Ведьмак: Чернокнижник

Как и ожидалось, она всё ещё цеплялась за этот мир, стремясь через страдания жертвы восполнить потраченную жизненную энергию.

— Чего мне бояться? — хрипло обозначал я, чувствуя вкус крови во рту. — Я не испытал ни радости от грандиозных побед, ни горечи от фатальных поражений. Не узнал ни красоты мира, ни его жестокости. Никогда не сражался за любовь или идеалы, которые были мне дороги, и потеря которых могла бы привести меня к сожалению. Демоническая госпожа, мне нечего терять, даже драгоценных воспоминаний, чтобы чего-то бояться. Да и, разве, охотник будет бояться свою добычу, уже пойманную в клетку?

Мои вены, словно раскаленные нити, пульсировали под бледной кожей. Дыхание стало обжигающим, изо рта шел дым, как от тлеющего костра. Рана на туловище мгновенно затянулась, а обжорство Мора привязало сущность демона ко мне, не оставляя Азаре пути к отступлению.

Демонесса поняла, что её одурачили, загнав в опасную ловушку. Но было уже поздно, и за долю секунды я с неумолимой скоростью схватил её двумя ладонями за лицо, выпуская разбавленную силу Сатануила. Багровое пламя облизало её голову от шеи до кончиков рогов, причиняя невыносимую боль. Такую же боль ощущал и я, прямо через сгорающие руки до кистей. Однако, в то время как демонесса билась в конвульсиях, стараясь вытащить руки из моего брюха, я чувствовал себя в своей стихии.

Пламя было двусторонней атакой, и его целью не было полное уничтожение, так что наше соревнование стало вызовом для выносливости. Кто первый поддастся страху и боли, тот и проиграет. И как выяснилось, моя выдержка была крепче, за что следует благодарить Мора и Валириса. Первый перенял на себя часть урона, а второй закалил мои нервы в прошлом, сделав их более устойчивыми к особо тяжелым увечьям.

— Это того стоило, — утвердил я, убирая руки с расплавленной головы демона и выплевывая из живота её лапы. Следующую минуту я посвятил восстановлению одежды, конечностей, плоти и общего состояния здоровья. Только после этого присел перед израненной Азарой, применив к ней демоническую магию восстановления, достаточную, чтобы она могла дышать, но не говорить.

Говорить ей и не было нужно.

Чуть позже я создал магические цепи, которыми обвил тело Азары. Вопрос о месте хранения материала был пустяковым. Я просто поместил тело в пространственное хранилище, где собраны мои сокровища. Решил отложить вырывание сердца до лучших времен, ведь чем свежее сердце демона, тем лучше результат.

— Второй пункт назначения, — припомнил я, похлопывая полностью восстановленными ладонями, прежде чем открыть портал в Туссент. Там проживала знакомая Валириса, брукса, связанная с высшими вампирами.

Обычный вампир мне не подходил; нужна была женщина с хорошими магическими способностями. Демон был лишь катализатором, а основа для божественного тела бралась от высшего вампира. И поскольку лунное божество – женского пола, я искал материал, схожий с ней.

Я телепортировался прямо в трактирный номер, где останавливался когда-то, но попал не вовремя. Кто-то сдавал его новым жильцам.

— Сэр Гроно, не подскажете, что за мракобесие течет с потолка? — вежливо спросил рыцарь в латах, указывая на протекающую крышу и обращаясь к другому рыцарю, вероятно, новому владельцу трактира.

— О, курва... — покачал головой владелец трактира. — Это слезы твоих завистников, ведь именно тебе я сдам эту замечательную комнату на четверть дешевле!

— Да? — с сомнением спросил рыцарь, осматривая помещение и встречаясь взглядом со мной. — Ох, сука! Призрак!

Испугавшись, он отпрянул и судорожно попытался вынуть меч.

Арендодатель тоже испугался, но быстро меня узнал – видимо, мы встречались лет тридцать назад. Если он сын прошлого владельца, то логично, что он меня узнал. Трудно забыть обезображенное лицо.

