Троны Империи

- О ней. Хочет уехать в Ярославль, делать биографию с чистого листа. Полагаю, ей препятствовать не стоит. В моей биографии это первый случай.

- Может, просто дело в том, что раньше ей попадались те, кто от нее просто чего-то хотел?

- Может быть... Мне сообщили еще одну интересную вещь, - продолжал Домичев. - Оказывается, раннее детство студента Еремина прошло знаете где? Ульянова, 126, квартира 11.

- Так это же... - не выдержал Рыжевский.

- Да, вот мы сейчас оттуда. И Камолина показала, что Виктор Сергеевич имел сведения об этой квартире, он показал метки, которыми родители отмечали рост другого Виктора, ну, как это обычно делают. То-есть, источник информации просто должен быть тесно вхож в семью, чтобы хорошо помнить мелкие приметы, которые через пятнадцать лет могут понадобиться. Опять-таки мы имеем дело с феноменальными способностями, если два Еремина не одно и то же лицо. Потому что взрослого человека за тридцать с приметами Еремина родители Еремина среди близких друзей и знакомых тех лет не припоминают. Виктор Сергеевич, вы можете все это объяснить?

Виктор вздохнул. После слов Рыжевского он понял, что в нем видят кого угодно, но не человека из будущего. Версия с простой потерей памяти себя полностью исчерпала. И здесь попаданца просто не ищут, в отличие от большинства других реальностей.

- Буду рассуждать логически, - сказал он. - Есть два варианта ответа. Первый: я из будущего, причем другого будущего, где Хрущева сняли в шестьдесят четвертом, история изменилась, и потому поразить эффектом точного предсказания я не могу. В это вы не поверите. Вариант второй: я отсюда, сейчас вся моя память до мелочей - фантазия в смеси с ранними отрывками реальности, кто-то дал мне часы, куртку и прочее и сделал те же отпечатки пальцев. При всем моем желании не имею ни малейшего представления о том, как это могло произойти, кто этот "кто-то" и чего он хочет. Можно пригласить какого-нибудь телепата и гипнотизера, он подтвердит, что будущее мною воспринимается, как память о реальных событиях. Дадашева, например. И вообще я пришел к выводу, что никакие пророки и Алисы из будущего здесь не нужны, все очень разумно устроено.

Наступило молчание. За окном послышался басовитый гудок: длинный товарняк, грохоча колесами, неторопливо проползал мимо "Красного Профинтерна"; Виктор слышал даже постукивание ползунов на некоторых вагонах, при торможении пошедших юзом.

"Неужели ничего нельзя сделать?" - подумал он.

37. Операция продолжается.

- Ну что же, пора делать выводы...

Рыжевский положил обе ладони на стол. Виктор не усматривал в этом ничего хорошего.

Снова раздалась трель звонка. Домичев снял трубку и посмотрел на Рыжевского:

- Вас...

Рыжевский привстал и не спеша поднес трубку к уху левой рукой, продолжая опираться на стол.

- Слушаю. Да... Да, он здесь... Все отлично. Да... Да, конечно, так можно сказать. Большое спасибо!

Вернув трубку Домичеву, он продолжал смотреть на него:

- Анатолий Михайлович, ваши выводы...

Домичев развел руками.

- В уголовном кодексе РСФСР нет статьи, предусматривающей наказание за совпадение отпечатков пальцев граждан. Задерживать Виктора Сергеевича по делу о нападении на гражданку Камолину я тоже оснований не вижу, как и следственная бригада. Кстати, в отделение звонила Токарева, говорила, что товарищ Еремин не мог совершить преступления, и готова за него поручиться. Так что, Денис Иванович, это вопрос, скорее всего, по вашему ведомству.

- У нас тоже на данный момент нет оснований для обвинения Виктора Сергеевича в сотрудничестве с зарубежными спецслужбами, - ответил Рыжевский. - Есть подозрения, что его могут использовать, помимо его воли, зарубежные спецслужбы или иные влиятельные организации, - и он многозначительно посмотрел на Домичева.

