Ветер перемен. Книга пятая.

Глава 20

- Ну, что ж, первый ваш альбом можно запускать в производство! - весь вид Георга Штрауберга выражал удовольствие. - Только почему вы не включили в него ту замечательную песню, которую фрау Габриэль пела на свадьбе? Это же несомненный хит! У меня вообще есть мысль предложить руководству компании выпустить сингл с этой песней. На одной стороне её, а на другой, например Cherry Lady или You're My Heart, You're My Soul. Я просто уверен этот сингл возглавит хит-парады всех стран Европы. Если его выпустить чуть раньше, чем большой диск мы убьём двух зайцев: соберём хороший урожай из призов и финансов и подогреем интерес публики к выходящему следом гиганту. Что скажете?

- Герр Штрауберг, вы разбираетесь в этом гораздо лучше, чем мы с Габриэль вместе взятые, - ответил я, пожав плечами. - Если вы считаете, что так будет лучше, значит так и делайте. Мы полностью полагаемся на ваше мнение.

- Вообще -то, такими вещами должен заниматься продюссер группы, - подал голос из-за своего огромного пульта Алан Парсонс. - А я что-то ни разу его в студии не видел...

- Потому что его у нас нет. - усмехнулся я.

- Как это? - удивился Парсонс. - Впереди у вас столько проблем! Вам просто необходим человек, который будет заниматься маркетингом, бюджетом группы, заключать контракты на выступления, организовывать гастроли, записи новых дисков. Быть на связи с лейблом, который будет выпускать ваши диски. Дел этому парню будет хватать!

Мы с Габи переглянулись.

- Пока всеми этими вещами занимался герр Штрауберг, - ответил я. - За что ему огромное спасибо, но я как-то и не знаю где нам искать этого продюссера.

- Герр Штрауберг, а вы не согласились бы и дальше заниматься нашими делами? - неожиданно сказала Габриэль, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой. - Мы к вам так привыкли и мне кажется, лучше вас просто не найти.

- Благодарю вас душевно, фрау Габриэль, за столь высокую оценку моих скромных усилий! - расцвёл Георг. - Но продюссер музыкальной группы должен разбираться и в самом процессе записи песен на студии, ставить звучание группы. А я могу только сказать "нравится - не нравится", а что именно нужно сделать, чтобы нравится стало всем - тут я пас! В таких вещах вот мистер Парсонс мастер, но не я.

- Подождите, - осенило меня. - А почему бы тогда не разделить, так сказать, зоны ответственности? Алан будет не просто звукорежиссёром, но и музыкальным продюсером! Он великолепный аранжировщик, слышит и знает, как должна звучать группа. И со стороны ему виднее и "слышнее", что изменить, убрать или улучшить. А вы, герр Штрауберг будете нашим административным продюссером. Будете следить за нашими контрактами, как делали это до сегодняшнего дня. Планировать выпуск дисков, гастрольные поездки, связь с прессой. Ну что я вам говорю, вы лучше меня знаете всю эту кухню. По-моему, это был бы идеальный вариан: каждый занимается тем делом, которое он знает и любит и не отвлекается на нелюбимые, но необходимые вещи.

- Я не против. - сразу же согласился Парсонс. - С EMI мы расстались, такую интересную и творческую группу, как Пинк Флойд мне вряд ли удастся найти в ближайшее время, а о собственном проекте есть только зачатки мыслей. Так что вы с Габриэль сейчас лучшее, о чём можно было бы мечтать. Поработаем!

- А вы, герр Штрауберг? - мы с Габи одновременно повернулись к Георгу.

- Ну, если вы оказываете мне такую честь, - Штрауберг склонил голову. - С превеликим удовольствием! Только с условием, что вы прямо сейчас запишите песню фрау Габриэль.

Мы с Аланом засмеялись, а Габи слегка покраснела от удовольствия.

Вечером мы, в сопровождении неразлучной парочки Марка и Ники отправились на встречу с архиепископом и капельмейстером Кёльнского собора, предварительно созвонившись.

Какой-то служитель собора уже ожидал нас у входа и когда мы только вышли из автомобиля он поспешил к нам сладко улыбаясь.

- Добрый вечер, господа! Его Преосвященство ждёт вас.

