Ведьмак: Чернокнижник

— Бестии, вампиры, гибриды, дракониды, духи и призраки, стихийные порождения, инсектоиды, огры, проклятья, реликты, трупоеды, демоны, магические создания, рептилии... Выражайся конкретней. Я тебе не жрец, чтобы на размытость отвечать большей размытостью. Ещё скажи, что хочешь познать мир, — едва не добавляя «тупая девка», почти вежливо попросил чародей, поморщившись от очередного глотка.

— Все девы пропали, — напомнила Злата, сдерживая руку от того, чтобы схватиться за клинок и снести голову чародею. Маги безумно сильны против армий, но мало что способны противопоставить летящему им в голову мечу. Во всяком случае, если это не прожженные жизнью воины.

— Прям все девы? Мои девы ещё не пропали, так что не всё потеряно. Род людской будет жить, — ухмыльнувшись, чародей отложил кружку и поправил волосы цвета белоснежной платины. Хотя, он уже трижды пожалел, что не перекрасил их магией в чёрный. К нему относились так, словно ему было под пятьдесят. Хотя, внешне он выглядел на двадцать, биологически был под сорок, а душой ещё старше.

— Уважаемый кол... чародей, — вежливо обратился староста. — Если вам что-нибудь понадобится, это, буду сразу, а мне это вот... Идти пора. Хозяйство.

— Потеряйся, — Маркус помахал старосте словно слуге, и дождавшись пока тот уберется, вернул взгляд на прибывшую деву. — Вот же старый проходимец. Денег у него на двух ведьмаков хватает. Но решил прикарманить. И позвать женщину в латах и с Клеймом Силы на пол лица. Кстати, интересный магический конструкт, позволяющий даже бездарям черпать силу из хаоса...

— Ты знаешь, что это? — женщина быстро позабыла о былом отношении и едва не вцепилась в собеседника мертвой хваткой. Но сдержалась. Колдунов опасно трогать.

— Слышал звон, да не знаю где он. Ты его тоже услышишь. Звон похоронных колоколов, — смещая позу на более удобную, чародей закинул руку на спинку обшитого кожей дивана. — Проклятье уже высосало из тебя все жизненные соки. Более точно, ускорило деление клеток до предела, — Маркус хитро улыбнулся. — Когда осталось мало времени, что ты выберешь? Храбрая смерть воина в пылающей битве или жалкая жизнь дождевого червя. М-м?

— О, курва, смерть в бою, конечно, — изрыгнула стойкая до этого женщина. — Не думала, что встречу подобных тебе так поздно. Эти, из ваших, только руками умели разводить.

— Повезло тебе, — поведал Маркус, доливая вино и делая тост в честь гостьи. Хотя, он уже выпил даже за здоровье местных клопов и клещей. — Ты на шарлатанов и звездочетов нарывалась. Нормальные чародеи тебя бы давно уже препарировали, пытаясь разгадать загадку мистической руны на твоем лице. Это темная зараза, о которой знают от силы три моральных калеки и два старика со слабым сердцем. Им до неё нет дела. Другие будут считать, что нашли золото – руническую науку, позволяющую сделать всех людей сильнее... А ещё бесплодными и мало живущими... Но на это чародеям будет так же плевать, как мне на тебя.

— Ты ушел от темы... Что по поводу чудовища? — недовольно вернулась к прошлой теме наемница, хватаясь за рукоять меча.

— У меня чертовски хорошее настроение, — Маркус перевел взгляд на груду обнаженных тел, эротично сплетенных в объятиях, и слабо сопящих от бессилия. — Так что дам тебе три наставления. Слушай внимательно, повторы исключены. Ты умрешь в любом случае, если до этой ночи не свалишься на чей-то хер или из деревни не уберешься. Чудовище привязано к этому месту и самостоятельно не способно убраться, а рядом с жертвами находили пепел и прожиги древесины; так что пошевели куриными мозгами и подумай, кто у нас привязан к местам и охотится только на баб, но оставляет такие следы. И последнее: тебе не доплатили. За это чудище не каждый ведьмак возьмется. Что уж про... Таких, как ты.

