Роза Иллиана

— Гравитационный нож, — заметил мужчина, который рядом с ней разглядывал отверстие. — Полностью заржавел, в противном случае мог бы обрубить вам руку. — Покачав головой, он посмотрел на куски ржавчины, которые теперь лежали на сырой земле. — А я-то думал, что гномья сталь вечна.

Бликс чуть было не спросил, откуда взялся этот человек, но потом с трудом вспомнил, что невидимка всё это время сопровождал их.

— Даже вечность когда-нибудь проходит, — заметила Энка. — Будем надеяться, что цепь сохранилась лучше!

Она и в правду сохранилась. Изготовленная из синей, тёмной стали, на ней была только мокрая слизь, под слизью она выглядела как новая. Но Лиандре удалось вытянуть лишь замыкающее кольцо из головы волка, дальше цепь застопорилась.

— Янош, Бликс, — выдохнула она и отступила назад. — Попытайтесь вы.

— Там что-то застряло, — тяжело дыша, выдохнул Янош, когда они тщетно попытались справиться с цепью. Они тянули с такой силой, что на его шее выступили вены, толщиной с большой палец. — Боги, как жаль, что у меня больше нет топора Рагнара! — Прежде чем Бликс успел спросить, что он имеет в виду, капитан кивнул ему. — Ещё раз! Вместе! — Бликс поспешно ухватился покрепче за кольцо и потянул, используя весь свой вес. Янош сделал то же самое, за камнем что-то хрустнуло, и они оба с размаху упали на землю, когда цепь внезапно освободилась.

За камнем раздался такой громкий грохот, что лисица поспешно заткнула уши, затем дверь медленно начала подниматься, и Бликс застонал.

— Боги! — выругался он. — Это была только первая.

Зокора оглядела небольшую комнату перед ними, в которой находились ещё две двери.

— По крайней мере, одна уже открыта. Полагаю, эта комната была предназначена для того, чтобы задержать воду на случай, если магия не сработает, и внешняя дверь протечёт.

«Открыта — было не то слово», — изумлённо подумал Бликс, глядя на расплавленную дыру в двери справа. Камень там поплыл, как воск, и растёкся по полу. Отверстие в толстом камне было достаточно большим, чтобы через него мог протиснуться даже Янош.

— Что ж, — промолвила Лиандра, пропуская через отверстие свет так, что за ним стал виден длинный коридор, плавно уходящий вниз и теряющийся в темноте. — Теперь мы знаем, по какому пути пришла сюда Асела, — продолжила она.

— Это была она? — поражённо спросил Бликс. Камень был толщиной в полшага, и он даже не хотел представлять, какой силой нужно было обладать, чтобы проплавить такую дыру.

— А причину мы видим здесь, — заметила королева, слегка передвинув свой свет, чтобы он осветил конец сломанной цепи. — Займёмся следующей дверью, — сказала она, возвращая свой свет к себе.

С этой было справиться совсем легко. Цепь уже торчала из стены, Янош потянул за неё, и дверь поднялась с тем же громким грохотом в глубине камня, который они уже слышали.

— Ого, — поразился Янош. — Кем бы ни была эта Асела, не хотелось бы мне её рассердить.

Зокора ошиблась: гномы здесь всё-таки были. На земле валялась дюжина их скелетов, облачённых в ржавые пластиночные доспехи, некоторые даже сейчас держали в костлявых пальцах могучие топоры.

— А я думал, гномы маленького роста, — прокомментировал Бликс, осматривая одного из мёртвых гномов, который при жизни, вероятно, был всего на две ширины ладони меньше майора. Зато толщина костей была почти вдвое больше человеческой, и, судя по размерам старых доспехов, он был страшно силён.

Примечательно было то, что во лбу каждого черепа было выжжено отверстие, размером с серебреную крону. Как будто того, что убило этих несчастных, было недостаточно.

Почти ни одна кость не осталась целой, некоторые убитые были разрублены на две части, другие расплавились вместе с доспехами.

