Ведьмак: Чернокнижник

Глава 46

Культ Мелитэле основан на веровании в богиню, представленную в трех обличиях: девочки, женщины и старухи. Нордлинги этих земель свято верят и почитают всем сердцем Мелитэле, с детской наивностью считая, что здоровье их будущих потомков и выживаемость жён при родах прямо сопоставима силе их веры в божество.

Северяне убеждены, что богиня помогает их детям в обличье девочки, а в обличье женщины отвечает за роды и плодоносность. Остаётся форма старухи, но жрецы по-разному уходят от ответа, причем тут эта внешность. К единому мнению пока не пришли, так что всё ещё спорят, образ создан в знак благодарности за прожитые годы или за снижение телесной боли в старческих костях.

Одно точно: в умах северян есть три обличья.

Однако...

Божественные обличья Богине Плодородия никто не зафиксировал, более того, многие чародеи склоны считать, что Мелитэле – обезличенное божество. Подобные ей божества: Лилита, Крева, Фрейи, Хеймдалль, Вейопатис, Верна и Лильвани.

Распространенные божества, являющиеся символами. Они покровительствуют качествам, эмоциям или явлениям, в которые смертные веруют: природа, материнство, война, злоба или добродетель. Из-за этого возникают сложности с классификацией божеств, а также порождаются разные мнения об их происхождении и возможностях.

Первая книга, прочитанная мной в БанАрде, гласила о невозможности их материализации в нашем мире. Книги из подземной библиотеки Кората гласили об обратном, что часть богов имеет тела, а другая часть представлена в виде чего-то необъяснимого, появляющегося во снах, видениях или галлюцинациях. Кроме того, в записях Альзура упоминалось, что боги часто спускаются в наш мир и обладают неуязвимостью, бессмертием, вечным существованием и всемогуществом. То, что они спускаются, Альзур обвел линиями, а их статусные эффекты зачеркнул как ересь. Он признал факт их существования и единичных спусков в мир смертных, но не более того.

В качестве доказательной базы божественного существования была представлена история «Чудес». Боги даруют последователям необъяснимые силы, способности и возможности, которые невозможно трактовать с точки зрения чародейства. Ведь чародеи привыкли брать всё доступное из окружающей среды или выжимать себя досуха, чтобы творить магию. Жрецы, заручившиеся поддержкой богов, это правило игнорируют.

Порой жрецы получают неограниченную мощь, превосходящую чародейскую на несколько голов. А сила не берется из ниоткуда, мне это хорошо известно как мастеру Гоэтии. Хоть я не подтверждал свою классификацию в Капитуле Чародеев, но вполне могу претендовать даже на звание Магистра Гоэтии. Так что, вместе с Мором – знатоком Мира за Гранью, мы пришли к наиболее вероятному заключению: большинство богов не имеют личности и интеллекта, они действуют интуитивно и делятся частицей своих сил со своими последователями, чтобы они разносили веру и расширяли паству для сборов жизненной энергии, разумеется, ради поддержания божественного существования.

Боги похожи на злостный вирус.

Что смешно, божества и демоны – это две стороны одной медали, вылитой из одного сплава и выкованной одним кузнецом. Разница одна. Демоны забирают себе энергию силой, а божества через последователей. Бывают исключения, некоторые концептуальные демоны стали достаточно могущественными, чтобы притворяться божествами.

Люди сами творят божеств силой веры – реально существующей единицей. Лепят божеств из кого и чего угодно, возможно, даже кого-то из Ничего. Лунная богиня как раз божество из этой категории, она сборщик веры и мыслей людей, сформировавших её способности и призвание.

Если вера в Лильвани ослабла, то я могу использовать эту сущность в своих интересах.

С другими богами, рожденных естественно и чье существование доказано, задуманные мной фокусы не сработают. К божествам приписано множество реально существующих чудовищ, начавших подпитываться жертвоприношениями и верой ярых фанатиков. Свальблод и Грядущий в Блеске Молний – одни из таких, обладающие личностью, интеллектом, историей и происхождением. Чудовища, ставшие впоследствии богами, слишком опасны для использования.

