Ведьмак: Чернокнижник

— Интересно, что будет, если я тебя трахну? — задумчиво поинтересовался демон.

Вспыхнул магический огонь, и тотчас же погас. Это было похоже на то, как человек смертельно бледнеет. Огненное отродье из Преисподней с опаской прищурилось и вгляделось в пространство. Красные линии, вертикальные и изгибающиеся, проступали на мгновение. Он видел их ещё до нападения толпы мужиков. Толпа...

— Выродок! — возмутился демон. — Откуда у этих крестьян яйца нападать на меня без страха? Откуда у них магические косы?! И почему эта девица не дохнет?! Даже если боги обоссали её лицо святой мочой, это не даёт ей шанса что-либо противопоставить моей давке!

Демон почувствовал настоящий страх, когда понял, что происходит. Крестьянам промыли мозги, и они были лишь пушечным мясом, удерживавшим его на месте. Женщина тоже делала всё возможное, чтобы он оставался в том месте, где проступали красные линии. Они помогли полностью запечатать область вокруг него.

— Покажись! Я... Аракис, — назвавшись ложным именем для людей, демон призвал чародея к ответу. — Я накажу тебя! Никто не смеет меня кидать в темницу! — пригрозив, он отбросил девицу, отказываясь от мести за ранения. Нет уж, не стоит тратить ещё больше сил на сломленный кусок мяса, когда его загнали в темницу.

В этот момент рядом с ним, примерно в десяти метрах от былой стычки, тени закружились в легком танце. Они собирались в одной точке, оскверняя землю тьмой. Сконцентрировавшись, эта тьма начала подниматься, образуя высокую фигуру, гуманоидную.

— Темница? Всего лишь мышеловка для непослушных мышей, — в радостной манере прояснил Маркус, когда тьма растворилась, явив чародея в церемониальных одеяниях цвета рубинового заката. — Демоны хитры и их трудно захватить. Разумеется, если не увлечь их головы краткосрочным планированием. Битва со страшной бабой. Куклой на дистанционном управлении кукловода. Самый подходящий инструмент для этого.

— Ублюдок! — валяющаяся в грязи наемница первой озвучила мнение о госте. Деревня пылала, демон оказался заточен, свидетели погибли или были сожжены, а она... Одной ногой в могиле. Она чувствовала, как силы от неё утекали, и ей даже казалось, что они шли в сторону чародея.

— Впервые солидарен с этой сукой, — раздосадовано дополнил Аракис. — Но не мни себе, что меня сдержат твои оковы!

— С какого хера мне об этом мнить? — дерзко спросил Маркус, складывая пальцы рук домиком и подходя немного ближе. Демон подхватился и ринулся в атаку, но сильно ударился о сосредоточение алых струн, возникших перед его лицом. Он сильно ушибся и сделал несколько поспешных шагов назад. Чародей не поленился создать барьер, который проецировался при попытке бегства, а не растрачивал энергию на поддержание купола. Такой подход, а именно вечный купол, казался ему устаревшим.

— Выродок, чего ты добиваешься? — игнорируя вопрос, демон задал свой.

Маркус растянул рот в улыбке и приподнял руки, совершая пальцами ритуальный жест и провозглашая: — Сломать.

Часть пространства с демоном в центре мгновенно исказилась, пройдясь сотней трещин. Демон в данном случае выступал ничтожной бактерией, а область вокруг – стеклом. Маркус, одним словом, на Старшей Речи, раздробил это стекло. Десятки брешей в пространстве прорезали демона со всех сторон, но не разрезали его на кусочки. Сначала они слегка потрепали его, а теперь, словно пара тысяч иголок воткнулись в каждый демонический нерв. Боль была адской. Подобной даже великих грешников не наказывают в аду. Даже демоны могут быть милостивы, но лишь самую малость.

— Подчинись, — продолжил чародей, вытягивая левую руку, уже не принадлежащую ему в полной мере. Пробужденный ото сна Мор мгновенно скооперировался с искусственным интеллектом и помог создать ритуальный круг из чистой энергии хаоса. Сразу за этим из круга вылетели золотисто-рубиновые цепи, обмотавшие само нутро визжащего в агонии демона.

