Страница 29 из 326
— У нас серьёзные проблемы... — нахмурившись, Палладий резко двинулся в сторону стола, за которым ранее сидел профессор Оурус. Слегка нагнувшись, он отодвинул столешницу и вздрогнул. Взял и удерживал стеклянную трубку с присоединённой к ней железной ёмкостью. — Ты сколько втягивал это дерьмо в себя?
— Втягивал знания всю свою жизнь... — профессор посмотрел в сторону стены и изменился в лице. Словно черви под кожей прошли, настолько оно исказилось и покрылось отвращением к... обычной стене. Ни медля, ни секунды, он, шатаясь, направился к ней. Зачем? Ох, начал бить кулаками по каменной стене как злейшего врага, однако, чародеи обычные люди. Вскоре костяшки его пальцев сломались, разбрызгивая кровь во все стороны. Всё же он делал широкие замахи, профессиональные.
Палладий на это зло высказал пару матерных конструкций и подошел прямо к нему. Одно резкое движение, и конец его сапога бьёт по обратной области колена профессора, заставляя Оуруса упасть на одно колено. Следом за этим мой наставник схватил его пальцами за волосы, отдернул голову в сторону и, что есть силы, впечатал его лицо в стену. Вроде бы, оглушил профессионально.
Здесь работают одни профессионалы.
— М-да, уроки разума переносятся. Этот хер нужно доставить в лечебное крыло, иначе сдохнет от передозировки! Ох, выродок, тяжелый тварь, отъелся на харчах для профессоров, — Палладий пожаловался на тяжесть тела, которое пытался взвалить на плечо. — Повезло, что работа заставляет тренироваться в переносе разного рода тяжестей, хе-хе, — тяжело выдыхая, наставник пошёл в сторону выхода.
— В лечебнице кто-то есть из травников или алхимиков? — спросил важный для себя вопрос, ибо, возможно, придётся использовать знания из будущего.
— Откуда? Лечебница Бан Ард всегда работала по правилу – вылечи себя сам. Или, в крайнем случае, найди такого хорошего друга, как я, — поправляя тело на плече, наставник медленно пошел дальше. Я же резво открыл дверь, после чего попытался снизить нагрузку на Палладия, поддерживая профессора Оуруса за голову. Увы, неуверен, что подниму больше десяти килограмм. Половина моего веса...
— У него что-то случилось? — решил отвлечь его внимание от попытки донести это тело до лазарета.
— Тяжелый, зараза, — неожиданно для меня, наставник резко откинул груз на каменный пол, после чего взял Оуруса за запястье и поволок. Я взял за вторую руку. За счёт наклона спины и системы опоры на ноги, как при перетягивании каната, получалось неплохо. — Так... ты что-то спрашивал, хух, так... Он часто копошится в мозгах других, а там, насколько я знаю... Всё сложно. Приходится переживать эмоции, обрывки воспоминаний, некоторые мысли, несвязные фрагменты... Мозгоеб мастер в этом деле, но даже мастерам приходится убегать от реальности, если образец попадется... дефектным. К примеру, с мыслями воткнуть себе нож в яйца. Поэтому магия разума и является запретной.
— Можно читать мысли или видеть воспоминания? — спросил я.
— Люди, они все мыслят по-разному. Кто-то вообще не думает, другие мыслят образами, кто-то письмом и так далее. Прочитать мысли живого человека как силой мысли почесать себе яйца – пробовал много раз, но успеха не достиг, — он хмыкнул. — Я могу ясно читать воспоминания трупов, от и до, что и как захочу, без последствий для себя. С живыми всё иначе. Причин, несколько... Все не назову, но попробую хотя бы часть. Любой человек носит в себе частицу природного хаоса; пока он жив, частица делает его хаотичным. Чистый хаос, даже дозированный, трудно контролировать. Что насчет второго... У живых пополнение воспоминаний работает постоянно, здесь и сейчас, а у мертвых уже всё закончено. И работая с разумами живых людей, ты случайно можешь привязаться к их потокам сознания. Что произойдет, тебе лучше расскажет Оурус, когда мы поднимем его на ноги.
— В общем, стандартная процедура, когда ты образуешь чары, считываешь мозг человека, и в процессе этого пытаешься сохранить свой рассудок, раскладывая кучу компонентов по полочкам, — кивнул, складывая две истины.
— Всё сложнее. Память – не единая нить, а порезанный кусок собачьего дерьма. Ты элементарно всё не получишь; что-то человек может забыть, другое потерять, где-то иначе воспринимать. При переходе от одного мозга в другой – тоже многое теряется. Если прямо нужно получить всё, то лучший вариант – схватить живого человека, вскрыть ему череп, поддерживая жизнь. Дальше прикладываешь пальцы к мозгу и начинаешь работать на самом глубоком уровне чар разума. Тогда как и говорил этот мерзкий лягушонок, сможешь скопировать память в меру сил своего разума. Что поимел, то можешь дать пустым оболочкам мертвецов, предварительно их почистив. Потом покажу, как это делается. Но, скажу тебе, редкостная херь чистить и перекладывать такую вещь, как знания. Но, если думаешь, что я могу тебя этому обучить, от и до без этого любителя фисштеха... Нет, слишком, слишком опасно. Я даже этому херу не доверяю. А уж поверь мне, в мире нет лучшего мастера разума, чем он. Себя не бережет, неудивительно, если Оурус проводил новый эксперимент в этой области, успешно, но сорвался и побежал дымить, чтобы забыться.
— Понятно, попробую научиться, — мысленно задумываюсь, понимая, как много Элис придется пахать. Учитывая, каким тоном мне всё объяснял наставник, думаю, там титанические усилия и колоссальные проблемы. Одна ошибка – ты теряешь личность, заменяя её тем, у кого воруешь сознание. Скорее всего, буду прибегать к этой технике крайне осторожно и только по делу. Просто читать мысли и знать всё обо всех? Смешно!