Страница 62 из 108
— Значит, ты хотела трахнуться с грубым незнакомцем, но не с парнем, о котором ты якобы заботилась много лет назад? Звучит логично. Ты все еще достаточно высокомерна, чтобы думать, что я захочу засунуть свой член куда-нибудь в тебя?
Я вздрогнула от ледяной насмешки в его тоне и пожала плечами.
— Главное, что мы поняли друг друга.
Он полез в карман, доставая складной нож. Лениво раскрыл его, и острие поймало солнечный свет, падающий в окно.
— А теперь вернемся к делу. Я сказал, повернись. Тебе лучше привыкнуть следовать инструкциям, Джорджия, иначе твоя новая жизнь будет очень болезненной для тебя.
Я насмешливо хмыкнула.
— Болезненной? Как будто ты способен причинить мне больше боли, чем уже причинил. Что ты сделаешь? Побьешь меня? Порежешь? Изнасилуешь? — Я снова пожала плечами. — Делай, что хочешь. Ничего другого я от тебя и не ожидаю.
Мышцы на каменной челюсти Элио дернулись, пока он наблюдал за мной. Молча, он оттолкнулся от двери и двинулся ко мне. Я повернулась, пытаясь обойти его, но он быстро обвил рукой мою талию и притянул к себе.
— Однажды, моя дорогая жена, ты поймешь, что эти маленькие акты неповиновения и провокации опасны. Ты осознаешь, как сильно я сдерживаюсь, только когда я выйду из себя. Так что будь осторожна, — сказал он.
Я не понимала, почему, но его слова разожгли во мне жар. Что-то в том, как его голос понизился, когда он заговорил о возможной потере самоконтроля. Он звучал как прежний Элио, смелый, обаятельный парень, которому я так легко отдала свое сердце. Он предупреждал меня, чтобы я не нарушала того механического, роботоподобного хладнокровия, которое он выработал за годы нашей разлуки.
Но я хотела разрушить его стены. Хотела уничтожить его, как он уничтожил меня. Почему он должен сохранять спокойствие и невозмутимость, пока я превращаюсь в горячий комок чувств?
Раздался характерный треск, а затем проклятый корсет платья ослаб. Лиф обвис, когда он разрезал ленты на спине. Горячее дыхание коснулось моего обнаженного плеча, посылая мурашки по всему телу. Он провел большим пальцем по коже, и мне пришлось сдержать себя, чтобы не выгнуться в ответ, как кошка.
— Твой самоконтроль не в моей власти. — Я обернулась. — Ты не можешь винить меня за его потерю.
Его взгляд встретился с моим, а затем опустился ниже.
Цветные контактные линзы. Такой простой способ скрыть выразительные зеленые глаза. Внезапно мне так сильно захотелось увидеть их настоящий цвет, что у меня перехватило дыхание.
Я была почти уверена, что сползший лиф и прозрачный бюстгальтер без бретелек, выданный персоналом этим утром, не оставляли простора для воображения. Мне было плевать. Я не собиралась быть единственной, кто страдает. И не собиралась сходить с ума в одиночку.
Его взгляд скользнул по мне, вызвав новый прилив жара.
— Сними это и прими душ, — произнес он тихим шепотом, тем не менее, это был приказ.
— Почему? Тебе не нравится хоррор-шоу, в которое ты его превратил? — Я взмахнула рукой, указывая на залитый кровью бок в белом платье.
Он склонил голову набок, в его глазах читался вызов.
— Не я привнес тьму в нашу историю, — сказал он.
Что? Он схватил платье сзади и дернул его вниз, оставив меня в трусиках и бюстгальтере, который едва сходился. К счастью, дамы, которые помогли мне подготовиться к свадьбе, снабдили меня чистым нижним бельем.
Элио отбросил платье и отступил назад.
— Но я тот, кто покончит с ней , — загадочно сказал он и снял пиджак.
Я наблюдала, как его рубашка, когда-то белая, а теперь красная от крови, упала на пол. Затем он потянулся к ремню, выдернув его из петель брюк так, что внутри у меня все сжалось.
— Что ты делаешь? — спросила я.