Мы прошли уже знакомым путём в кабинет архиепископа. Ники и Марк следовали за нами, чем вызвали молчаливое удивление у провожатого. Знакомая дверь с сияющей медной табличкой, приёмная с секретарём, который сразу же предложил пройти нам в кабинет Хёффнера. Я взглянул на Марка, он только молча кивнул и они с Ники присели на скамью в прихожей.

- Добрый вечер, дети мои, - Хёффнер с улыбкой поднялся нам навстречу. - Очень рад вас видеть.

- Добрый вечер, Ваше Преосвященство. - Габи поклонилась.

- Добрый вечер, Ваше Преосвященство. - эхом повторил я за Габриэль.

- Присаживайтесь, - сказал архиепископ, указывая на деревянную скамью, отполированную до блеска сотнями, а может и тысячами посетителей. - Сейчас подойдёт наш капельмейстер.

"Какие только речи не слышали эти стены за века существования собора." - появились откуда-то у меня мысли.

- Вы планируете исполнить те же песни, что уже пели в кирхе Святой Барбары? - задал вопрос Хёффнер.

- Да, за основу мы возьмём старый репертуар, - кивнул я. - Эти песни отлично звучат в церковной акустике, но я хочу добавить и новые. Только мне нужно знать какими средствами мы располагаем. Я имею ввиду, прежде всего музыкантов и хор.

Архиепископ собрался было ответить мне, но в этот момент раздался вежливый стук в дверь, она отворилась и в кабинете возник совсем ещё не старый человек, лет пятидесяти, в тёмном строгом костюме и очках.

- Разрешите, Ваше Преосвященство? - произнёс он хорошо поставленным тенором.

- Проходите, маэстро, - архиепископ сделал приглашающий жест. - познакомьтесь, это те самые молодые люди, о которых я вам говорил и слухи о которых дошли до вас первому.

- Людвиг Хартманн, - маэстро склонил голову перед Габи и когда она подала руку, наклонился и поцеловал её. Чем совершенно смутил мою малышку.

- Габриэль Хеттвер, - смущённо сказала Габи и тут же поправилась : - Ой, Любимофф! Извините, я ещё не привыкла.

Архиепископ и капельмейстер заулыбалась, а маэстро, повернулся ко мне и протянул руку:

- А вы, я полагаю, тот счастливец, чью фамилию теперь носит фрау Габриэль?

- Это вы очень точно заметили, - улыбнулся я , пожимая ему руку. - Именно, счастливец! Александр Любимофф.

Атмосфера в кабинете архиепископа сразу стала почти дружеской и мне это очень понравилось - значит проще будет осуществить то, что я задумал.

- Я читал отчёт из церкви Святой Барбары в Ризе о вашем,... - капельмейстер замешкался, подбирая слова. - Не знаю, как это точно назвать? Представлении? Концерте? Или, всё -таки, мессе?

- Вот как-то меньше всего думал об этом, - пожал я плечами. - Представление, мне кажется не совсем подходящее слово для церкви. Наверное, всё -таки, это был концерт. Концерт духовной музыки.

- Но не совсем в традиционной манере? - уточнил Хартманн.

- Да, хотя за основу мы взяли григорианские хоралы, сделали аранжировку в современном стиле, который более понятен молодежи, - стал объяснять я. - Потому что основная цель этого концерта и была привлечь именно молодежь.

- Но, как мне говорили, и прихожане в возрасте были в восторге? - вставил слово архиепископ. - Интересно, что их привлекло в вашей музыке?

- Ваше Преосвященство, разве музыку можно пересказать словами? - чуть улыбнулся я. - Музыку нужно слушать. Вам нужно услышать хотя бы одну песню, тогда вам станет гораздо понятнее.

- Да-да, конечно! - закивал Хёффнер. - Когда вы сможете что-то представить нам?

- Когда угодно. Группа у меня уже есть. Мы как раз заканчиваем запись первой пластинки и музыкантов искать не нужно. Но у меня есть предложение использовать не только ваш хор, но и симфонический оркестр, если это возможно. Кёльнский собор гораздо больше, чем церковь в Ризе и здесь можно использовать больше музыкантов. От этого звучание будет ещё более впечатляющем. - я достал приготовленную партитуру и протянул капельмейстеру. - Посмотрите, маэстро, я набросал примерную аранжировку для симфонического оркестра, как сумел. Но уверен, что вы сделаете это гораздо лучше меня. Это просто, чтобы вы имели представление...