Завлаб

Господин Лопес прежде всего внимательно оглядел лодку, накрепко причаленную к двум тумбам. Отец Эрнесто церемонно представил иностранцев, после чего произнес краткую речь об обстоятельствах появления их на благословенной земле Парагвая. Закончил он так:

- ...и коль скоро эти люди по воле господа нашего, - последовало крестное знамение, - очутились здесь, то они вполне могут применить свои глубокие знания, а также оборудование на благо нашей страны. Кое-что уже сделано, а именно: вот эта лодка. Приводится она в движение мотором, каковой они сделали сами.

- У вас есть что добавить, господа?

- Да, ваше превосходительство. Мы хотели бы продемонстрировать возможности этой лодки. Если у вас найдется знающий (предпочтительно моряк) и достойный вашего доверия подчиненный, то мы могли бы совершить с ним небольшую прогулку по реке. Полчаса, не более. Разумеется, мы ответим на все его вопросы.

Диктатор вполголоса отдал распоряжение. Через считанные минуты появился некто лет двадцати пяти в офицерском мундире (по крайней мере, русские сочли одеяние именно мундиром). Его представили:

- Лейтенант Фонсека. Он будет представителем Парагвая.

Титул был грозен и велик скорее на словах, чем на деле. Все присутствующие понимали, что роль лейтенанта будет сводиться к классической задаче разведчика: 'прийти, увидеть, запомнить, вернуться, доложить'.

Про себя Корольков отметил, что у лейтенанта есть некоторый водный опыт: пусть не морской, но уж точно речной, поскольку этот офицер доволно уверенно шагнул с причала в лодку, причем ступил точно в центр.

Двигатель был еще теплым, поэтому завелся мгновенно. Федоров уловил мгновенный взгляд дона Карлоса, направленный на бурун за кормой. Про себя он сделал вывод, что глава государства явно не видывал судов с винтом.

Мотор застучал громче и наращивал обороты:

- Таб-бак, таб-бак... таббак, таббак... таббак-таббак-таббак...

Лодка отчалила и начала быстро набирать скорость. Королько подумал, что у лейтенанта либо в достаче здравого смысла, либо есть опыт разведчика. Вопросы он начал задавать почти сразу.

- С вашего позволения, я буду записывать. Как вы оцениваете скорость? Вот этим прибором? Узел, насколько я знаю, английская мера. Почему используете именно ее? А это что за прибор? Зачем вам нужно знать... как вы это назвали?.. количество оборотов в минуту? Почему давление масла так важно? А его как часто это масло надо заливать? Сколько может пройти ваша лодка без дозаправки вашим горючим? А откуда вы его берете? Сами делаете? А из чего? А...

Лейтенант записывал все и после возвращения кратко и (по мнению попаданцев) толково доложил начальству. Карлос Лопес кивнул и коротко приказал все записать.

Диктатор начал переговоры уже от себя:

- Господа, считайте, что удовлетворен показом. Ваша лодка, насколько мне представляется, по своим скоростным качествам превышает корабли флота любого государства Южной Америки. И я хотел бы знать: как вы представляете ваше сотрудничество с Республикой Парагвай?

Разумеется. ответ на это ожидаемый вопрос был давны-давно подготовлен.

- Ваше превосходительство, заранее просим прощения, если мы снова изложим факты, уже вам известные. Итак: та лаборатория, вместе с которой мы переместились в республику, изначально предназначена для измерений, а не для производства. Кое-что мы можем, не стану отрицать. Однако объемы производства нашими силами будут совершенно недостаточны в государственном масштабе. Пример: мы можем сделать с десяток-другой винтовок, и они будут иметь превосходные характеристики, но потребности парагвайской армии могут составить, по самой меньшей мере, с десяток тысяч единиц. И это я не считаю боеприпасов к ним. Почти то же относится и к менее массовой продукции. Мы могли бы изготовить пару-тройку пушек, но их может потребоваться намного больше. Допустим, Парагваю нужен флот...