Крики твари влетали в одно ухо Маркуса, а из другого вылетали. Единственной жертвой истошных криков отродья оказалась наемница. Злата попрощалась с барабанными перепонками, разорванными чужой агонией.

Вошедший в барьер чародей направился к наемнице, игнорируя порабощенного демона и восстанавливающееся пространство, которое раннее было частично разорвано. Маркус направил все силы хаоса на восстановление ушных раковин наемницы.

Закончив, чернокнижник повторил свой старый вопрос:

— Храбрая смерть воина в пылающей битве или жалкая жизнь дождевого червя. М-м? — обращаясь к шокированной наемнице, Маркус порывом ветра заставил её тело оттолкнуться от земли. Не из благих побуждений, следующим своим действием он отправил разрезающую волну ветра, легко отсекающую голову от остального тела. И ловким, тщательно рассчитанным движением, чародей подхватил голову за затылок до её падения.

Правая рука колдуна покрылась чернотой, которая начала словно тысяча червей пожирать плоть. Прошло пару мгновений, как остался пустой череп. Ловко перекидывая его между ладонями и через пояс, маг направился к демону, потерявшему волю и рассудок.

— Не наебешь – не проживешь? — вопросил Мор, когда Маркус окончательно перекинул череп, в последний раз, и схватил его правой ладонью. Левой же, где был заключен демон, он начал вырезать магические руны на лобовой части черепа.

— Было бы обидно, если бы он сбежал или предвидел наши действия. А так, прошло как топорик по голове тупой курицы. Быстро и безболезненно, главное, эффективно, — заканчивая с вырезанием рун, чернокнижник проговорил на демоническом языке: — Конструкт Дуллахана.

Тело девушки окутало синее пламя, начавшее трансформировать отсеченную от головы плоть. Маркус бросил беглый взгляд на тело, прикидывая про себя, что создание подобной твари требует много условий. Как минимум, необходимо обезглавить опытного воина, прошедшего через проигрышное сражение и... осознавшего, что ему или ей не хватило немного сил для победы. Подобная эмоция служит катализатором для создания демоноподобной нечисти.

— Что там по времени? — уточнил Мор.

— Ворона ещё нет, но в этой деревне оставаться нельзя, ритуал пройдет сегодня, — пожал плечами Маркус, стирая череп чистым хаосом, сразу за тем, как нежить без головы полностью трансформировалась. Из-за спешки чародей не успел насладиться ужасающим обликом твари без головы, но успел услышать ржание коня.

В огненной деревне, добротный конь не успел сослужить хорошую службу всаднику. Помер. Но теперь его останки, превратившиеся в проклятье, скакали на всех порах к неживой всаднице. Маркуса это тронуло. Он даже убрал барьер и позволил им воссоединиться.

Собственно, чернокнижник был занят созданием дыры в пространстве, которая позволит провести Дуллахана и Аракиса через необычную разновидность пространственных чар. Обычно создаются порталы, но этот разлом был зеркально чистым и позволял провести что угодно, включая демонических тварей. Для этого он и был разработан.

— За мной, — приказал чародей, первый проходящий через разлом. За ним последовала новая свита, включающая безголовую нежить на коне и закованного в цепи демона. Они пришли на поляну, где в ряд были сложены сотни останков людей. Некромант позаботился обо всех кладбищах в округе, оскверняя любую попавшуюся под руку могилу. — Восстаньте!

Волна синей энергии вышла из чародея, мгновенно преобразуя остатки людей в среднюю нежить. Безголовую и с кучей уязвимых мест. Но это были лишь пушечные кости для размола. Самой ужасающей частью армии немертвых была огромная груда костей с несколькими ядрами, содержащими энергию хаоса. Ограниченных личей можно создавать многими способами, и каждый образец может иметь свои сильные и слабые стороны. Так, образец, созданный Маркусом, обладал посредственным интеллектом, но богатым арсеналом магических способностей, выгравированных на каждой из костей, которые сейчас соединялись в единое существо.