Страница 132 из 326
Контроля дико не хватало.
Фалька сама поняла, или ей подсказал князь, но она перестала слушать советы своего чародея, потеряла чувство страха и отдала себя и свою душу кровавой резне. Безумная сука явно хотела вызвать гнев вампиров, чтобы земли ещё сильнее залились кровью.
И если нельзя ударить по рукам и поставить своевольную девчонку на место, то нужно просто открыть эту возможность. Я помог загнать в угол бежавшего из страны Вриданка и его супругу Керу. Они попытались вывезти детей в момент начала первого «Восстания живых мертвецов». И всё у них прошло успешно, их прикрывал сильный чародей из «Братства», мешающий обнаружению.
Лишь звериные инстинкты Лильвани помогли отследить и отдать цель Фальке. Наверное, отдать их голодному чудовищу было более милосердным решением, чем родной дочери. Керу, считающуюся первой красавицей Редании, сперва хорошенько изрезали, а потом отдали новой армии на «круг близости». Та скончалась далеко не сразу от кровотечения и множественных ран. С детьми Фалька поступила милосерднее только потому, что за процессом их казни наблюдал Вриданк. Родная дочь убила своих братьев и сестер на глазах у отца. Она бы и его убила, если бы я не напомнил о контрактных обязательствах. Только после этого она очухалась и переключилась на получение удовольствия через ломание рассудка короля Редании. Его пытали день и ночь, психически и физически, а потом бросали в камеру, заполненную голодными крысами.
Когда его рассудок пошатнулся, на сцену вышел коллекционер Гюнтер о’Дим. В обмен на душу он предложил ему покинуть темницу. Ведь кто знает, может тогда он сможет отомстить?
Самое глупое, что мог сделать Вриданк, так это согласиться на столь размытое предложение, сколь и беспощадное. Из темницы он выбрался, и сразу же расстался с душой. Он не смог отомстить, а Гюнтер приобрел в коллекцию «самого красивого короля».
На этом моя самая беспощадная сделка была завершена, только мораль пострадала. Эмоции никогда не стояли на первом месте, но Восстание Фальки запомнилось мне как нечто грязное, от чего не отмыться за сотню лет. А награда... Как и было обещано, Сатануил снял проклятье, недовольно оставляя свои знания в моё пользование. Более моя душа не была под угрозой, что радовало, учитывая хаотичность жизни чародея. Второе: посох гравитации – крайне опасное и мощное средство, способное шатать пространство; как жену Вриданка шатала некогда подконтрольная Редании армия, её жалкие остатки, но и этого той хватило за глаза. Третье: я получил убежище в Новиграде, что позволяет построить подземную мастерскую прямо под домом самого могущественного существа Континента. К тому же, приятное сожительство не бывает лишним. Отчасти я могу назвать Гюнтера другом. Ведь несмотря на его сложный характер, с ним крайне выгодно работать. Обычно демоны стремятся получить душу всеми правдами и не правдами, а он больше по развлечению, изредка коллекционируя интересные игрушки. Последнее: информация по Белому Хладу – самое ценное.
Человек со способностью управлять Временем и Пространством родится из крови Лары Доррен. Следовательно, я должен присматривать за её потомками, как за родными детьми. А когда родится нужный мне ребенок с пробужденным геном, я обязан его обучить магии и контролю над своими силами. Попутно, если будет возможность, изучить способности для адаптации под свои. Богу не предстало задерживаться на одном месте. Нужно охватывать Время и Пространство, если это, конечно, не в ущерб его родным краям. Если встанет выбор между причинением вреда с целью изъятия сил и безопасным обучением нужного мне человека ради гарантированной остановки Белого Хлада...
Выбор очевиден – живой и здоровый потомок под моим руководством.
Гюнтер сказал, что дитя Старшей Крови, единственное в своем роде, способно максимально отсрочить ледяной Апокалипсис. А о’Дим, как и любой демон, никогда не обманывает, если дело касается «сделки». Информация – часть сделки, так что ему можно верить. Сам я не смогу остановить Белый Хлад, лишь создать план «Б» на всякий случай, выведя идеальный сорт человека на основе ведьмаков и вампиров нового поколения. Если дитя Старшей Крови не справится, то кто-то обязан пережить Апокалипсис и взрастить мир с нуля. Конец мира – конец формированию новых знаний; основной лозунг Эпохи Юпитера.
