Страница 68 из 94
— Утверждают… В резидентуре не любят признавать, что чего-то не знают, вот и "утверждают". Запросите через «С» — пусть проверят, не был ли этот спектакль организован. Не нравится мне всё это... Уж слишком... театрально... Прямо американский боевик!
Он постучал карандашом по полю шифрограммы.
— По объекту — наружка круглосуточно. Абсолютная "невидимость . Пусть думает, что его оставили в покое. На самом деле — два кольца наблюдения. Любое движение к канцлеру, Никсону, хоть к Папе римскому — доклад мне лично, без фильтров.
Шеф КГБ помолчал.
— И ещё. Девушка. Проверить через ГДР, кто она на самом деле. Была ли это "ошибочная идентификация" или..?
Андропов поднялся, подошёл к окну и долго смотрел на залитый светом прожекторов двор Лубянки.
— Иногда, товарищи, — сказал он тихо, — опаснее всего не враг, а тот, кто слишком везуч.
Радиограмма Центра → Бонн
От: Центр
Кому: Бонн
Канал: ЗК
Секретность: Особая папка
1. Версия о применении «подручных средств» и захвате оружия у нападавших требует дополнительной проверки. Необходимо получить полное описание последовательности действий объекта, характера его ранений (при наличии), состояния одежды, следов борьбы.
2. Установить точные типы и номера изъятого оружия, пути его попадания к нападавшим, сопоставить с данными полиции ФРГ.
3. Проверить через агентуру и техсредства, не зафиксированы ли контакты объекта с представителями иностранных спецслужб за 72 часа до инцидента и после него.
4. Доложить, почему не был обеспечен оперативный контроль в момент происшествия.
5. Усилить скрытое наблюдение за объектом: два кольца наружного наблюдения, задействовать ТСО. Не допускать его самостоятельных передвижений вне зоны фестиваля.
6. Совместно с резидентурой ГДР провести проверку личности Габриэль: происхождение, родственники, контакты в ФРГ и ГДР.
7. Докладывать каждые 4 часа. Особо важную информацию передавать немедленно по ЗК.
ЦЕНТР
Радиограмма Бонн → Центру
От: Бонн
Кому: Центр
Канал: ЗК
Секретность: Особая папка
1. По уточнённым данным, объект получил незначительные ссадины и ушибы, серьёзных ранений нет. Одежда слабо повреждена.
2. Изъятое оружие — два пистолета «Вальтер Р38» и два автомата Калашникова, номера и баллистические данные будут переданы дополнительно после получения копий протоколов полиции ФРГ.
3. Предварительно установлено: вооружённые лица являлись членами РАФ в Бонне. Проверяется версия их использования третьей стороной для провокации.
4. Контактов объекта с западными спецслужбами в период 72 часов до и после инцидента не выявлено. Наружное наблюдение в момент происшествия осуществлялось нашим агентом состоящим на службе в полиции ФРГ. Наши оперативники были задействованны на маршрутах движения канцлера ФРГ и президента США.
5. На текущий момент объект и Габриэль находятся под круглосуточным скрытым контролем.
6. Проверка личности Габриэль ведётся через канал ГДР. Первичные данные: уроженка города Риза, 1955 г.р., учащаяся средней школы , связей с западными спецслужбами не выявлено. Уточнённые сведения направим по готовности.
7. Доклады каждые 4 часа выполняются. Дополнительно информируем: активизировано взаимодействие с доверенными источниками в полиции ФРГ для получения неофициальных материалов расследования.
БОНН
Андропов молча дочитал радиограмму, положил листок на стол, прижал его ладонью, будто фиксируя мысль.
— «Не выявлено»… — произнёс он, глядя на начальника ПГУ. — Они там что, вслепую работают? Или решили, что мы поверим в счастливые совпадения?
Начальник ПГУ тихо ответил:
— Ссылаются на сложную обстановку, присутствие западных лидеров, работу прессы…
Андропов поднял глаза.
