Альберт Вескер

Глава 20 — Образец G-вируса

Новейшее изобретение Амбреллы столкнулось с тем же недостатком, что и предыдущие клоны Сергея Владимирова: свинцовые пули легко проникают сквозь кожу, пробивают череп и разрушают мозг. Как только три девушки нажали на спусковые механизмы своих оружий, у бедняги Тирана не осталось ни малейшего шанса. Он едва успел наполовину согнуть железную решетку, когда пошатнулся от залпа огня и потерял сознание из-за переизбытка урона.

Тиран — ноль; отряд девушек — один.

Спрятавшись от любопытных глаз, я лениво снял солнцезащитные очки, быстро протер их и надел обратно. Моя работа самая трудная, особенно в команде: своей мужественной красотой я воодушевляю женщин бороться с врагами. Со всеми этими зомби, лизунами и прочими уродливыми экспериментами.

— Мы победили? — неуверенно спросила Клэр, обернувшись ко мне.

— Он скоро восстановится, процесс такой же бесконечный, как и отвратительный. Его мозг залатает все раны примерно за… одну похоронную речь, — честно ответил я на ее вопрос.

— А сколько это, одна похоронная речь? Длинная или короткая? — засомневалась Джен.

— Затянутая, — самоиронично вспомнил я. — Ладно, нам нужно добыть весомые доказательства против Амбреллы.

Подойдя к погнутой решетке, я вздохнул и поднял ногу, чтобы одним ударом отправить бессознательного громилу на пол. Сам же проскользнул сквозь небольшое отверстие и подошел к журналисту, обшарив его карманы. Я особо не рассчитывал найти что-то полезное, шеф полиции ведь не идиот, чтобы запереть шпиона без предварительного обыска. Будет смешно, если у него… есть диктофон с записью. Не может быть! Он есть! Я только хотел проверить слова итальянского журналюги, что у него есть что-то важное. Я подозревая его во лжи. А он оказывается не обычную лапшу быстрого приготовления на уши вешал.

— Есть диктофон, — показал я улику в своей руке, вставая на ноги и подходя к Тирану.

Дождавшись, когда процесс регенерации почти закончится, я поднял ногу и сильно ее опустил. Потом повторил процедуру пять раз, чтобы не слишком раздражать мутации твари. Важно не дать ей встать или мутировать.

— Что ты, черт возьми, делаешь?! — возмущенно спросила Клэр.

— Экономит боеприпасы, — апатично пояснила Ада.

У меня прямо телепатическая связь с этой девушкой, она прекрасно понимает мои коварные и не очень замыслы. Плохо… Часть из них затрагивает азиатскую шпионку, но они пока на стадии разработки. Ведь людей можно эксплуатировать различным образом, получая совершенно уникальный, порой непредсказуемый результат.

Завершив избиение бездыханного Тирана, я покинул камеру и передал азиатской красотке диктофон. Что меня удивило, она его тут же включила. Очень странный жест с её стороны. Но как выяснилось, Ада Вонг подозревала журналиста в плохой работе.

Действительно.

Разговор с Аннет состоялся, но стоило журналисту задать вопрос про G-вирус, как жена Биркина ретировалась из интервью. Попутно, по женской слабости, спросила: «откуда ты знаешь». Ну, ученых не обучают конспирации, они голову заполняют понятиями иного спектра. Однако, это не просто ученый, а ведущий ученый — обязанный вовремя симулировать невежество. Притвориться тупым, проще говоря.

— Я ни на что не намекаю, но нам лучше уйти, — предложил я эвакуироваться из тюремного блока полицейского участка. Здесь, конечно, есть своя романтика. Но не при детях, зомби, Тиране. Даже наручников нет. В общем, мне здесь в присутствии трех девушек делать нечего, кроме как бороться со злыми мутантами. Лучше уйти.

Мы направились к выходу, вышли на парковку и огляделись.

— Нам куда? — спросила задумчивая Ада Вонг, осматривая автомобили.

— На химическую фабрику, там ближе всего к главному офису NEST-1. Красная Королева, сервера, оборудование и всё необходимое для ликвидации Амбреллы, — кивнул я.