— Я – Злата.

— Кто?! — наклоняя голову, резко спросил Маркус, впервые услышав это имя. — Ну, бог с тобой, Злата. Божественная сила тебе понадобится. Только бога ради, отоспись после дороги и в полночь умри как можно тише. Не пугай своими стонами мне... Затишье перед бурей.

— Ублюдок... — едва сдерживая гнев, Злата бегло направилась к двери, но добравшись, бросила беглый вопрос. — Все чародеи такие мудаки?

— Я особенный, — убирая ногу с ноги, Маркус почесал нос. — Другие... чутка похуже моего будут. Например, я могу дать относительно плохой совет. Всё дело в вине. В нем все ответы на твои вопросы про чудовище.

Чародей обвел рукой кроху пространства пред собой.

— Если я не справлюсь, что ты будешь делать? — Злата решила добавить последний вопрос.

Маркус молча кивнул в сторону обнаженных тел; самых красивых из оставшихся девушек деревни.

— Надеюсь, вы все сгорите на костре, — буркнула женщина, спешно покидая комнату.

Маркус подождал, пока она выйдет, и иронично добавил:

— Странная баба в латах или злобный демон с огненным атрибутом, засевший в теле пропавшего винодела на месте его работы? Ну, если уж те сектанты из замка тут его оставили, то демон не лыком шит... Но и баба с клеймом по-своему хороша.

Маркус обречено вздохнул и покачал головой, ощущая, как пробуждается демоническая рука.

— И где букмекеры, когда они так нужны?! — с наигранным отчаянием вопросил чародей.

— Спроси у Гюнтера – самого страшного хрена, которого я встречал, — на демоническом языке произнес Мор. — Он точно умеет воздействовать на реальность. Так что советую подружиться с ним, вычислить, где он проживает, и поселиться рядом. Самое безопасное место для нас.

— Ха... хижина под корой земли? — иронично спросил чернокнижник, а его зеленые глаза приобрели два изумрудных огонька. — Сперва нужно посмотреть, в какую навозную яму нас пытаются втянуть. Я уже неделю подготавливаю план и, пока что, всё слишком рискованно. Обезвредить демона, призванного Гримуаром Жадности – да ещё не убивая. Просто яйцекрутительно.

— Ну, по местной классификации, я – демон. Но и ты – демон. Не забывай, всё что не из этого мира и было призвано хаосом, является по определению демоном. Так что ты справишься. Большим демонизмом задавишь.

— Угу... Только я побольше твоего знаю о Гоэтии. Гримуары могут призвать нечто совсем уж опасное, а греховные книжки... Надо как следует подготовиться... И сосуд винодела нам поможет провернуть кое-какую пакость, — задумчиво протянул Маркус. — Жаль, что староста отказался от ведьмака. Я хотел посмотреть на то, с чем придется много работать после Бан Арда. Но, что поделать? Бабские крики не от мясной палки, а от демонических когтей – тоже сойдет.

— Демоны не накеры... Чертики будут её огнем жарить, а не когтями. Ты сам сказал, что атрибут – огненный, — напомнил Мор. — А огненный атрибут питается страстью, и чем больше страсти, тем сильнее демон. Он баб сжигает и впитывает души как ты вино из погребов старосты.

— Не души меня своими наставлениями о том, что мне прекрасно известно, — отчитал чародей. — Я в переносном смысле выражался.

— Тогда сказал бы, что демон насадит её на рога. И это меня бы устроило... Ух, я бы на это...

— Посмотрел, хм, — заключил Маркус. — В любом случае демон стал достаточно полезным, чтобы его можно было использовать. Итак, ждём ночи и готовим ставки.

— Подставной же бой будет, — раздраженно добавил Мор, а его тёмные глазницы на подушечках стали ещё темнее. — Нас же победа интересует.

— Три дня не утихали пиры и песни победы, три ночи не унимались погребальные костры и плачь вдов. Но победа была добыта из рук врага, а предательство отмщено ещё большим предательством, — процитировал Маркус, растягивая рот в коварной улыбке. — Но победа есть победа. Не отстающим судить тех, кто взобрался выше их.