— Сложная обстановка — это наша работа. А вот когда человек без подготовки снимает троих боевиков РАФ и выживает без царапины — это уже работа кого-то другого. Совсем не музыканта и вчерашнего школьника!
Он встал, прошёлся по кабинету и остановился у карты Европы на стене.
— Этот Любимов… У него слишком много случайностей. Слишком часто он оказывается там, где не должен быть. И с теми, с кем встречаться ему ну никак не полагается, учитывая его статус. Кстати, почему рядом с ним нет нашего человека? Чем занимается Особый отдел ГСВГ? Как они могли дать разрешение на поездку группы в ФРГ и не внедрить в неё своего человека? Для чего с ними поехал целый начальник Особого отдела дивизии? Как его? Полковник Громов? Он что, устроил себе увеселительную поездку в капиталистическую страну за государственный счёт? Почему до сих пор нет никакой информации о нём от особистов Группы советских войск в Германии?
*****
- Габи, солнышко моё, - я взял Габи за обе руки и усадил к себе на колени. - Я не буду тебя ни просить , ни убеждать. Если ты чувствуешь, что тебе будет некомфортно находиться на сцене вместе с Эрикой, значит она на ней не будет. Мы её не берём. Вопрос закрыт!
Мы сидели в нашей просторной гостиной на втором этаже оставив Машу внизу в недоумении, так и не дав ей ответ по кандидатам в танц-группу, но, пообещав, что завтра утром она его узнает.
Габи молча посмотрела на меня и в её глазах я увидел смущение.
- Но Эрика ведь лучшая, - тихо ответила она. - Как мы объясним ? Хотя бы Маше...
- Ничего никому мы объяснять не будем. - твёрдо сказал я и поцеловал Габи в складочку на лбу. - И не надо хмурить свой прекрасный лобик, а то будут морщины.
Её губы дрогнули в улыбке, но она всё также смотрела на меня как будто в чем-то провинилась.
- Сашульчик, мне так неудобно... Я уже и забыла всё и не думала, что... - она замолчала, не найдя нужных слов.
- Габи, только не загоняй себя в ловушку, когда при любом решении ты будешь чувствовать себя "не в своей тарелке" - если Эрика будет выступать с нами или если мы ей откажем.
- В какой ещё тарелке? - улыбнулась Габи теперь шире.
- А вот в такой, - я приобнял её покрепче. - Это как если бы какой-нибудь вареник попал в тарелку с клубникой и стеснялся там своей наготы.
Габи засмеялась откинув голову и я, воспользовавшись моментом, припал к близкой и такой восхитительной шейке.
- Уууу, клубничка ты моя вкусная... - промычал я и повалил её на диван. - Молчи! Больше ни слова!
- Мне совсем ничего нельзя? - прошептала Габи и ответила на поцелуй.
- Можешь только вздыхать от наслаждения и говорить мне комплименты. - ответил я, запуская руки под лёгкое платье. - Они повышают и укрепляют.
- А ты думаешь комплименты будет за что говорить? - её руки заскользили по моей спине, переместились вниз.
- Есть сомнения? - я расстегнул молнию на платье и стянул его совсем. - А вот сейчас посмотрим сколько ты продержишься до первого вздоха...
Утром, проснувшись как и всегда первым, я решил не идти на завтрак вниз, в наш ресторанчик. Лучше мы посидим ещё вдвоём. Нужно было убедиться, что Габриэль избавилась от чувства вины, иначе действительно, ситуация была совсем неподходящей для творчества. Её поведение на сцене и в студии при записи песен, очень зависело от эмоционального состояния. И если она будет чувствовать себя виноватой в том, что из-за её старых страхов мы не взяли лучшую танцовщицу, то и выходить на сцену не имело смысла. Но и уговаривать её согласиться на приём Эрики, убеждая, что ничего не было и всё быльём поросло, я не хотел. Если где-то, пусть даже глубоко внутри, у неё сидит воспоминание о пережитых неприятных минутах, вид Эрики будет бередить эту рану, а это опять же, совсем неподходящие ощущения для творчества.