— Всё зависит от размера, — пояснила Зокора, взглянув на Лиандру. — В среднем, наши светлые сёстры выше, и это они так назвали Кузнецов Земли. Вы, люди, рассказываете друг другу наши легенды. Сомневаюсь, что кто-либо из вас встречал живого гнома.

— А что насчёт лежащих здесь? — спросил Бликс. — Асела ведь человек, верно?

— Возможно, — ухмыльнулась Лиандра. — Иногда в этом можно усомниться. Но эти гномы были мёртвыми хранителями, которые пожертвовали собой, чтобы навсегда защитить то, что было для них священно. Вон там, — указала она на то, что находилось посреди большой комнаты. При этом она выглядела почти зачарованной представшей перед ней картиной. — Вот за что они отдали свои жизни.

За убитыми гномами низкая комната расширялась, а стены украшали рельефы. В центре стояли четыре камня, вытесанные из одного блока: один — посередине, три других — вокруг него, но не на равном расстоянии, с одной стороны угол был немного смещен. В центре камень был выдолблен, и в углублении лежал чёрный камень, грубо и примитивно выточенный в форме волчьей головы. На вершинах остальных камней лежали золотистые полые шары. То, что они были полыми, он понял по двум открытым, которые были похожи на чаши; внутри них находились кристаллы.

Шары и чаши блестели, как будто их только что отполировали, а в своих костях Блик почувствовал гудение. Но больше смотреть было не на что.

— И это всё? — удивлённо спросил Янош.

— Всё? — переспросила Лиандра. — Я не могу оторвать взгляд! Одной только игры цвета достаточно, чтобы умереть.

— Она видит поток миров, мальчик, — добродушно сказала Энка. — Это лишь доказывает, насколько ты слеп. — И, повернувшись к королеве: — Вы ведь знаете, что сказали правду? Поток смертельно опасен для большинства!

— Нужно лишь избегать его прикосновения, — ответила королева, осторожно переступая через одного из мёртвых гномов. — Вы поможете мне? Мы должны открыть тот шар и по возможности одновременно закрыть чашу.

Старая Энка кивнула.

— Если спина позволит. — И, повернувшись к остальным: — Покиньте комнату, ещё не известно, куда направится новый поток. — Она указала на чашу слева. — Он будет выходить оттуда, но больше ничего нельзя сказать наверняка. Если вы прикоснетесь к нему, от вас останется только пепел, а может, даже его не останется.

Странно было созерцать, как королева и ведьма ползают и уворачиваются от чего-то, чего он сам не видел. Остальные отступили к двери и внимательно наблюдали за происходящим. По сосредоточенному выражению их лиц Бликсу стало ясно, что опасность действительно существует.

Лиандра выругалась и бросилась на землю, но этого было недостаточно: искры прожгли кожу на её лифе так, что он наполовину распахнулся, обнажив широкий след от ожога на спине, от которого королева застонала от боли.

— Что случилось? — испуганно спросил Янош, а королева, стиснув зубы, поползла дальше.

— Поток миров течёт неспокойно, он блуждает и выбрасывает щупальца, которые извиваются в комнате. Одно из этих щупалец задело её, — тихо пояснила Зокора. — Это последствия ухода под воду Огненных островов, поток миров лишился там узла и колеблется, как пляшущий канат.

Наконец обе сэры добрались до чаш и осторожно встали. Лиандра должна была открывать шар, а Энка — закрыть чашу.

— На счёт три, — сказала Лиандра, Энка кивнула, они сосчитали и закрыли или открыли чаши.

Что произошло дальше, даже Бликс потом не мог сказать наверняка. Лиандра издала некое подобие хрюканья, засветилась ослепительным светом и была отброшена назад с такой силой, что отскочила от стены и прокатилась по сырому, склизкому полу почти да одного из мёртвых воинов-гномов. Сандалии и лиф, а также верёвка, которую она всё ещё носила на талии, вспыхнули красноватым светом и превратились в пепел, так что королева осталась нагой и лежала перед ними словно мёртвая.