Страница 136 из 326
Глава 59
В зале, залитом светом, где тяжелые бархатные занавеси едва касались мраморного пола, собралась пестрая толпа аристократов. Смех и бокалы с вином взмывали в воздух, создавая атмосферу непринуждённого веселья. Оркестр играл гармоничные мелодии, украшая вечер, как это делали изысканные узоры на стеклянных окнах.
На длинных деревянных столах красовались блюда с самыми изысканными лакомствами: медовые пряники, украшенные миндальными лепестками; торты, пропитанные сладким вином и усыпанные сахарной пудрой, которая искрилась, как утренняя роса на лепестках роз.
Сами аристократы в ярких шелковых одеждах соревновались в остроумии и ловкости слова, попивая из тонких стеклянных бокалов вино, цвет которого напоминал рубины, украшающие их пальцы. Воздух был пропитан ароматами корицы и ванили, а сладкие ноты музыки сливались с радостными голосами гостей.
Ближе к вечеру, влиятельный вельможа Новиграда поднял бокал и потребовал сыграть самую популярную на всём Севере балладу. Казалось, что менестрели только этого и ждали, ведь их лучшая песня не теряла актуальности на протяжении двадцати лет. Даже все разговоры в зале стихли, чтобы внимательно расслушать сказания, несущие память давних лет сквозь десятилетия:
«В тени древних развалин, где эхом звучат преданья,
Шесть отважных героев, как в сказке, свели свои пути.
Валирис, мечник с пламенем страсти, в бой первым шагнул,
Зов Легенд, зов мечей, свет и тень в борьбе неутомимой.
Сердца героев, как звёзды в ночи, в балладе о мужестве и судьбы.
Зов Легенд, зов магии, пусть она ведёт нас через времена.
Мечи в руках, глаза в огне, к свободе новой мы шагнём не станем.
Лич, тот, кто мраком дышит, чьё имя – страх в сердцах,
Властитель ночи, творец ужаса, в его венах – холод страданий.
Он веками скитался, собирая души, власть его – безгранична,
С каждым заклятьем, с каждым взглядом, он мир погружал во тьму и хаос.
Зов приключений, зов славы, пусть эхом отзовутся наши имена.
Через бури, сквозь ночь, мы несёмся вперёд, ведомые зовом Легенд.
Палладий, некромант, из мира иных призвал мёртвых,
Их кости скрипели, в глазах отражалась жажда крови.
Он поднял руку, и вихри ледяные вокруг закружились,
Сквозь мрак он шёл, к битве готов, судьбу свою приняв.
Айрис, мастер изысканий, взмахнула посохом могущественным,
Из него магия брызнула, создав щиты и бури огненные.
Её глаза сверкали, как звёзды в ночи, последняя надежда,
Волшебница сильная, в борьбе за свет она не тает.
Оурус, менталист, читал мысли врагов, их страхи и сомнения,
Их тайные планы и слабости, он иллюзии ткал, умы ломал.
Сквозь грёзы он шёл, к битве готов, судьбу свою приняв.
Зепар, Гоэтии мастер, демонов и духов призвал,
Их глаза сверкали, их крылья ветры разносили.
Он порталы открыл, в миры иные ведущие,
К битве готов, судьбу свою приняв.
И в центре стоял Альзур, вековой чародей,
Его глаза стары, но в них пламя горит ярко.
Он поднял руку, и магия в единое слилась,
Лич, безумный и могуч, пал перед силой его стараний.
Зов Легенд, зов мечей, свет и тень в борьбе неутомимой.
Сердца героев, как звёзды в ночи, в балладе о мужестве и судьбы.
Зов Легенд, зов магии, пусть она ведёт нас через времена.
Мечи в руках, глаза в огне, к свободе новой мы шагнём не станем.
Зов Легенд, зов приключений, пусть имена наши звучат в веках.
Сквозь битвы, сквозь тьму, вперёд мы идём, зов Легенд – наш путь и вера.»