К тому же я за рациональный подход к решению задачи – любой ценой. Если миру угрожает бедствие, планету следует обезопасить со всех сторон, ведь потом может быть поздно. Цена проигрыша непомерно высока. Человечество быстро плодится и умирает, но оно находится в цикле, в какой-то степени в гармонии. Если что-то угрожает этому циклу, с этим нужно бороться, отринув личное в угоду общественного. Наверное, сказывается иллюзорное служение психопатке. Когда видишь что-то омерзительное, волей или неволей, ты не хочешь уподобляться убожеству.
Уподобляться убожеству... Сумевшему вывести меня из эмоционального равновесия.
Скучающая Фалька захотела развлечься. Как? Напасть на приемную дочь Вриданка – Рианнон, дочь Лары Доррен. Наверное, тогда я впервые немного вышел из себя и неплохо покатал Фальку, точнее ее лицо, по полу королевского дворца. Пусть мое тело не успело восстановиться и по-прежнему напоминало архилича, но это лишь добавляло веса моим уже вполне физическим угрозам. Девочка могла сколь угодно сидеть на троне, омывшись перед коронацией в крови своих подданных, но ей было непозволительно идти против моих планов.
Особенно, когда я великодушно подчищал за ней хвосты, пытаясь вернуть относительную цивилизованность на её территории. Редания стала напоминать гниющее болото, и по моей причастности тоже, но это не даёт права бросать всё на самотек, допуская полное разложение. У меня хватало дел по горло, а ещё предстояло подготавливать бумаги для признания Фальки законной королевой, что требовало согласия других государств. Короли не больно хотели идти на контакт, поэтому приходилось подготавливать довольно жесткие контракты содружества, что позволит избежать дальнейшего кровопролития.
К сожалению, я немного не оценил проблемы с ее головой и свою увлеченность переговорами с правителями других стран. Фалька втайне от меня мобилизовала силы при поддержке князя, обворовывающего казну, как плохие крестьяне обворовывают погреба соседей в тяжелые времена. Беременную Рианнон похитили и пытали ничем не хуже, чем ее приемного отца, если полученные мной сведения верны. Только по воле госпожи судьбы у нее не случился выкидыш, и она родила двух близнецов. И по воле той же судьбы этих детей не сбросили в реку. Они остались в темнице, где в них поддерживала жизнь, сходящая с ума полуэльфийка, подвергающаяся при новорожденных детях всем видам унижения и издевательств, включая постоянные изнасилования и обращение с ней как с животным.
Подобный поворот судьбы мне не понравился. Разузнав всё по возвращении из Темерии в Реданию, я пришел уже в настоящее бешенство. Убежище – следствие моих действий – проживающих вдали от получения посоха или избавления сводящего с ума проклятья. Первое можно создать самостоятельно, второе легко пережить. Я справлялся с этим больше сорока гребаных лет. Но то, что меня волновало, так это остановка Апокалипсиса, чумы, что является полным антиподом получения знаний. Я стерпел сожжение библиотек, я стерпел убийство сотен тысяч людей, я стерпел все зверства и убийства, которые плела Фалька вместе с Князем. Я даже стерпел факт её существования, чтобы страна не скатилась в больший хаос. Но покушение на главную цель моих трудов – на Рианнон и её будущего потомка, способного отсрочить Белый Хлад и сохранить естественное развитие мира... Я не стерпел.
Эфиальт расплатился за свою ошибку первым. Он любил золото, поэтому я расплавил золотые монеты и покрыл жидким золотом князя, в знак уважения его талантам и стремлениям. Он стал самым богатым человеком в рамках собственного тела: золотой статуей, стоящей в замке Третогора как одно из главных украшений. Не он один. В тронном зале вскоре появилось второе украшение. Сперва я сжег прекрасное лицо Фальки, пламя охватило его, спалив волосы, расплавив глаза и изуродовав. Она сыпала оскорблениями, проклятьями и клеймила меня предателем, которому доверяла больше всего, даже когда я впервые преподал ей болезненный урок. Она божилась, что оставалась верной мне. Я не поверил, ведь дела говорят лучше любых слов. Следом я усадил изуродованную Фальку на трон, к которому она всегда стремилась. После чего вплавил её тело в него, сделав её с троном единым целым, соитие на уровне материи и органики. А после этого, я наслал рой чудовищ и нежити на город, поклявшийся в верности Фальке, в жизни и смерти.