Тут диктатор не сдержался и энергично кивнул. Увидя это, изобразили согласие и прочие присутствующие парагвайцы.

- ...но для этого понадобятся усилия не троих, даже не десятка - сотен рабочих и специалистов, пусть даже они не кораблестроители. Нужные расчеты мы произвести в состоянии; даже больше скажу: мы можем представить проект корабля. Но вот воплотить его в металле и дереве - нет. И еще одно препятствие: если Парагвай захочет создать свой флот, то понадобятся моряки. А их у вас нет или очень мало. Среди нас таковых точно нет.. Мы не знаем, где их брать... пока что.

- Над этим вопросом стоит подумать, - медленно произнес диктатор. - Но, господа, нет ли у вас плана или предложений: что вы могли бы сделать для республики. Мы, в свою очередь, могли бы достойно оплатить ваши услуги.

- Кое-какие наметки у нас имеются, ваше превосходительство, - тут завлаб сделал эффектную, истинно лекторскую паузу. - Насколько нам известно, Парагвай - страна не из богатых. Мы могли бы несколько улучшить ее экономическое благосостояние. Получив известное количество рабочей силы, мы могли бы изготовить ткацкие станки и, соответственно, производить ткани. И не только для внутреннего употребления, но и на экспорт. Второе, чем мы могли бы заняться: переработка нефти, которую здесь именуют земляным маслом. В самом Парагвае этого полезного ископаемого нет, но можно экспортировать его. Нефть может быть сырьем для получения пороха для винтовок, взрывчатки намного мощнее обычного пороха, также ее можно переработать в очень ценные лекарства, красители. Правда, я бы не посоветовал продавать продукты военного назначения в другие страны. В качестве сырья можно использовать также каменный уголь, но мы не знаем, насколько он доступен. Лекарства могли бы стать предметом выгодной торговли. Вот например: мы могли бы создать лекарство против туберкулеза, то есть чахотки. Это когда человек кашляет кровью. Туберкулез не щадит ни бедняков, ни богачей, ваше превосходительство. Правда, тут уже затраты будут не столь малы.

- Почему вы так считаете?

- Нам ведь никто не поверит, что такое лекарство возможно вообще и, в частности, что оно могло быть разработано в Парагвае. Противодействие со стороны европейской медицины будет бешеным. Вот почему сверх прямых затрат на разработку, будут расходы на клинические исследования. Их положительные результаты послужат доказательством того, что наши лекарства действенны То есть надлежит найти больных туберкулезом, которые согласятся опробовать новое лекарство на себе. А когда выяснится, что таковое существует и, мало того, оно работает, то сразу же появится множество желающих заполучить наши секреты. Это значит, что в смету придется включить расходы на охрану. Или же вообще не объявлять о новом лекарстве с помпой. Такое же положение будет, когда мы начнем выпускать лекарства от сифилиса и гонореи. Правда, они куда более сложны в производстве. На его налаживание может уйти в самом лучшем случае года два, а то как бы не все пять. И, наконец, чисто военное производство и связанная с ним перестройка армии. Вот тут наиболее знающим из нас является дон Вова. Он бывший офицер.

- Почему вы считаете, что армия республики вообще нуждается в изменениях?

Завлаб многозначительно глянул на зама. Тот заговорил нарочито медленно, стараясь использовать самые простые слова и фразы.

- Вы, дон Карлос, получили нашу винтовку. Если вооружить вашу армию этими винтовками, то и солдаты, и офицеры должны пройти соответствующее обучение. Ваши соседи имеют более многочисленные армии. Хорошо обученная и хорошо вооруженная парагвайская армия сможет победить таких противников. Вооружение требует и времени, и затрат. Для массового оружия должна иметься промышленность. Нас трое. Мы ее не можем создать. Но мы можем помочь ее создать. То же относится и к обучению. Мы не можем обучить всю армию, но мы можем обучить небольшое количество человек; они, в свою очередь, смогут обучить, скажем, вдесятеро больше и так далее.