Ещё порой случается, что обычные люди внезапно обретают божественный статус по неизвестным причинам. Людей-богов тоже нельзя использовать, поскольку их поведение трудно предсказать, как и чудовищ. В итоге остается только один вариант – заимствовать пустые источники верований, божеств, созданных из ничего. Они напоминают простой вирус. С этим можно работать.

— Ииик! — испугано завопила жрица Лильвани, падая на холодный пол при виде меня. Каменная плита со временем покрылась сотнями трещин, виднелись пятна инея на практически неживой траве. На стенах святилища, напоминающего склеп, было много мха и впавших в спячку жучков. Маленькие инсектоиды прятались в храме от зимних холодов. — Лунный свет Лильвани, дай мне силу и изгони чудище из обители сей...

Лунный свет? Не лунная призма, и на том спасибо.

— Я не чудовище, — успокоительно пояснил я, указывая на себя пальцем, что слегка успокоило жрицу. На вид ей было около шестнадцати, но точно определить сложно. Щеки прижались к костям, глаза были полны голода и страданий. Медвежья шкура, используемая для защиты от холода во время ночного дозора, была изодрана. Несмотря на это, от нее исходила энергия, большая Сила. Среди её предков был чародей.

— Ирод-проклятый, ты меня не обманешь! Монстр пришел меня опорочить и съесть! На помощь!

— Я не занимаюсь каннибализмом, — вздохнул я, решив говорить правду: — В привычном понимании.

— Ага, вот ты и пойман! Твои намерения видны на твоем страшном лице! Извращенец! Богиня накажет тебя! Беги, пока лунный свет не коснулся твоей плоти, трупоед проклятый!

Я, кажется, начал что-то подозревать. Если все жрицы немного двинулись головой, это многое объясняет, в частности, почему некогда популярная религия вошла в эпоху упадка.

— Я чародей, или, проще говоря, маг, — объяснил я. — Моё лицо – результат плохо обдуманных решений, следствие высокомерия и излишней самоуверенности в собственных силах. Временное явление, неприятный фактор и просто клеймо. Но это не делает меня трупоедом, извращенцем или каннибалом. Надеюсь, ты это понимаешь?

Она подозрительно нахмурилась.

— Для трупоеда ты много говоришь, — прищурилась жрица. В сиянии лунного света я заметил её необычно красные глаза – следствие мутации или природной магии. — Если ты сделаешь что-то плохое с моим телом...

Поднимаясь на ноги, она что-то бубнила под нос, трясясь от холода и страха.

— Богиня тебя так накажет, что очень накажет. Вот!

— Убийственная угроза, — пожал плечами я. — Ты громко кричала. Где остальные жрицы и охрана? Вы находитесь за городом, в месте, где полно чудовищ.

— У-м, ну... Они в засаде! Если ты нападешь на меня, они побьют тебя! Их много!

— Ты тут одна?

— Цок... — она цокнула и сжала губы. — Я не обязана разговаривать с чудовищем!

— Как давно всех съели, и как давно ты тут одна? — спросил я с легким сочувствием, примерно представляя, как эта блондинка тронулась умом.

— Их... Я не скажу, — она гордо скрестила руки на груди и отвернулась. — Пока ты боишься, мне ничего не угрожает. А пока нет, ты можешь меня съесть. Или чего похуже.

— Пару дней назад? Вчера?

— Мозгоед! — её эмоции вспыхнули, и она посмотрела на меня рубиновыми глазами, выражающими всё её негодование. — Никто не умирал, ну, многие умерли от голода и бестии, но... Остальные ушли. Князь, он, лишил нас поддержки, а пожертвований от верующих мы давно не получали. Раньше помогали жрицы Плодоноски, эм, объедками... Теперь не помогают... У нас кто помладше в плохое место, кто покрасивее в плохое место получше, где не бьют. Остальные не знаю. Может, кто и нашел себе мужика с землей, но это вряд ли. Кому нужна девка без приданного?