Страница 211 из 326
Вскоре он достиг места назначения — заведения, известного на всю столицу как «Чёрная Ворожея». Бордель утопал в роскоши: позолоченные стены, мягкий свет свечей, музыка диковинных инструментов, доносящаяся из глубин обширного зала. Здесь собирались те, кто мог позволить себе тратить время и деньги на удовольствие, одновременно отдавая душу во власть похоти.
Женщины, словно ожившие богини, двигались плавно, их искусные танцы завлекали мужчин. Чародей отметил, что здесь можно было найти девушку на любой вкус; встречались даже представительницы Офира — темнокожие жрицы любви, источающие экзотику и обещающие клиентам новый опыт.
Проходя мимо женщин, он становился свидетелем маленьких событий: кто-то в тени шептал собеседнице на ухо тайны, кто-то закидывал проститутку на плечо и гордо шагал в свободные апартаменты, кто-то лениво попивал под игривую музыку, а кто-то передавал подозрительные посылки.
Чародей поднялся на третий этаж, где его ждал более уединённый зал, предназначенный для самых важных гостей. В зале находилось немало людей, но примечательным был только один.
Молодой мужчина с платиновыми волосами, лицо которого скорее напоминало мерзавца, наслаждающегося местной порочностью, чем благородного аристократа. Он был одет в тёмную робу, украшенную золотыми нитями и символами Империи Нильфгаард, а на шее висел кулон — знаковая вещица, говорящая окружающим о статусе советника нынешнего Императора.
Встретить здесь имперского служащего высочайшего ранга должно считаться небывалой редкостью, ведь по одному его щелчку могли привести сотни красивейших особ со всего Юга из числа знати. Однако этого человека в борделях знали все проститутки. Он имел необъяснимую, порой пугающую слабость к подобным местам.
Подняв бокал вина, Советник осушил его за несколько глотков и продолжил наслаждаться обществом красавиц. Одна из них стояла сзади и массировала его плечи, другие окружали его, осыпая комплиментами и мелодичным смехом. Ещё парочка дам сидели напротив, ослепительные, в ожидании своего часа для важного гостя.
Голубоглазый мужчина до боли в зубах узнавал эту картину. За свою жизнь он насмотрелся на подобную... мерзопакостную мерзость, и далеко не по своей воле. Потому без особого энтузиазма направился к двум девушкам, усаживаясь между ними и прожигая взглядом неприятеля напротив.
— Ты путаешь небо со звёздами, отражёнными ночью в поверхности пруда, безумно полагая, что я прожигаю жизнь мечтами о визите в бордель для встречи с тобой, — поприветствовал он с едва заметной насмешкой в голосе, но одновременно с той непреклонностью, которая редко проявлялась перед публикой.
— Твоя холодность ранит в самое сердце, — молодой человек освободил руки от коварного захвата девиц и хлопнул в ладони, используя могущественные чары стазиса. Все обитатели борделя попали во временную ловушку, стали заложниками измерения, где для них не существовало понятия времени. Все замерли, независимо от действий и слов, готовых вырваться из уст. Все, кроме Прародителя Чудовищ и Вильгефорца из Роггевеена. — Но, как приятно встретить человека, кого я подобрал в канаве и кому даровал право дерзить наставнику наивысшим непочтением. Особенно, после твоего предательства. Вильгефорц, ты предал наши устои. Мой наставник Валирис ходил в бордель. Я ходил в бордель. Моя альтернативная личность, известная как Юпитер из Зазеркалья и Архимагистр дьявольского культа, ходила в бордель. А ты, Вильгефорц из Роггевеена, предал наши традиции, эту связующую нить нескольких поколений «учитель и ученик». В тебе нет чести, нет совести, нет желания отдать все накопления на благо всех куртизанок; от мала до велика.
— К делу, — подтолкнул он, скривив рот в ухмылке.
