Ведьмак: Чернокнижник

Я уже не был в силах ответить или помочь.

Просто захотел отвесить ему порцию членоотрезающих проклятий.

* * *

Первый снег, колючий и злой, падал на проклятый лес Висельников, устилая мерзлую землю белым саваном. В центре поляны, освещенной мерцанием костра, стоял он — почетный член Верховного Совета Чародеев с волосами цвета пожухлой осенней листвы, отливающими золотом при свете пламени. Его лицо было бледным и изможденным, плавно сливающимся с его белоснежным костюмом, подаренным могущественным чернокнижником.

В руках он держал гримуар, переплетенный кожей давно умершего существа и украшенный серебряными, похожими на кости, застежками. Это был второй подарок от Прародителя Чудовищ — ключ к ритуалу исполнения желаний.

Вокруг костра танцевали прекрасные колдуньи и знахарки, которых он смог уговорить помочь с ритуалом. Маг обещал каждой богатство, власть или знания, полученные от самого опасного мага Неверлэнда. Не все согласились, но для ритуала все и не требовались. Кертис из Третогора смог собрать необходимый минимум к заданному учителем сроку — ночь первого снега конца 1268 года, по словам наставника — ночь проклятия девяти планет.

Чернокнижник, не поднимая глаз от гримуара, начал шептать слова — искаженные, отвратительные, звучащие как скрип гнилых костей и шепот могил. Его голос, тонкий и хриплый, переплетался с хором песен танцующих ведьм, смешиваясь со стонами ветра.

Каждая его фраза была ударом по святыням, плевком в лицо богам.

Воздух сгустился, стало тяжело дышать. Лес завыл мистическим гулом, а обитающие поблизости животные умерли на месте — кто охотясь, кто отсыпаясь в берлогах. Ветер проносил по мертвому лесу смерть, витая от одного живого существа к другому, пока не добрался до костра.

И тогда шабаш достиг своей кульминации: исполнение желаний.

Но одно Прародитель Чудовищ умолчал: чье именно желание будет исполнено и какую цену придется за это заплатить — до последней капли крови и души.

Сердца всех женщин превратились в шипы, пронзившие их грудные клетки и поднявшие трупы в воздух. Кертис ошарашенно смотрел, как из их тел стекает кровь, собираясь в миниатюрное озеро. Сглотнув, он осторожно подошел к кровавому месиву и присмотрелся.

На зеркальной поверхности кровавого болота ютились сотни демонов без единой формы — их морды постоянно перешивались, меняясь от одного на другое. Последний выживший маг словно посмотрел в ад, а ад посмотрел в него.

В следующий миг озеро выстрелило двумя кровавыми нитями с чудовищной скоростью, к которой человеческие глаза не были готовы. Нити поразили глазные яблоки чернокнижника. И через них кровавое озеро переместилось до последней капли в тело Кертиса из Третогора, уничтожив сперва его разум, а затем и душу. Целым осталось лишь тело, кроме него, ничего от прошлого владельца не сохранилось.

Нынешний обитатель этой оболочки легко провел ладонью по лицу, залечивая глаза. Затем позади себя сформировал гигантскую голову демона с двумя адскими глазами и нахально улыбающейся пастью.

— Тифозный выкидыш, больше я в Ад ни рукой, хе-хе. Не подозревал, что каждое встреченное нами отребье будет пытаться нас сожрать. Ужас. Осуждаю своих братьев и сестер за нотки каннибализма! — выпалил демон на одном дыхании, обжигая затылок инфернальным дыханием не первой свежести.

— Да брось. Весело провели время. С учетом временных искажений всего-то лет двадцать прошло в Аду, пока тут минуло от силы пару месяцев, — Прародитель Чудовищ убрал руки в карманы, пристально разглядывая материализацию Мора через плечо. — Посмотри на ситуацию с другой стороны: мы объединили твои половинки и полностью освоили Трихексу — завершенную, мощную, разгружающую нас от сражений с чернью.

— Ага, теперь и в Инферно нам не рады. Только рай еще ничего не подозревает, — от души рассмеялся Мор, мерзко постукивая острыми зубами.

— Подозрения идут за нами по пятам. Наша новая личина — Кертис из Третогора, член Верховного Совета Чародеев и посредственный чернокнижник. Не кажется, что ему недоставало темной славы при жизни? И навыков. По сравнению с Вильгефорцем из Роггевеена, все мои производные — сплошное разочарование. Даже в ритуале открытия адских врат наделали кучу ошибок. Они достигли успеха, в значительной степени лишь благодаря нашей поддержке.

— Ты про дурачка, который силушки пожелал на халяву, а стал инструментом для нашего плана Б? Того самого плана, где мы выныриваем из Ада с моей второй частью, промариновавшись в сере? Ух, брезгую я со всеми своими силами находиться в этом бесславном теле. Как там в мире технократов? Сменил аэрокар на ржавое корыто! Аж в дрожь бросает...

— Исправим, — с улыбкой пожал плечами Прародитель Чудовищ. — Враги и друзья наслышат о нашем бесчестии до того, как столкнутся с ним лицом к лицу.

— И о нашей мощи! Если наловчиться, можно начать миры пожирать, а не жалкие божественные домены. Сытая жизнь!

— Мы не будем пожирать место, где живем. Это как есть доски своего дома. Подавимся гвоздями.

— Не попробуешь — не узнаешь.

— Тогда давай заглядываться на дом соседа. Его не жалко. Элис того же мнения.