Троны Империи

- Понимаете, Ольга Сергеевна...

- Просто Оля, - поправила она.

- Понимаете, Оля, я просто не задумывался, какие открытия для этого всего надо сделать. Фундаментальная наука благодаря индустриализации за последние сто лет перешла от наблюдений природы и лабораторных опытов к крупным промышленным установкам, часто уникальным. Это породило фейерверк открытий, ну и, наверное, настроения фантастов, у которых сложились мысли, что если нам надо решить какой-нибудь вопрос, мы сделаем очередной трох-тибидох и сделаем открытие. Но мы начинаем упираться в предел возможности нашей промышленности. Возьмем, к примеру, большой адронный коллайдер...

- Да, это совсем недавно был проект.

- Построят его только через тридцать лет, открытий пока нет... то-есть, если начнутся открытия, они никак на наши фотоаппараты не повлияют. Скорее, необходимость создать какие-то приборы ускорят создание технологий, которые можно применить.

- А на других планетах?

- Ну вы же видите, надежды найти на Луне что-то такое, что разом продвинет прогресс, не оправдались. Скорее, прогресс стимулировала сама лунная программа. Квантовая телепортация? Но через тридцать лет это будут лишь академические опыты. От опытов Герца до передатчика Попова прошло лишь семь лет, но Попов использовал то, что любой пионер может повторить. Разве что литий - ионные аккумуляторы... Опять-таки, это, скорее, изобретения.

- Но как же вы тогда определяете сроки, время? Когда что назреет, когда появятся возможности и массовый спрос?

- Чисто интуитивно, - вздохнул Виктор. Не рассказывать же всем подряд о попаданчестве.

Каша была ячневой со свининой, разложенной сверху и тушеной в духовке, чем отличалась от подобных каш армейского рациона в лучшую сторону. Народная кухня.

- А ваша интуиция даст ответ, что будет с нашим обществом? - спросила Оленька, и полушепотом добавила: - У меня папа - ответработник. Но я не пошла по его стопам, хочу пробиваться самостоятельно.

- Наверное, он хотел бы видеть....

- Он меня понял. Он сам с рабочих. Вообще в нашей семье была такая дореволюционная поговорка - "Если долго верить в бога, это не значит, что бог станет верить в тебя".

- Не слышал.

- Это фамильная... Как вы считаете, как дальше будет, ну это все... Только между нами, не для отчета.

- Я человек техники... Ну, в общем, я еще не разобрался. Но впечатления очень хорошие. Нет дефицита товаров, благосостояние растет... Нет застоя в экономике и технике. Наверное, и благодаря Спецкомитету.

- Если сравнивать с временами Хрущева, - улыбнулась Оленька. - Я тогда была еще маленькой и в школу не ходила. Но застоя и тогда не было. Были фантастически смелые планы. Первый спутник, первый в мире портативный радиотелефон... Но билеты на Луну не продают, а портативные телефоны станут массовыми, когда... ну, когда вы говорите, что в них встроят фотокамеры.

- Обязательно встроят.

- А когда будет война?

"И ее тоже интересует, когда будет война. Интерес-то понятен. "

- А она будет? Я понимаю, хочешь мира - готовься к войне. Но ведь хотя бы теоретически возможна ситуация, когда американцы будут вынуждены с нами сотрудничать. Например, очередной мировой кризис капиталистической системы. Был же энергетический кризис.

- Знаете, есть точка зрения... Союз был образован ради совместной защиты республик и восстановления после войны. "Неустойчивость международного положения и опасность новых нападений делают неизбежным создание единого фронта советских республик перед лицом капиталистического окружения" - так было в декларации двадцать второго года. И если опасность новых нападений исчезнет, Союз может развалиться. Республики ведь давно восстановили. Там есть еще про "Советскую власть, интернациональную по своей классовой природе". Но для простого человека это неочевидный постулат. Конечно, это все спорно. Но чем устойчивее мировое положение, и чем меньше опасность нападений, тем меньше причин для сохранения СССР. А чем неустойчивее - тем больше опасность войны.

- Интересно, - сказал Виктор.

"Интересно", подумал Виктор. "Значит, у нас неустойчивая международная обстановка и опасность мировой войны может привести к восстановлению СССР? А как это сделать-то без самой мировой войны?"

- Я не задумывался об этом, - продолжил он. - Ну и освоение новой бытовой техники требует объединения сил в рамках СЭВ и прочее... мы же только что об этом говорили? Вот и еще один резон сохранить страну, а, может, и увеличить число братских стран.

- Для этого надо не проиграть гонку в бытовой технике, - заключила Оленька. - Или хотя бы не отстать настолько, чтобы это не компенсировалось социальным комфортом в нашей системе. К тому же есть еще одна проблема. Вы знаете, что буржуазная революция уничтожила сословия и народ объединился из сословий в одну нацию. Но при этом буржуазное общество разделилось на классы по отношению к средствам производства, главные из классов - буржуазия и пролетариат. Точнее, деление на классы было и раньше, но оно прикрывалось делением на сословия, а после буржуазной революции классовые противоречия вылезли наружу. Ну, это, собственно, все знают.

- Конечно. Теория классовой борьбы Маркса.

- Теперь произошла пролетарская революция, и в ее результате были ликвидированы эксплуататорские классы. Но из-под этого исчезнувшего классового противоречия по отношению к средствам производства вылезло разделение общества по полномочиям в системе управления народным хозяйством и государством. Есть трудящиеся массы и есть советские, партийные и хозяйственные руководители, составляющие номенклатуру. И между ними, естественно, возникают противоречия. Разумеется, политика эволюционного периода развития социализма направлена на сглаживание этих противоречий, на то, чтобы из трудящихся масс выдвигать лучших людей в номенклатуру. Это не значит, что противоречий вообще нет, поэтому появилась научная гипотеза, что эволюционный период развития социализма сменится революционным, и новая революция ликвидирует разделение на номенклатуру и массы и после этого будет какое-то новое разделение. Есть и сторонники другой гипотезы, что противоречия исчезнут в ходе эволюции социализма и новой революции не будет. Ну и наконец, нельзя исключать и того, что противоречия могут привести к реставрации капитализма под флагом борьбы за свободу, демократию и права человека. Так же, как в эпоху буржуазных революций происходил временный возврат от республики к монархии. Какой вариант для вас видится самым вероятным?

- Я оптимист, - улыбнулся Виктор. - Поэтому я верю в такой вариант, который будет наилучшим для народа. Тем более, что выбор варианта от народа и зависит. Кстати, а что должно вылезти наружу после этой чисто гипотетической новой революции? Неравенство, которое сейчас считают справедливым?

- Неравенство способностей. Именно то, что должно быть при социализме. А не неравенство, порожденное разными возможностями доступа к рычагам управления и распределения. При этом есть негативные явления, когда доступ к управлению пытаются превратить в создание сословия, наследственной карьеры. Помните анекдот - "А генералом ты стать не можешь, потому что у генерала тоже есть сын"?

- Слышал... другой анекдот. У американского миллиардера спрашивают, как он заработал первый миллион. Он отвечает: "Ну, это просто. У меня был доллар. Я купил яблоки, вымыл их и продал за два доллара. Купил вдвое больше, вымыл и продал за четыре доллара. А потом это увидел дядя и взял в свою фирму вице-президентом".