Страница 29 из 115
ЧЕРНЫЙ, КАК ЯМА ОТ ПОЛЮСА ДО ПОЛЮСА
Я верю, что они засеяли жизнью тысячи миров
в галактике и управляли эволюцией этой жизни.
Я считаю, что у них есть план и это подчинение
рас, что они создали.
- Доктор Роберт Гейтс
1
СТАНЦИЯ ПОЛАР КЛАЙМ
13 МАРТА
В СВОЮ ПЕРВУЮ ЗИМОВКУ, Койл был свидетелем того, как механик тяжелого оборудования Крид медленно сходил с ума, потому что утверждал, что у него в комнате обитает приведение. Призрак был женщиной, и Крид сказал, что она провалилась под морской лед и утонула. Он знал это, потому что каждую ночь его кровать была мокрой из-за лежавшей в ней женщины-призрака. По ночам она забиралась на Крида и пыталась высосать у него дыхание, как кошка, слизывающая молоко изо рта ребенка. Крид отказался спать в этой кровати после того, как это продолжалось пару недель. А когда начальник станции отказался предоставить ему другую комнату, Крид воткнул в него вилку.
Крид, конечно, был сумасшедшим.
Все это знали.
В какой-то момент у него развилось нечто вроде нестабильной и отвратительной зависимости от резиновой женщины по имени Мэдди. Что они делали за закрытыми дверями, никто не хотел знать, потому что то, что они делали на людях, уже было достаточно плохо.
Крид приводил Мэдди в столовую на ужин и усаживал ее за свой стол. Во время еды они ссорились, и Крид злился и ревновал, обвиняя свою куклу во флирте с другими мужчинами. В финальной драматической кульминации их отношений Крид ударил ее ножом для стейка, а затем сдался представителю NSF, заявив, что он убийца.
Поэтому, когда он воткнул вилку в начальника станции, не было никаких сомнений в том, что Крид сумасшедший. Убийство резиновой женщины было достаточно плохо, но нанести удар менеджеру – это уже нечто другое.
Но иногда в долгие зимы дела становились немного странными.
Разумы, которые изначально не были точно сбалансированы, сильно отклонялись вправо или влево, а иногда просто падали с полки и разбивались на миллион осколков. Возможно, это было одиночество и изоляция, а также осознание того, что ты на несколько месяцев заперт в этой холодной белой клетке и у тебя нет ключа. Потому что, как только в марте самолеты переставали летать, вам больше некуда было деваться.
Антарктида имела долгую историю безумия.
И это восходило к временам первых исследователей, когда люди просто сходили с ума и бродили по льду и терялись, и продолжалось непрерывной линией до времен Берда и Маленькой Америки[39], когда чрезмерное увлечение медицинским алкоголем превращало пьянки в бойни. И, возможно, все это можно было отнести на счет невзгод первых дней освоения континента, поскольку смерть всегда стучалась в дверь. Может быть, это и стресс от жизни с этим изо дня в день. Может быть, вскипающая долго сдерживаемая враждебность или просто маниакальное уныние. Много всякого, по правде.
За исключением того факта, что это продолжалось и по сей день, не ослабевая.
Люди часто теряли разум на льду, и этого никак было не избежать. NSF пыталось замести мусор под ковер, но им не удавалось скрыть все полностью. Какие бы психологические отклонения люди ни принесли с собой, казалось, они усилились до тревожной степени. И, возможно, это произошло потому, что сам Лед был похож на огромное зеркало, отражающее очень темную правду о том, кем и чем ты был на самом деле.
Ты должен был посмотреть себе в глаза.
Больше никакой ерунды.
Никакой дурацкой цивилизации с ее программами двенадцати шагов, инфантильными группами поддержки или культом самоотречения придурковатого доктора Фила типа: "Я в порядке, ты в порядке, прочитай мою книгу и выпиши мне чек, солнышко, с тобой все будет в порядке". Внизу, на льду, ваши сильные и слабые стороны проявлялись в полной мере. Особенно зимой, когда людям больше нечего было делать, кроме как внимательно присматриваться друг к другу. Они видели, чем вы были, и, что еще хуже, вы тоже видели.
Шоры были сняты.
И иногда, когда это случалось, люди просто сходили с ума, когда хорошо присматривались к ползающим тварям внутри себя, в то время как другие просто принимали то, кем они были, и чувствовали себя наконец освобожденными. И рабочие, и учёные. Вот почему были врачи, которые подсаживались на свои собственные обезболивающие и релаксанты или начинали торговать ими. Вот почему женщины либо бесплатно раздвигают ноги, либо зарабатывают на этом. Вот почему у вас есть рабочие, у которых развилась сложная, саморазрушительная зависимость от резиновых кукол, или администраторы, которые страдают от мании преследования и думают, что их комнаты прослушиваются, а рабочие объединились против них. Вот почему существовали учёные, которые необъяснимо пугались темноты или самой Антарктиды, убежденные, что существуют бестелесные разумные существа, пытающиеся украсть их разум.
Зима на станциях была средством принуждения, одержимости и старого доброго умственного вырождения. Когда вы паковали людей в коробку на пять месяцев в полной темноте самой беспощадной окружающей среды в мире, вы напрашивались на неприятности.
Койл видел это раньше и знал, что скоро увидит снова.
Слишком много странных вещей сразу. От исчезновений на Маунт-Хобб до крушения вертолета, мегалитов в долине Бейкон и других на Каллисто. После вечеринки Каллисто и того, что команды увидела на эфире НАСА, уровень тревоги зашкаливал, и не собирался снижаться.
И это было очень плохо, потому что Койл надеялся, что эта зима пройдет гладко. О, у него были сильные предчувствия обратного, но он все еще надеялся. Конечно, Маунт-Хобб и крушение вертолета, и дикие рассказы Слима о чем-то под брезентом и эти проклятые мегалиты в Бейкон-Вэлли... все это было достаточно плохо. Но когда лед Каллисто извергнул эти инопланетные структуры, пути назад уже не было. Этот маленький эпизод стал катализатором, который запустил все.
На следующее утро люди говорили только об этом.
К полудню они отказались даже упоминать об этом.
Возможно, им нужно было сделать вид, что ничего не произошло или это не имело для них абсолютно никакого значения. Что возможно между структурами на спутнике Юпитера и структурами в Бейкон-Вэлли не может быть никакой связи. Но связь существовала, и нужно было быть в значительной степени слепым или безмозглым, чтобы не увидеть или не почувствовать ее и не знать, что это было откровение, непохожее ни на одно из известных человечеству до сих пор. Связь была настолько тугая и прочная, что о нее можно было споткнуться и сломать ногу.
Она была такой реальной и такой физической.
Но тем вечером почти все на Клайм делали вид, что этой связи нет, осторожно переступая через нее.
Слим не помогал ничем, рассказывая всем, кто слушал, о том, что было под брезентом. Хорн мудро молчал об этом, но не Слим. Он болтал с Локком, а Локк, конечно же, сплел все это в тончайшей конспиративной манере и созвал экстренное собрание своей маленькой группы по изучению НЛО, которую он назвал ПУФОН[40], Сеть полярных НЛО. Что-то, что Фрай называл "Какашки"[41]. Казалось, у всех были противоречивые мысли по поводу передачи с Каллисто, что на самом деле неудивительно. Самая забавная была у Харви Смита, техника по коммуникациям. Харв думал, что это все чушь. Просто киношные спецэффекты, которые сделали масоны, чтобы всех напугать.