— Всё в порядке! Это мой знакомый чародей! Он охраняет покой жильцов, чтобы воры ничего не украли, — быстро сориентировался усатый рыцарь. — Но так уж и быть, я готов сдать комнату вполовину дешевле!

Стоит ли мне подыграть? Насколько мне известно, по местным законам, праздность закреплена как обязанность каждого путника, кто вступает на земли Туссента. Определенно стоит. Законы нужны, чтобы им следовали.

— Инфернальный портал открылся в месте абсолютного зла. Трепещите, людишки, ведь я снова в мире смертных, — пошутил я демоническим тоном, создав из ближайших теней полностью закрытый шлем. Надев его, я кивнул двум до смерти побледневшим рыцарям и быстро направился на улицу. Кажется, перед уходом я услышал что-то про скидку в 75%.

Столица княжества Туссент — Боклер.

— Ха-ха-ха-ха, — засмеялся Мор, громко и прерывисто, наслаждаясь шуткой о вторжении сил зла в солнечный Туссент.

Мы находились в Боклере, сияющей жемчужине этих краев. Неважно, будь то грязный житель Скеллиге или изысканный аристократ Аэдирна, каждый восхищается архитектурным великолепием, контрастами красок и атмосферой безмятежности.

Изящные остроконечные башни, мощеные улицы, ажурные арки и резные фасады напоминают о временах, когда город был эльфийской утопией. Но люди её не испортили, напротив, с приходом людей появилась рыцарская романтика, символом которой является величественный королевский замок, украшенный знатными гербами, флагами и гобеленами, символизирующими доблесть и честь Туссента. Это, пожалуй, самый громадный дворец в истории Континента, отлично сочетающийся со средиземноморским колоритом. Уютные трактиры, винные рынки, лавки ремесленников и, особенно, портовые бордели добавляют особую романтику.

По пути к цели я встречал уличных музыкантов, танцоров, фокусников, глотателей огня и веселых зазывал на мордобои. Вероятно, рыцарский турнир уже прошел; обычно после них организуют кулачные бои за звание самых могучих кулаков Туссента. Основа государства – не только праздничная атмосфера, но и захватывающие состязания, где рыцари демонстрируют силу, ловкость, собирают толпы зрителей и влюбляют в себя множество благородных аристократок.

Но нет, ошибка... Сейчас не время массовых боев. Они всё ещё единичны, ведь на соседней улице проходит винный фестиваль. Пока северяне отмораживают яйца перед печью, здесь во всю идет винная ярмарка. Сотни виноделен соревнуются за вино, которое хоть немного приблизится к Сангреаль – королевскому вину, самому изысканному.

— Прошу прощения, сука, — от праздничного настроения меня отвлек рыцарь, подошедший ко мне и схвативший за плечо. К счастью, он не был сильно пьян и не облевал мне ботинки, лишь испортил землю передо мной. — Ох, опять перепил... Однажды я обязательно побью рекорд. Только посплю...

Опустившись на колени и затем упав лицом в блевотину, он уснул прямо передо мной, демонстрируя кошелек на поясе, полный серебра или золота. Эта картина так контрастировала с суровыми землями Севера, что казалась сравнением белого и красного – ничего общего, словно это была отдельная вселенная. Но это только на первый взгляд. Здесь тоже полно интриг, безумств и зверств. Бандиты используют острые ножи не только для вспарывания кошельков, просто они держатся подальше от столицы. Монстры охотно питаются человечиной, просто обитают глубоко в лесах, а не рядом с поселениями. Аристократы тоже замешаны в опасные интриги и заговоры. Просто всего плохого здесь в сто раз меньше, чем на Севере, поэтому кажется, что тут можно жить припеваючи и ни о чем не беспокоиться. Иллюзия рая.

— Маркус? — окликнул меня знакомый голос, вызвавший боль в щеке.

— Валирис, — удивился я, обернувшись к мужчине с симметрично противоположным цветом волос: одна сторона белая, другая черная. — Когда ты отдашь долг и познакомишь меня со жрицей кровавого божества, как обещал?