Завлаб

И тут же последовал несколько неожиданный вопрос со стороны любезного гостя:

- А где ваше оружие, сеньоры?

Инициативу взял на себя Корольков.

- Серега, не торопись, Сначала я, потом покажи им свой тоже....

И с той интонацией последовало:

- ...у нас оно есть, сеньоры.

Отдать должное Федорову: он подыграл умело. Перевод был почти точным:

- У нас есть оружие, сеньоры, даже не одно. Это пистолет. Мы его сами сделали. Также имеется... - тут говоривший сделал крохотную паузу, - ружье. Вова?

Оружие было предъявлено. Почему-то о травматике никто из попаданцев не упомянул.

Зрелище было понято превратно:

- У вас только ружье и пистолет? Но этого мало, чтобы отбиться от... - тут старший парагваец чуть замялся, но выкрутился, - ...злоумышляющих людей.

Отвечал Корольков:

- Это хорошее оружие, и его хватит, чтобы отбиться даже от десятка людей.

Намек был, похоже, понят.

Дипломатические переговоры шли неспешно. Русские извинились: дескать, у самих еды мало, предложить гостям много не можем. Чай нашелся. Но старший гость высыпал в чашку с кипятком какие-то сухие листики.

- Мате^{6? - догадался эрудированный Федоров.}

- Йерба мате, - кивком подтвердил Педро.

За напитком шел обмен вопросами.

Суньига-младший только слушал. Но старший не стеснялся. Его интересовали возможности пришельцев. Узнав, что оба они умельцы, могущие создавать механизмы (именно так было переведено слово "инженеры"), Педро поинтересовался, могут ли они делать суда. Новые знакомые отвечали утвердительно, но оговорили свои возможности наличием необходимых материалов и недостаточным знанием местных реалий:

- Ваши потребности, а также наличие здесь нужных материалов мы представляем плохо.

- Вам непременно надо познакомиться с доном Карлосом, - с полной уверенностью заявил Суньига-старший.

- Кто такой дон Карлос?

Федоров перевел, заодно еще раз извинившись за скудность знаний товарища.

Сам по себе вопрос, конечно, был показателем невежества. Любой парагваец знал ответ. Завлаб прекрасно представлял, кто такой этот дон, но вмешиваться не стал.

Сеньор Суньига закатил глаза к небу.

- О, дон Карлос - очень большой человек, - и тут него явно кончился запас слов. Сын пришел на помощь:

- Дон Карлос Лопес в чине консула, - заявил малец таким тоном, как будто это все объясняло. - Он хочет строить суда, чтобы торговать.

Оба пришельца кивнули с понимающим видом. Вторая часть реплики и вправду была информативной.

Тут у старшего Суньиги прорезался огромный энтузиазм:

- Сеньоры, если у вас не хватает еды, то я готов продать вам продукты по самой прекрасной цене.

- А что именно, сеньор?

- Все, что угодно! Мясо, батат, кукуруза, рис, агуардиенте^{7 , соль, пряности...}

Русские переглянулись. Обоим было ясно, что вряд ли что из списка (кроме разве что мяса и, возможно, мясных изделий) сеньор Суньига производит сам. Перепродажа, без сомнений. Но до поры такое положение дел их устраивало.

Слово взял практичный сеньор Вова (с переводом, конечно):

- Как вы сами понимаете, сеньор Суньига, наши деньги тут хождения не имеют. Но мы можем предложить кое-какие вещи, - и этот не говорящий по-испански, но, без сомнения, весьма знающий сеньор достал нож, - вот. Нравится?

Первое, что отметил потенциальный покупатель - необычайная острота лезвия. Но это было не все. Клинок имел странный темноватый окрас.

- Железо особенное, - продолжал производитель, - оно очень твердое, а потому его реже надо точить, а сверх того, оно не ржавеет. Форма тоже...

- Я знаю! - вдруг влез осмелевший мальчишка. - Я такие на картинках видел. Турецкий.

На этот раз удивились все, в том числе сеньор Вова, который не преминул очень вежливо спросить:

- Почему ты решил, что нож турецкий?

- Очень похожие у турок были. Только большие. Длиннее руки.

Только тут загадочные пришельцы догадались. Юный знаток имел в виду ятаганы, у которых некоторое сходство с финским ножом наблюдалось (по форме, конечно). А видел он их, понятно, на картинке.