— А, Шери? — спросила Клэр, с тревогой смотрящая на девочку, которая держала её за руку. Они прямо как родные. Откуда у сестренки моего бывшего подчиненного такие сильные материнские чувства… и как мне их использовать? Вопрос, такой же сложный, как что делать с Шери.

Надо с ней, конечно, идти в Улей. Биркин, если он жив и в городе, может…

Грохот. Странно, неужели второй Тиран? Первый должен ещё находиться в тюремной камере, но звук исходит из канализационного люка на подземной парковке. Любопытно, люк на парковке пронзила когтистая лапа неизвестного организма. Новый мутант. Это точно. На руке имелся глаз с вертикальным зрачком, желтый и покрытый гнилью. Похоже, очень похоже на G-вирус. Если это так, то стоило Шери зайти в отсек с камерами, как тварь её учуяла. Другого объяснения так с ходу и не дашь.

— Джен, взломай ворота, — произнес я первую команду, намереваясь бросить хакерше ключ-карту от внутреннего щита, но она уже помчалась взламывать механизм. — Ада, транспорт… — не договорил я, как та пустилась к бронированной полицейской машине. — Клэр и…

Я поднял указательный палец и слегка изогнул, разочарованно наблюдая, как все игнорируют мои приказы. Например, Клэр и Шери уже побежали за Адой. В них нет характера слепой овцы, которую нужно загнать в стадо. Все отлично знают: что и как делать.

Мне хотя бы половину их знания, ну, что делать в подобной ситуации. Монстр выскочил из люка вместе с обломками, приземлившись на две ноги. И что делать, увы, было реально непонятно.

Уильяма Биркина никогда нельзя было назвать красавцем и модником. На лицо и комплекцию тела, ну, троечка из ста, если сравнивать со мной. Что же касается вкуса в выборе одежды, то даже после превращения в страшную тварь с набухшей рукой, он по-прежнему носил безвкусный халат. Точнее, обрывки, от халата остались жалкие куски белой ткани. Но, ужас, ему было мало убогости при жизни, после заражения он стал ещё уродливее и неряшливее. Плоть без кожи. Синее лицо, как у утопленника. Плечевая кость выпирала. Мышцы наросли и обвязали тело снаружи. Кое-где виднелись опухоли, признаки некроза, гниения и… Как же от него воняло, из моих глаз чуть слезы не пошли. Благо их скрывали солнцезащитные очки.

— Уилья… — замялся я. — Таинственный незнакомец, которого я определенно не знаю, ведь не общаюсь с такими страшными людьми. Что привело тебя сюда?

Страшный друг мне не нужен, чтобы подчеркивать свою исключительность.

— Вес… Вескер, — Уильям сначала посмотрел на убегающую Шери, потом перевел взгляд на меня. Его голос сильно изменился, часть гортани сжалась, практически не давая говорить. И можно предположить: монстра разрывало от агонии и боли. Но я-то знаю, что это зависть ко мне. — А-а-а-а!

Определенно это зависть!

О чем речь, он выбрал меня основной целью, набрасываясь в порыве ярости.

Противник — агрессивный мутант, обладающий одним существенным недостатком: огромным глазом, расположенным ниже правого плеча. Если я смогу поразить эту уязвимую точку, то сразу же выведу его из строя.

Но для этого мне пришлось сначала уклониться от его мощного удара, а затем быстро выполнить маваси-гери — круговой удар ногой по дуге. Я повернулся боком к противнику, согнул опорную ногу в колене и слегка наклонил туловище вперед. Руки я держал на уровне груди, слегка разведя их в стороны для сохранения равновесия. Затем я поднял ударную ногу, согнув ее в колене, и с силой развернул бедро, выпрямив ногу и нанеся сокрушительный удар по мутированному глазу. В момент удара я перенес вес тела на ногу и придал удару максимальную скорость. Око мутанта взорвалось с громким хлопком, напоминая выстрел дробовика в упор.

Уильям взвыл от боли и ярости.