Восторженные похвалы и аплодисменты аристократов не заставили себя ждать. Многие из них, стремясь подчеркнуть свой статус, публично объявили о щедрых подарках для игравших музыкантов. Другие, не желая отставать, также пообещали ценные дары, а менее состоятельные ограничились приглашением на свой банкет в неопределённом будущем. Почти никто не оставался в стороне, ведь заведение «Розарина» считалось лучшим не только в Новиграде, но, возможно, и во всём мире. Только здесь можно было насладиться изысканными винами, рецептура которых хранилась в строжайшем секрете, и непревзойдёнными пряностями. Заведение заслуженно называли элитарным клубом, хотя по всему Северу открывались его филиалы под управлением того же владельца.
Его девиз – «Сладость совершенства в каждом кусочке» – подчёркивал высокий уровень сервиса, безупречное качество продукции и внимание к каждой детали, включая безопасность, что в Новиграде было особенно важно. Именно сегодня он должен был выступить с важной речью, о чём были предупреждены влиятельные дворяне Севера. А поводом для их прибытия, как ни странно, стали деньги. Все знали о необычной страсти управляющего к благотворительности, направленной на помощь самым бедственным регионам Севера, особенно тем, кто пострадал от Чёрной Смерти – страшной чумы, охватившей Север несколько лет назад.
Чума сильно ударила по населению, приведя к массовому голоду и смертности, так что каждое пожертвование имело огромное значение. Аристократы старались сохранить свои живые ресурсы, приносящие им доход, деньгами или продовольствием, тем самым щедрый управляющий всё больше укреплял свой статус благодетеля среди народа. За двадцать лет существования «Розарина» он успел завоевать славу как среди знати, так и среди простолюдинов, и все они возвели его в ранг Великого благодетеля. Влиятельные господа получали лучшие сладости и вина; крестьяне – хлеб, зерно и травяные снадобья, в том числе зелья против чумы.
Безусловно, такое положение вещей пугало, поскольку за два десятилетия неизвестный никому человек сумел сколотить огромный костяк власти и влияния, охватывающий как чернь, так и аристократию. Но что же вызывало тревогу? Амбиции. Короли не могли поверить, что человек с такими управленческими талантами не пожелает распространить своё влияние и на их страны. Все опасались мятежа, подобного кровавому Восстанию Фальки.
Однако больше всех о предстоящей встрече беспокоились не дворяне или представители торговых палат, а три чародейки, застрявшие в заторе из людей. Они уже трижды прокляли себя за решение добраться до Розарина на карете. Сотни людей преграждали кучеру путь, стоя скопом и пытаясь пробиться сквозь стражу, чтобы получить «благословение» – знак безопасности заведения во времена чумного мора. У входа в банкетный зал был установлен артефакт, излучающий свет, мгновенно уничтожающий любые признаки болезни.
Изначально Капитул Чародеев хотел использовать подобные артефакты для собственных нужд, но после того, как стало известно, насколько быстро устройство израсходует энергию и что воспроизвести её без участия создателя невозможно, идею конфисковать разработку отбросили. Этот факт особенно огорчал одну из дам, восседавшую в карете напротив другой.
— На душе неспокойно, — поделилась Лаура, светловолосая волшебница в светлом платье, подчёркивающем её выразительные зелёные глаза. — Кажется, будто следующий мой шаг окажется в медвежьем капкане.
— Не тебе одной, — ответила Филиппа Эйльхарт, настоящая красавица, чьи две косички спадали на грудь. — Но ты забываешься. Основа любой чародейки – сохранение достоинства, а страх его портит, как и черные наросты.
Тиссая де Врие, архимагистр и гроссмейстер магии, влиятельный член Капитула Чародеев и ректор Аретузы, молча прислушивалась к разговору. Она была очень стара, но благодаря эликсирам выглядела молодой, а её вкус в одежде скрывал любые недостатки. Сапфировое ожерелье, шелковое синее платье с выразительным декольте, всегда уложенные тёмные волосы и пронзительные карие глаза – вот её визитная карточка.