Однако практичность сеньора Серхио проявилась в полной мере. Он взял беседу в свои руки.

- Так вы считаете, что этот нож можно продать за хорошую цену?

Владелец говяжьего хозяйства с очевидностью испугался потери прибыли и мгновенно нашел аргументы:

- Сеньоры, я совершенно уверен, что нож можно продать за хорошую цену. И больше того: я сам предложу вам хорошую цену. Мешок риса, пять арроб^{8. Прекрасный белый рис, сеньоры.}

- Мы думаем, сеньор Суньига, что нам надо самим наведаться на ваш рынок. Сейчас мы и сами не знаем, что из продуктов нам может понадобиться. Впрочем, мясо мы охотно купим у вас. Сегодня среда? Ах, пятница? У вас в какой день недели самая обширная торговля? В субботу, говорите? Но, повторяю, мы хотели бы прямо сейчас купить у вас говядину. Как разыскать вашу асьенду?

Последнее слово являло собой тонкую лесть. Завлаб отлично знал, что для здешних краев это слово правильно было бы перевести как "поместье" или "большой дом", между тем, как Суньига-старший с очевидностью не был настолько богат, чтобы являться владельцем того или другого.

Стоит заметить, что юный Раймондо проявил недюжинную скромность. Он не стал уточнять, что их дом никоим образом не тянет на звонкое наименование "асьенда". Также он воздержался от упоминания других объектов продажи. Но его отец немедленно подкрепил аргументацию в части торговли:

- Сеньоры, вам нет никакой нужды являться лично, берусь доставить сюда мясо, также охотно продам вам колбасы, иные копчености, еще сыр... надеюсь, у вас есть место, где все это хранить?

Продавец имел в виду погреб с ледником. Пришельцы чуть ли не хором уверили, что да, у них такое имеется. Они не стали уточнять, где именно собираются хранить скоропортящиеся продукты.

- Как далеко отсюда ваша асьенда? Надеюсь, не настолько, чтобы мясо в пути начало портиться?

Последняя фраза была произнесена с улыбкой. Мол, шутка.

Часов у местных, понятно, не было. Поэтому ответ был не особо точным, хотя и оптимистическим:

- Совсем недалеко, сеньоры! И не сомневайтесь: продукты будут свежайшие! Мы будем тут задолго до полудня.

- Будем ждать вас, сеньор Суньига.

Прощание выглядело очень дружественным с обоих сторон. Но когда гости удалились на приличное расстояние, показная радость несколько поугасла - и тоже с обеих сторон.

 

Старший водитель кобылы напустил на себя строгость:

- Том, что мы сегодня видели, да о чем говорили - молчать. Никому ни слова.

Мальчишка этот тон знал хорошо, но все же решился уточнить приказ:

- И маме тоже?

- И маме, и сестрам, и тетушке Росите. Никому ни слова.

Надо заметить, тут в семье Суньига произошло некоторое разночтение в оценке ситуации.

Раймондо решил, что отец, по торговой привычке, решил сначала полностью оценить возможные риски и прибыли. Педро же (про себя, конечно), был впечатлен оружием, которое пришельцы сделали сами. Разумеется, удивляться такому не стоило: судя по всему, эти двое понимали толк в механизмах. А если судить по ножу - и в железе тоже. Вполне возможно, такими личностями могут заинтересоваться на самом верху. По слухам, дон Карлос благоволит развитию наук и ремесел. Вывод: знакомство с этими сеньорами может стать само по себе прибыльным, а уж сведения от них - про то и говорить нечего. Но прежде всего эти самые сведения надо получить и при этом (по возможности) не допустить до них других.

А еще достопочтеннный скотовод хорошо запомнил, с каким уважением эти двое относятся к образованности. По всему видать, знания Раймондо похвалили не из простой вежливости. Очень может быть, к этому делу стоит привлечь сеньора де Гарреа: тот уж точно был высокообразованным, поскольку учительствовал в школе. Да, именно так; а вот алькальду Хименесу знать об этих двоих точно преждевременно. Очень уж он жаден, к тому же имеет под рукой вооруженных подчиненных. Не ровен час, захочет наложить лапы на имущество этих двоих - а там, по всему видать, ценного немало. Но в первую очередь надлежит смотреть и слушать. Значит, завтра с утра - продажа продуктов. С доставкой, само собой.