Страница 225 из 326
— Эх, вот так и разглашаются секреты, — примирённо вздохнул я и приступил к сложному заклинанию, стягивая туман в одну точку. Для обычного мага это было бы сложно, но мне не потребовалась ни помощь Элис, ни Мора для того, чтобы безопасно переместить туман в космическое пространство. Правда, остальным я сообщил, что телепортировал его в воды океана. Но разве можно поступить так жестоко? Вдруг там окажется корабль контрабандистов или работорговцев, и его экипаж надышится дурманом?
[Венгерберг, 31 декабря 1253 года]
После экспедиции я поступил мудро и рассудительно — решил посвятить освободившееся время чему-то полезному. Например, охоте на девственных дриад с Валирисом, путешествию в опасный лес к эльфийкам, чтобы слиться с природой, и исповеди за все свои прегрешения перед жрицами богини похоти.
Неожиданно, но даже с моим мастерством перемещений по миру на это ушло немало времени. Особенно на исповедь. Там я попал в порочный круг: тратил деньги на обворожительных красавиц, наслаждался их любовью и утешал себя от печали, вызванной расточительством. Это загоняло меня в депрессию, из которой меня снова вытаскивали те же жрицы. Так и продолжалось, пока мои карманные деньги не закончились, и я не остался бедным магом в опасном мире.
Протрахал все сбережения... Но оно того стоило. В крайнем случае, можно будет занять у «почти как брата» и не вернуть. Вильгефорц всё поймёт и простит. Хотя и у него с финансами не всё гладко. Вильгефорц из Роггевеена — в поте лица копящий авторитет, обзаводится связями, строит планы по возвышению в пищевой цепи на фоне войны с Нильфгаардом. Не думаю, что у него найдутся деньги, которые можно занять и не взять обратно.
Бесполезные ученики...
Запив горечь еще большими печалями, я телепортировался в Венгерберг.
— Холодно, — шмыгнул носом, оглядывая заснеженный город. Воспоминания тут же хлынули потоком: сперва о Ледниковом Периоде, затем о катастрофе в столице Нильфгаарда. Снег я никогда не любил, он всегда ассоциировался у меня со смертью.
Но вот в Аэдирне я как-то не успел натворить злодеяний, за это спасибо Лильвани и её вампирским отпрыскам. Они бушевали в этих землях, а никак не я, поэтому город всё ещё стоит, возвышаясь на эльфийских руинах. Завоеванный почти пять столетий назад, этот город со временем ушел далеко вперёд по сравнению со своими аналогами.
Люди здесь трудолюбивы и изобретательны — своего рода промышленная столица мира. Сотни цехов производят и военные товары, и потребительские, набивая сокровищницы Демавенда, короля Аэдирна, до самого потолка. Это позволило ему собрать несколько сильных армий, охраняющих не только границы государства, но и сами города.
Преступности в этих землях меньше, чем в других местах, в основном проблемы носят коррупционный характер, а не связаны с рэкетом со стороны бандитов. Многих уже повесили, а остальных ловят и ведут на плаху. Тем самым ремесленники и ткачи могут спокойно трудиться, давать взятки и жить без страха столкнуться с теми, кому всегда мало.
Проходя мимо солодовни, винокурни и различных мастерских, я замечал довольные лица горожан. С приходом Йеннифер их жизнь стала куда лучше. Моя ученица умело справлялась с поветриями, заботилась о здоровье жителей и открыла несколько лечебниц. Она также построила около двадцати магазинов косметики и одежды по всей стране и, безусловно, планирует расширять бизнес.
Удивительно, что, получив от меня столь серьёзное обучение, она не организовала шабаш с целью захвата мира. Вот мой ученик точно бы так поступил, будь он чуть послабее. Но он сильнее. И ему важны не отдельные элементы власти, его амбиции затрагивают весь мир. Обычный шабаш его не удовлетворит, но на то он и божественный талант. Янке до него как от Нильфгаарда до Ковира пешком.
«Неплохо устроилась», — отметил я, разглядывая её миниатюрный дворец. Территория, по площади около километра, окруженная высокими стенами. Она охраняется ничуть не хуже королевского дворца, расположенного всего в трёх километрах отсюда. Йеннифер из Венгерберга, фактически, соседка королевской семьи. Наверняка, будь её воля, она уже бы влилась в советники.
— Морозный денёк, господа, — поздоровался я с двумя хмурыми стражниками, которые держали копья так, словно собирались опереться на них для сна. В Новиграде они, возможно, были бы в полной боевой готовности, но здесь излишняя безопасность притупила их бдительность.
— Милсдарь, вы, часом, не свататься к госпоже пришли? — вопрос застал меня врасплох.
— А что, очередь? — уточнил я.
— Хуже. Толпа желающих, которых жестоко отвергли. Вот вчера приходил граф, красивый, как жеребец моего брата, — очень тонкое сравнение. — И с такой же вылизанной гривой. Так он вошёл счастливым, что-то там планировал просить. А вышел таким печальным, словно жеребец моего брата... Ну, тот, который красивый.
— И которого кастрировали. А-ха-ха! — заржал второй стражник, словно конь.
Понятно: у Йеннифер лучше не занимать денег на шлюх.
— Я её брат по цеху, — примирительно поднял ладонь.
— А-а... Колдун. Был и такой. Красивый, как козёл моего соседа. Зашел к госпоже — и вышел не красивым. Служанка говорила, что во время завтрака госпожа облила его горячим чаем за плохое слово. Ожог — ужас, да и только.
— Лучше расскажи ему, что с козлом твоего соседа приключилось, — предложил второй стражник.
— Да нормально всё было, пока грифон его когтями не подрал. Или это не грифон был. Маленький. Унести не смог, так и бросил ободранного козла на мой дом. Ух, как я не просил соседа мне за крышу заплатить — ничего не вышло. Уперся, мол, это горе от козла, а не от меня. Пришлось взять козла в счёт платы и прирезать на мясо.
Понятно.
С ученицей надо быть милым и обходительным.
— Вы не поняли, я её брат по цеху и наставник, — решил я расставить все точки над «i».
— А-а, наставник. Припоминаю... Моя доченька госпожу купает. И была свидетелем, как госпожа грозилась своему пропавшему наставнику устроить что-то тёмное при нахождении. Наверное такое, какое сделал мой шурин со своей сучкой во время течки. Там такое...
— Так, стоп... — побелел я.
Что-то мне расхотелось приглашать Йеннифер посетить цинтрийский дворец.
Зло имеет много лиц...