- Какие именно? - удивленно воскликнул тот.

- Мы пока не знаем, но должны выяснить. Виктор Сергеевич, если вы каким - то образом прибыли из будущего, то почему у вас нет ни карманного компьютера, ни карманного телефона сотовой связи, а ваши часы без цифрового телевизора и не электронные? Почему ваша одежда технологически на уровне современной? У вас нет того, что заведомо невозможно создать сейчас или того, чем могут широко пользоваться люди через тридцать лет. Почему, например, при вас нет пластиковой карты, заменяющей деньги и чековую книжку? Или электронного фотоаппарата на приборах с зарядовой связью, ведь вы в фотоделе разбираетесь? Почему?

- По тому будущему две тысячи десятого года, которое я помню, был жаркий день, мобильник стоял на зарядке, деньги я заранее снял в банкомате - это такой автомат, как в банке, наличку с карты выдает, и пошел на Бежицкий рынок, там нет расчетов картой. Купил новую куртку, потом зонт недорого, мелочь потратил на мороженое. Жарко было, куртку не надел. Компьютеров с собой не носят, они встроены в телефоны для цифровой связи. Механические часы тоже носят, если что, они без электричества работать будут.

- Логично. Значит, было жарко?

- Очень жарко. Болота высохли, в лесах пожары, даже в городе чувствовалась гарь.

- И поэтому вы не надели куртку, хотя ее купили?

- Купил,пока деньги есть. Потом будет дороже. Инфляция.

- И безработица?

- Почему безработица?

- Ну, всегда так говорят - "инфляция и безработица".

- Нну.. не так уж чтобы безработица.

- Возможно... Только вот вся зарубежная пресса, Виктор Сергеевич, хором говорит о всемирном похолодании из-за выбрасывания в атмосферу аэрозольных частиц, рассеивающих свет. Как же вы через тридцать лет и у вас жара?

- Значит, ошиблись ученые, - неуверенно произнес Виктор, чувствуя, что доказать это ничем не сможет. - Или это просто желтая пресса раскручивает сенсацию.

- Корпорации и биржевые спекулянты пытаются нагреть руки на лженаучных прогнозах? Не исключаю. Но как могло получиться, что через тридцать лет в Бежице послевоенная барахолка и одновременно цифровая связь? Даже если мелкая частная торговля будет столько развиваться, начали бы магазины открывать, как при нэпе. Была война, разруха?

- Разруха - да, была. Но если я начну это рассказывать, вы решите, что мне противник подсунул в мозг дезинформацию. Проверить-то вы не сможете.

Рыжевский вздохнул, достал авторучку и задумчиво повертел ее в руках.

- Виктор Сергеевич... Я полностью понимаю сложность вашего положения... Если за всем этим скрываются враждебные для нашей страны намерения, то... - он сделал паузу.

Виктор спокойно глядел на табель-календарь на стене. Тут должно быть что-то очень опасное для нашей страны, думал он. Не надо думать о себе, надо думать, что может случиться со всеми. С его родителями, с ним самим, как здешним студентом, со Светой... Что, что же в этой чертовой благополучной реальности пошло не так? "Если за всем этим скрываются враждебные для нашей страны намерения..."

- ...То мы должны вам помочь, как гражданину нашей страны, поскольку иное пока не установлено, - продолжил Рыжевский. - Если западные спецслужбы используют вас для дезинформации, то они не заинтересованы в вашем бегстве, Они захотели бы, чтобы мы проявляли к вам интерес. И не информация о бытовом обслуживании им важна, а то, чтобы вы попали в наше поле зрения, работая в "Гаранте". Поэтому задерживать вас не вижу смысла. Кстати, за вас по нашему ведомству хлопотала Валентина Николаевна. Не сама, а через товарищей из обкома. Полагаю, и Токарева действовала заодно с ней, - тут Рыжевский улыбнулся. - Анатолий Михайлович, сколько людей знает о результатах экспертизы отпечатков пальцев?