяина квартирника, прошёл, мягко говоря, не совсем так, как ожидалось. А так как я помнил, что причиной провала мероприятия был я сам, то постарался исправить это безобразие сразу, как только представилась возможность.