Страница 5 из 15
– Эттариэль останется с нами, – заявил Киаран, будто прочтя его мысли. – В противном случае, я отправлюсь вместе с ней.
– Сказал, как в лужу пернул, – пробурчал Бертхен. – Конечно, она останется. Девчонка сначала спасла тебе жизнь, потом закрыла собой командира. Делилась с нами едой, отдала свои деньги, лечила всех, кого могла. Это, знаешь, не кот чихнул. Пусть присоединяется к нашей бригаде Scoia'tael. Хотя, какой из нее скоя'таэль? "Нельзя стрелять. Нельзя убить. Меч плохо. Лук плохо". "Seidhe красивый". Тьфу! А я что, некрасивый? Я, может, тоже хоть куда!
И снова Тилль прав. Нельзя растрачивать последние крупицы порядочности. Иначе, чем тогда он сам отличается от bloede gh'oine?
Иорвет вернулся к девушке, присел на корточки рядом с ней. Задумался. У уха противно жужжал комар, но эльф его не отгонял.
Рита открыла глаза.
– Почему такой пасмурный?
Иорвет рассмеялся. Впервые за долгое время.
– Не пасмурный, а хмурый. Пасмурным может быть день или погода...
– Запор у него, вот он и ходит всю дорогу с кислой мордой, – брякнул Тилль Бертхен, притопавший сюда же с остальными.
Девушка разволновалась, привстала на локте.
– Конечно быть запор, если есть такое, какое едите вы. Нужен молочный продукт: сметана, варенец, простокваша.
– Да нет у меня никакого запора, – рявкнул Иорвет. – Тилль, caemm a hoel! Сможешь добраться вместе с нами до Доль Блатанна лесами через горы верхнего Аэдирна? – обратился он к девушке. – Осилишь? Не переместишься, как в прошлый раз?
Эттариэль вздохнула.
– Не знать. В прошлый раз я перемещаться, когда ударяться ногой.
– А если я буду держать тебя за руку? – спросил Киаран аэп Эасниллен. – Буду держать все время, даже ночью.
– Звездец! Приплыли... – проворчал краснолюд. – За хер меня можешь подержать! Разрешаю!
Тилль Бертхен развернулся и, не дожидаясь ответа, убрел в другой конец лагеря.
– Не обращай на него внимания, – мягко проговорил эльф. – Так что?
– Я стараться... Аваллак'х говорить, что сеихде добрый, просто обозленный. Аваллак'х сказать правду.
Девушка потянулась было рукой к щеке скоя'таэля, но вскрикнула от боли в раненном предплечье, лишилась сознания и... исчезла.
– Вот дерьмо! – заорал ведьмак. – Опять.
– Рита, – позвал ошарашенный Киаран. – Эттариэль!
Иорвет немедленно бросил половину бригады на поиски. "Белки" прочесали весь лес, заглянули под каждый куст, проверили каждый уголок – тщетно.
Ведьмак Лето срочно засобирался в город, Киаран хотел пойти с ним, но Лето решительно отверг его предложение.
– Зачем? Я и без тебя для всех выродок, мутант и пария. А с тобой за компанию буду еще и "скотоель". Так мы даже собственную задницу впотьмах не отыщем.
– Сумку девчонки только трогать не вздумайте, – бросил ведьмак на прощанье. – А то по незнанию напаскудите чего-нибудь и взлетите к праотцам.
–
Три дня Киаран аэп Эасниллен метался, словно загнанный зверь. Иорвету приходилось видеть, как эльф ночами вместо сна мерит поляну шагами. Да и ему самому воображение подкидывало одну картину мерзостней другой. То Рита в лесной чащобе бредет без еды и воды. То она в каком-то вонючем переулке, полном крыс и bloede dh'oine натыкается на головорезов Лоредо. Порой он видел, как два немытых безграмотных ублюдка держат руки Эттариэль, а над ее обнаженным телом мерно поднимается и опускается туша какого-то вонючего солдафона. A d’yeabl aep arse!
Иорвет не выдержал. Скликал Киарана и Тилля Бертхена, стянул с головы приметный красный шелковый платок, прикрыл шрам волосами, и они под покровом ночи двинулись во Флотзам.