Он расстегнул молнию на брюках и снял их. На нем остались лишь черные трусы, и я уставилась на его четко очерченный член, прижатый к животу. Ничего не могла с собой поделать.
— Я сказал тебе принять душ. Даже позволил тебе идти первой. С любезностью покончено, жена.
Затем он сбросил трусы, и мое внимание переключилось на его голый член, красный, с потеками предэякулята на кончике, толстый, и угрожающий на вид. Он был твердым. Все это возбудило его. Значит, я все-таки влияла на него на каком-то уровне, пусть даже на самом примитивном.
Осознав, что пялюсь на его член, я развернулась и усмехнулась, но смешок застрял у меня в горле. Попытка сохранить невозмутимость провалилась.
— Ага, как будто я позволю тебе...
Я не успела договорить. Он обхватил меня сзади и поднял. Его кожа была горячей. Она обжигала меня везде, где прикасалась. Я стояла спиной к нему, и его член упирался в верхнюю часть моей задницы.
— Тебе не нужно позволять мне что-либо. Я не прошу разрешения. — Элио понес мое извивающееся тело в ванную.
Там бесцеремонно опустил меня на пол и закрыл дверь.
Он кивнул в сторону душевой кабины.
— Залезай.
— Нет! Ты не можешь просто приказывать мне, — процедила я, понимая, что лгу. Конечно, он мог.
Элио вытащил ключ из двери и зажал его в зубах, затем протиснулся мимо меня и вошел в огромную душевую кабину. Он протянул руку к ливневой насадке, расположенной намного выше моего роста, и положил на нее ключ.
Затем он взялся за ручки крана. Включилась вода, и я изо всех сил старалась не пялиться на его обнаженную спину. Мужчина был произведением искусства.
Толстые вздутые мышцы, туго натянутые во всех нужных местах и выпирающие в других, свидетельствовали о чистом физическом совершенстве. Его кожа была коричневой от загара, такой же, какой я ее помнила. Татуировки были другими, новыми, как и шрамы. Так много шрамов. Спина Элио была картой той жизни, которую он прожил без меня. Мои глаза зацепились за скопление точек, похожих на старые пулевые ранения, и за еще один шрам — неровный бугристый, как будто зазубренное лезвие безжалостно изрезало его плоть.
Он протянул руку и схватил меня за плечо, увлекая под воду и прерывая мое разглядывание.
— Прекрати! Я не хочу... — начала я, но он уже подставил мое лицо под струю воды, льющуюся из огромной насадки.
— Я не хочу видеть любую часть другого мужчины на тебе, не говоря уже о его останках, размазанных по твоему лицу, — прорычал он, его грубые пальцы провели по моей щеке, стирая брызги крови.
Вода текла в глаза, не давая мне их открыть. Я попыталась возразить, но набрала полный рот воды и сжала губы.
Рука Элио лежала у меня на затылке, удерживая меня именно там, где он хотел.
Горячая вода струилась по моему телу, пропитывая нижнее белье и делая кружево прозрачным.
Наконец, посчитав, что мое лицо достаточно чистое для него, он позволил мне отступить, и вода образовала между нами занавес.
— Пытаешься утопить жену в первый день брака? — рявкнула я.
Он проигнорировал мои слова и шагнул вперед, позволяя воде литься ему на голову и стекать ниже, по красивой, рельефной груди. Кровь Джимми Де Луки смылась в сток, стирая свидетельства безумия последнего часа.
Он выдавил длинную струю геля для душа на свою большую ладонь, растер между руками до образования пены, после чего начал мыть грудь. Я просто стояла там и смотрела, поскольку не могла пройти мимо него. Я была мокрая, в одном нижнем белье и начинала мерзнуть. Он тщательно вымылся и в самом конце его руки опустились к напряженному члену. Я ненадолго задержала взгляд на том, как его рука скользит по твердой, покрытой венами длине, прежде чем заставила себя отвернуться.
— Ну, полагаю, это ответ на мой предыдущий вопрос. Тебя действительно возбуждает, когда женщина находится в твоей полной власти и ты можешь делать с ней все, что тебе заблагорассудится.