— Сразу к делу? — удивился Прародитель Чудовищ, слегка приблизив лицо к собеседнику. — Ну, давай сразу к делу. У меня тут совершенно случайно нашлись подписанные мной военные документы, связанные с завоеванием Севера с помощью драконов и могущественной армии Юга. В них все стратегии на годы вперед, тайные операции, данные по численности войск и их боевой мощи, — Маркус поднял с пола тёмный мешок, набитый секретными бумагами — их копиями, и перекинул его ошеломлённому собеседнику. — Единственное, чего там нет — это информации о твоих действиях. Как ты распорядишься этими сведениями? Кто знает, может, воспользуешься хаосом войны и захватишь контроль над всеми магами Континента? Станешь героем и величайшим спасителем Севера? Или, напротив, присоединишься к захватчику, чтобы вместе с другими гиенами урвать кусочек падали. Кто знает, кто знает.
— Драться за кусок пирога, на который уже кинулась стая голодных ворон? — растянул он губы в жестокой улыбке. — Есть идея получше: захватить власть над всей кондитерской.
— Но я отдаю стратегические сведения для твоего возвышения... не бесплатно, — прищурился Маркус.
— Само собой, — без удивления согласился Вильгефорц.
— Слышал о королевской семье Цинтры? — хитро оскалился Маркус. — Через десять лет я хочу, чтобы ты о ней больше не слышал. Ведь разве могут донестись слухи о том, чего не существует? Ни королевской семьи тебе, ни столицы этого государства. Но не раньше, чем через десять лет. И девочка, родившаяся полгода назад, Цирилла Фиона Элен Рианнон — она не имеет отношения к королевской семье и входит в мои, несколько извращённые планы по новой методике: «обучить, спасти и трахнуть». Ну, ты понял. Почти как «купить, воспитать и...»
— Понял, лишить девочку прав на цинтрийский престол путем уничтожения семьи и государства, чтобы привязать к себе всеми известными человечеству путами, — поморщился Вильгефорц, словно у него разболелась голова. — Ты положил глаз на потомка Лары Доррен, Маркус.
— Ох, как всегда, с тобой непросто. То ты не такой, как все, и сразу понимаешь, что Юпитер из Зазеркалья — это всего лишь маскирующийся Прародитель Чудовищ. То магию осваиваешь с пугающей скоростью. И... — Маркус обнажил белоснежные зубы. — Втайне от меня проводишь несанкционированные опыты по исследованию мутаций на сотнях людей и десятках чародеев, а потом подвергаешь своё тело результатам опытов ради могущества, приближаясь к уровню Континентальной угрозы. Занятно. Зачем скрывал? И даже не похвастался.
— Ты бы предложил отметить успех в борделе, — отвернулся чародей, скрывая своё бешенство от того, что его истинные силы раскрыли.
«Но чего ещё ожидать от древнего чудовища?»
— По-твоему, зачем я тебя сюда позвал? Ха-ха. Ладно, развлекайся — шлюхи в твоём распоряжении. А мне ещё предстоит написать увольнительную, пересечь полмира и умолять Капитул Чародеев о месте придворного мага для первичного обучения Цириллы, — Маркус хлопнул в ладони, возвращая людей к привычному течению времени. — О, мой старый друг, дела-дела. Надеюсь, прелестные феи в знак примирения компенсируют неудобства, вызванные моим поспешным уходом.
Встав на ноги, Маркус похлопал по плечу застывшего от ярости лучшего ученика и направился к Императорскому дворцу.
«Очередной урок наглядного предательства, но поучительный без всякого сомнения. Чтобы обладать властью, нужно быть готовым разрывать связи и создавать новые союзы, угодные личным и только индивидуальным амбициям. Доверие всего лишь глупая роскошь, и в грандиозном гобелене магии и политики оно часто оказывается первой нитью, которую удобнее отрезать от остального клубка, чем распутывать», — задумался Вильгефорц, обдумывая стратегию и тактику против всех в угоду себе.