Эльфы и краснолюд обошли в городе всех, кто, несмотря на закон, на свой страх и риск по-прежнему сотрудничал с "белками". Тилль через двоих приятелей пытался узнать что-нибудь о странной женщине, появившейся вдруг из ниоткуда. Но никто ни о чем подобном не слышал.
Посетили бордель, где мадам Гарвена рассказала, что видела здоровенного ведьмака, который вначале зашел к ним, потом в корчму, облазил весь порт и берег реки, в конце концов, сел на коня и ускакал по тракту в сторону Вызимы.
– Лето, – беспомощно констатировал Киаран. – Ходим друг за другом.
Пришлось вернуться в лагерь с пустыми руками. Тащиться за ведьмаком в столицу не было никакого смысла. Не говоря уже о том, что подобная эскапада могла закончиться для группы скоя'таэлей весьма плачевно. До Вызимы лесов не так уж много, и часть пути придется прокладывать напрямик по тракту, а это – прямая дорога в лапы к "Синим полоскам" Вернона Роше.
Как и частенько в последнее время, Иорвета охватила тупая горечь бессилия – быть парией, выродком, изгоем на своей же земле! Командир скоя'таэлей ни за что даже под самой страшной из пыток не признался бы в том ни врагу, ни боевым товарищам, но он устал. Он очень устал. Устал устраивать засады, устал скрываться в лесах и на болотах, устал считать крошки хлеба, чтобы его отряд дотянул до осени. Устал хоронить друзей.
А то, что девушку убили, у него не вызывало сомнений. Бог знает, откуда взялась эта уверенность, возможно, от того что Рита была самым добрым, самым честным, самым чутким и самым отзывчивым из всех людей, каких он когда-либо знал. А что-то столь светлое и чистое просто не может существовать в этом прогнившем убогом мире.
И если предводитель "белок" злился и негодовал, то на Киарана страшно было смотреть. Черные круги под глазами на побледневшем до синевы лице скоя'таэля говорили о бессонных ночах от заката до зари. Он даже не пытался прятать свои чувства за присущим Aen Seidhe хладнокровием. И Иорвет не на шутку испугался, что эльф сорвется, наделает глупостей, побежит сам искать девчонку, не скрываясь. А во Флотзаме Киарана аэп Эасниленна, лихого резаку, жестокого война, правую руку командира скоя'таэлей, в лицо не знали только выжившие из ума старики и совсем уж маленькие дети.
Как-то утром они услышали условный свист дозорных. Насторожились, похватали луки, и Иорвет просвистел в ответ. Спустя минуту в расщелину под лагерем вышли...
Предводитель "белок" было решил, что от бесконечной дерготни Киарана и собственных переживаний у него начались галлюцинации. Двое караульных вели под прицелом ведьмака Лето, живую и здоровую Эттариэль, а с ними – отряд "Синих полосок".
– Не стреляйте! – тут же завопил Лето. – Король Фольтест приказал "Синим полоскам" довести нас по реке через Аэдирн в Долину Цветов. Они вас не тронут. Под страхом шибеницы.
Эльф безотрывно смотрел на мужчину в стеганом дублете поверх кольчуги, не менее узнаваемом, чем его собственный шелковый платок, и черном шапероне, вместо шлема, на голове.
– Вернон Роше! Командир особого отряда, любимец темерского монарха. Лично отвечал за усмирение предгорий Махакама. Охотник на Aen Seidhe. Убийца женщин и детей.
– Иорвет – обыкновенный выродок, – не остался в долгу Роше.
– Сколько лет, – мрачно заявил скоя'таэль, – я строил планы, готовил ловушки. Каюсь, даже рисовал в воображении способ расправиться с тобой. А тут ты сам приперся в мой лес... Как думаешь, сколь велики твои шансы его покинуть?
Эттариэль вышла вперед.
– В мой сумка лежать почти половина пуда взрывчатки, – заявила женщина. А Иорвет вспомнил, что сумка висит на дереве за его спиной. – Я иметь детонатор. Заряда хватить, чтоб снести лес, вместе с вонючий Флотзам и мудак Лоредо. Хоть один лук из сайдака, хоть один меч из ножен, и я взрываю! Либо отсюда уйти все живой. Либо не уйти никто.
Эльфы нерешительно затоптались на месте. А Иорвет с удовольствием отметил, что отряд "Синих полосок" поголовно побледнел как полотно. Не исключая Вернона Роше.